Облака, эти лебеди странные...

Облака, эти лебеди странные,
Чередуются в синем меду,
Снизу липы танцуют, как пьяные,
Снизу я по дороге иду.

Путь мой прост, незатейлив, мучителен —
Как у всех, у, точней, большинства.
Я не стал ни врачом, ни учителем,
Я горстями глотаю слова.

Моих мыслей обглоданы остовы,
Моих снов запределья — черны.
Мне бы, право, чего-нибудь острого...
Скажем, нож в середину спины.

У железных у лезвий есть гладкое
Назначение — срЕзать углы.
Для себя самого ведь загадка я —
Тонкий стебель, проросший из мглы.

То ли к Солнцу тянусь, к мраку, может быть,
Сам не ведая, жажду прильнуть...
Словно ленту магнитную ножницы,
Режет время на части мой путь,

Чтобы склеить, всё сделать по-новому —
Так, как не было прежде нигде...
Только этому небу суровому,
Как всегда, отражаться в воде.

У воды той — кудрявые волосы,
Волн ребристых осколки стекла...
Этот вечер уже и не вспомнится,
Как бы прошлого даль ни влекла.

Остаются на память какие-то
Звёзд обрывки, туч синих клочки...
Шалью чёрной на плечи накинута
Ночь, и клёны шумят у реки.

Это всё, что я вспомню когда-нибудь,
В день последний — и первый из всех...
Я и сам-то — клочок мироздания,
Расколовшегося, как орех.

Слов стряхнул серебристые россыпи
Со спины снегом — в пасть пустоты,
И лечу, и поймай меня, Господи,
За секунду до крайней черты...