ОТВЕРГНУТЫЙ ПРИНЦ И СИНЯЯ БОРОДА (на конкурс)

-Сфотографируй там тоже.

-Сняли уже.

Дворник толокся рядом, запах от него был еще тот. Дворницкий. Вскоре вернулся кинолог.

-Ничего? –Спросил Семенов.

Кинолог помотал головой:

-До остановки за воротами добежали, там все.

-Нигде не останавливался? –На большее было надеяться трудно.

-Нет. –Кинолог гордо потрепал пса по шее. –Бурхан сбою не даст! Не сворачивал нигде и не тормозил!

-Хорошо. –Семенов огляделся. -Слушай, пройди еще вдоль следа по газонам слева и справа по траве, может, он там рукоятку выбросил. В листьях этих хрен чего найдем.

Кинолог кивнул и побежал снова.

Семенов повернулся к сержанту:

-Урны все равно надо проверить.

Дворник заворчал недовольно, но сержант быстро глянул на него и тот враз умолк.

-Посмотрим. Дворники помогут.

Женщина в ярко желтом плаще лежала на золото-багряном осеннем ковре, ее кровь сливалась с багрецом кленовых листьев. Она вцепилась в них пальцами, сломав ногти, как будто хотела сродниться с ними и тоже стать таким листом.

Вспомнилось из «Сталкера» : «…как лист пятипалый…». И сразу некстати отозвалось: «…Только этого мало!».

Семенов поежился. Не дай Бог!

Сержант подошел и подытожил:

-Вторая, значит.

Да. Вторая. Уже когда ехали обратно, Семенов еще раз перебрал в памяти то, что было известно: обе - молодые женщины до тридцати, средне, но не бедно одеты, с маникюром, не в брюках. Изнасилований нет (у одной точно), краж нет (тоже точно у одной).

Первая – бухгалтерша, шла с работы домой, сейчас надо узнать, откуда и куда шла вторая. Да и кем она вообще была.

А вот почему ее не хватились до сих пор? И сам себе ответил: Может, и хватились, да чего-то ждут или где-то заявление лежит себе.

И эти ножи! Обоих зарезали спереди, и на каком-то ударе сломался и застрял в теле нож. Рукоятку убийца забрал с собой.

Вчера еще казалось, что это дурацкая бытовуха, но теперь все перевернулось. Оставалось еще проверить, нет ли какой  связи между женщинами.

Первая лежала за баком на помойке. И пока что объединяло их только то, что нашли обеих дворники.

Он еще раз посмотрел паспорт: Александра Протасова, адрес – было недалеко. Опять недалеко.

-Пойдем, сержант, квартиру ее, что ли посмотрим.

Они сели с сержантом в машину и скоро были на месте. Позвонили по дороге участковому, и через десять минут уже втроем на лестнице звонили в соседние квартиры.

Было восемь утра. Семенову открыла старушка в светлом ситцевом платье, из соседней квартиры вышла женщина лет сорока в ярком халате и бигудях, из-за ее спины выглянул мальчик лет пяти. Чего-то иного было трудно ожидать – рабочий день, все, кто работает, уже ушли работать. Да и учиться тоже пора.

-Здравствуйте, нам бы двух понятых. –сразу сказал участковый,  -Соседка ваша умерла.

Старушка всплеснула руками:

-Как! Сашенька! Такая молодая!

-А она вам ключи оставляла? –спросил Семенов.

-Нет, никогда.

-А вам? –Семенов повернулся к женщине.

Та загнала ребенка в квартиру, закрыла дверь и ответила:

-Да тоже нет. Я же не подруга ей.

-Ну ничего, давайте тогда посмотрим, что в квартире.

Он открыл квартиру ключами убитой, а в голове уже вертелась мысль, что у нового замка три комплекта ключей. И где они сейчас, неизвестно.

Дальше все было стандартно: осмотрелись. Обе соседки в этой чистой и аккуратной однушке бывали, но довольно давно, и на их взгляд вроде бы ничего не украли и не подбросили. Внешне было не видно, чтобы что-то переворачивали или искали.

Семенов посмотрел везде внимательно, но ничего экстремального не заметил. Пианино стояло у стены, за ним и в нем ничего не было, а на нем лежали ноты. В сумке у Протасовой тоже были ноты. Было в квартире холодновато из-за приоткрытой всю ночь форточки.

Подъехал кинолог, но тоже не нашел ни чужого следа, ни наркотиков. Эксперт проверил отпечатки, но никаких, кроме убитой не нашлось. Удалось у старушки узнать, что работала Протасова учителем музыки на дому и подрабатывала в других местах.

