Шёпот хамелеонов
Тревога. Обрушилась громом и сон разметала. Полоснули небо самолёты. Загрохотали танки, зарокотали БТР. Заметались офицеры с высоким словом. Погнали по дорогам железный «кулак» с вулканическим рёвом на немцев. Разметали в пух и прах.
А дело было в Восточной Германии на совместных советских — немецких военных учениях в окрестностях городка Мейсен, где располагался штаб дивизии NN и особый отдел, в который меня направили работать сразу после окончания Высшей школы КГБ.
О городке рассказывать не станем, хотя он и знаменит на весь мир не только мейсенским фарфором, из которого делают статуэтки, сервизы, вазы... но и замком Саксонских королей, потому что он не имеет никакого отношения к дальнейшим событиям и никак не повлиял на случившееся, это могло произойти в окрестностях и других городков: Борно, Риза...
Итак, начнём.
— Учения закончились, — сказал шеф мне, когда мы вылезли из БТР возле небольшого леска. — Иди, высокое начальство возле командного блиндажа. Подводят итоги. Послушай, что они итожат, а потом мне доложишь, я пока оперативку проведу. Только смотри, чтоб тебя не побили. Ты новенький, недавно приехал, тебя ещё не все знают. Видок у тебя, правда, не армейский. Ну, да ладно. Ты по гражданской линии работаешь, под молодёжь немецкую подстраиваешься.
Пошёл.
Лесок. Полянка. Солнышко светит. Небо чистое, ясное.
Домой в степь хочется, родниковой воды в балке попить.
Итоги подводил начальник штаба дивизии. Полковник. Офицеры в военной форме со звёздными погонами и даже с красными лампасами, а я в гражданке и с патлами до плеч. Увидел меня полковник, заморгал, закрыл глаза, открыл: нет, не ошибся, гражданский, румянец на лице появился, потом в желчь превратился, брови вверх поползли и застряли.
— Ты кто такой, — гаркнул. — Откуда взялся? Шпион? Арестовать.
Арестовали бы, но...
— Он из особого отдела, — шепнули.
— А, — протянул полковник. Сорвались брови вниз, на улыбку напоролись, осветилось лицо, заиграло. — То, то я вижу. Подтянутый, стройный. Настоящий офицер — особист.
Да. Настоящий офицер — особист с патлами до плеч.
— А может и не из особого отдела. Переводчик, — шепнули.
— Переводчик, — протянул полковник. Брови в обратный путь пустились, чуть с лица не соскочили. — Ты что мать твою тут делаешь. Почему не в военной форме? Арестовать.
Арестовали бы, но...
— А может и не переводчик. Контрразведчик, опер новый, — шепнули
— А, — опять протянул полковник, глаза радугой расцвели. — Какой молодец. Выправка. Позавидуешь. Сразу видно боевой офицер.
Да. Боевой офицер в джинсовой гражданке с дырками на коленях.
— А может и..., — шепнули.
— Арестовать, мать твою.
— Арестовали бы, но...
Не помню, сколько раз полковник хотел меня арестовать, но помню, что прислушивание к шёпоту довело его до каления.
— Скажи, кто ты такой, патлатый, — не выдержав, рявкнул он, — и почему такой кудлатый?
В рифму сработал.
Я представился. Полковник матерно облегчился.