Буратино (басня)

Снимает стружку время с Буратино,

растапливая пекло очага,

который поместила на холстину

безвестного художника рука.

 

Стареет длинноносый Буратино,

рассохся телом, умственно размяк.

Души своей бессмертной древесину

бросает в нарисованный очаг.

 

Пусть старый холст истлел наполовину,

рассыплется на нитки — только тронь.

Самоотверженно страдая, Буратино

подкармливает стружками огонь.

 

Приходит синевласая Мальвина,

зовёт его в театр, на бега.

Но не идёт упорный Буратино,

не может он покинуть очага.

 

Как наркоман во власти героина,

или сидящий плотно на винте,

не может оставаться Буратино

без дозы искр на выцветшем холсте.

 

Уже видна полена сердцевина,

но он твердит: «Дотла себя сожгу!

Ничто не остановит Буратино

в служении холсту и очагу»!

 

Я говорю: «Послушай ты, дубина,

очаг не настоящий, он тепла

не даст ни грамма». Только Буратино

по-прежнему твердит: «Дотла! Дотла! Дотла»!

 

Настала неизбежная кончина.

Снесли охапку стружек на погост.

Не стало друга детства — Буратино,

исчезли вместе с ним очаг и холст.

 

Такая невесёлая картина —

прекрасный поучительный пример.

Друг! Не уподобляйся Буратино!

Очаг и холст — всего лишь интерьер.