На поквартирном обходе Семенов спрашивал про первую, показывал ее фото, но никто не говорил, что ее видел.

Неужели не связанные случаи?

***

Уже в теплом кабинете с чашкой чая Семенов вспомнил, как перекопали в первый раз все баки в поисках рукоятки ножа, и как пришлось тогда ехать домой отмываться, переодеваться, и усмехнулся. Дельце…

А вот смеяться-то как раз было не над чем. Два дня – два трупа.

Собака тоже привела тогда к остановке. Что ж, значит, машины у убийцы нет. Или он ей для этого не пользуется. Или это все же разные убийцы.

Первая – Жанна Торкаева, жила в доме, во дворе которого была убита. Мужа не было, замужем никогда не была, детей не было, жила одна и только утром на нее и напоролись.

Был с ней тяжелый мешок с продуктами, аккуратно поставленный к стенке помойки, и сумочка. Квартира ее осталась чисто прибранной, без малейших признаков каких-то проникновений. Все вроде осталось на местах. Ничего, что говорило бы о причинах убийства. Просто зарезали плохим ножом, и продукты поставили к стеночке. Все, как и сейчас.

Семенов выложил перед собой телефон Протасовой, ключи и стал дожидаться младшего следователя Илонова. Разорваться было невозможно.

 А вот телефон–то оказался запаролен. Семенов хмыкнул, сунул его в карман, спустился к экспертам, чтобы спихнуть работу им и попросить побыстрей.

Эксперт такому повороту отнюдь не обрадовался: -Ты нам вон сколько всего уже накидал, и еще два вскрытия. Как сможем, так и будет.

На этом пока действие закончилось, можно было и еще раз чаю попить и подумать. Тут и Илонов подошел, а два ума все лучше.

-Ну что, Саша, ты у нас из дому, бодренький, так что не раздевайся, а давай теперь в дом к первой убитой. Тут еще одну зарезали со сломанным ножом.

-Ну-у, -протянул Илонов, -так сразу с утра?

-Не бойся, -успокоил его Семенов, -в мусоре сегодня за тебя другие покопались. И не завидуй, мне потом перед начальством выступать. А я вот пока чаю попью, а то, знаешь, октябрь уж на дворе, а я с раннего утра в парке торчал.

-И что, много там наторчал?

-Да, как и вчера, только в парке. Постарайся накопать чего. Так что иди, фото вот сейчас перекину, и спрашивай. Тормозить уже нельзя.

-Да, -Илонов помолчал, -пожалуй, нельзя.

-Именно, Саша. Иди, давай.

Оставалось еще немного до того, как идти к полковнику на совещание.

***

Начал полковник сразу с больного:

-Ну что, у тебя Дима? Начинают меня беспокоить.

Семенов встал и, как можно более уверенно начал:

-Сегодня вторую женщину убили с тем же почерком. Нож тоже сломан. Рукоятку ножа так и не нашли. Убитая - Протасова Анна Сергеевна, самозанятая, учительница музыки. Ключи и паспорт были с ней, телефон запаролен, расшифровываем. На квартире не видно, чтобы чего украли. Сумочка закрыта, одежда прорезана, но застегнута. В целом, все, как и у вчерашней. Изнасилования у первой точно нет. С этим случаем ждем вскрытия.

Полковник похмыкал, и повернулся к эксперту:

-У вас что?

Эксперт поднялся, откашлялся:

-Нож столовый из набора…

-Постойте, -перебил полковник, -что, в обоих случаях?

-Ножи разные, но из одного набора. Лезвия были сломаны при ударе. Примерно третьем – четвертом. На каждом убийстве свой нож. Та-ак, - он перелистнул страницу и продолжил. –Ножи из подарочного ка-амплекта,  ка-амплект идет как подарок в супермаркетах за покупки от пяти тысяч рублей. В комплекте, -он обвел всех сидящих за столом взглядом, -семь ножей, овощечистка и точилка. Комплект можно получить…

-Короче, Степан Павлович, -прервал его, поморщившись, полковник, -без мишуры!

-Так, -эксперт еще раз перелистнул страницу и продолжил, -Ножи изначально были перекалены, их сначала отправили в строительные магазины. Там пошли возвраты, и их по остаточной стоимости передали в супермаркеты на подарки.

-Все?

-Нет. Сделали пять тысяч комплектов, продали пятьсот двадцать, вернули сто два, в магазинах до вчерашнего дня отдали пятьдесят. Первая женщина убита около двадцати-двадцати двух часов, чек на продукты пробит в девятнадцать сорок; вторая женщина убита около двадцати двух – полуночи. На мешке, кроме отпечатков жертвы, есть отпечатки и потожировые следы неустановленного лица. По данным не проходит.

-Хорошо! Вам бы, Степан Павлович в следователи пойти! –полковник указал на эксперта рукой. –Вот, сыскари, берите пример!

-Ну что вы, я лучше на своем месте. –Эксперт передал папку Семенову. –Пусть молодые бегают.

-Теперь-то они у меня побегают! Так, значит, ножей было продано известно сколько, и сколько отдано тоже известно. Давайте, берите данные по банковским картам и проверяйте.

-Что, полторы сотни? –возмутился было Илонов.

-А чего ты хотел? Другие идеи у вас есть? Если есть, давайте, выкладывайте.

-Ну, знаете… -Семенову пришла мысль в голову, но пока не оформилась до конца.

-Не тяни, давай.

-Там оба раза собака на остановку вышла, можно бы проверить, что там за транспорт.

-Можно. А еще можно проверить кондукторов этих маршрутов на это время, а еще можно камеры в транспорте проверить, с водителями поговорить. Это вам не карты перебирать! Время только уточните. И пободрей давайте, хватит рассиживаться. Еще что?

-Вот у меня, товарищ полковник, тут случай странный, -подал голос участковый, -проблемка.

-А в чем дело?

-Так я вот недавно тут у вас, дела принял у Матвеева, а там было одно о пропавшей без вести Александре Егоровой. И вот тут приходит вчера ее муж с заявлением о выписке ее, как признанной умершей, а я смотрю – я ж его знаю. И совсем под другим именем. У меня это первое дело было, когда я еще патрульным был, еще в Уренгое. Надо тогда было на труп выехать в квартире по вызову скорой. Первый вызов и сразу труп, а он муж.

-И что? -Не понял полковник -Ну поменял фамилию.

-Так я посмотрел, а он и до этого, при Матвееве, фамилию и имя поменял. Причем тоже не с той, с которой я его знал. Вот я и думаю, что-то темно тут как-то. Да и в первый раз труп, а во второй пропала и опять он муж…

-Ну, хорошо, хорошо. Илонов, проверь, документы возьми. Только быстро, быстро. Все? Все. Давайте.

С этим и разошлись. Илонов еще больше загрустил – дел добавилось.

Через два часа Семенов постучал в дверь полковника.

-Можно?

-Заходи, садись, что у тебя?

-Илонов на задании, а у меня с кондукторами окно – они два через два работают и в парке будут завтра и послезавтра. Я вечером скатаюсь за видео. Как раз троллейбусы и автобусы приедут.

-Ты что, отпроситься хочешь?

-Нет, я вместо Саши мужика проверил, который имя менял.

-Докладывай.

-Так, ну вкратце вот что: в Уренгое он был Павел Денисов. Жена - Анна Денисова,  умерла от инфаркта. Это когда он пересекся с нашим участковым.

Дальше он переехал в Ижевск. Сменил имя на Михаил Селиванов, жена - Екатерина Селиванова утонула на пруду во время купания. Несчастный случай.

Он переехал в Екатеринбург, сменил имя на Артем Серов. Мария Серова, третья жена, угорела в бане на даче.

-Несчастный случай?

-Да. Теперь он переехал к нам, стал Валерием Егоровым, женился, четвертая жена - Александра Егорова пропала без вести при выезде в лес на шашлыки в мае этого года.

-Интересно. -Полковник сел поудобнее, усмехнулся. -Прямо Синяя борода получается.

-Да, что-то похожее есть, только он всегда либо свидетель, либо потерпевший. Кроме одного случая.

-Чего ж ты молчишь! Что за случай?

-В Сарапуле. Он там родился, звали его Максим Стержнев, и его привлечь попробовали по доведению до самоубийства.

-Ну, и что там было?

-Довольно классически. Он погулял с девушкой – Дарьей Суминой, и бросил ее, а она забеременела от него и пыталась его вернуть, а когда не вышло, покончила с собой, выбросившись из окна. Сестра и мать девушки подали заявление о доведении до самоубийства, но ничего не добились – он покаялся и поплакал в суде и отделался условным сроком в один год.

-И как часто он жен менял?

-В среднем, раз в два -три года. Сейчас он находится в переписке с гражданкой Канады Энн Эмерси. Уже месяца три.

-Хм. Занятно. А работает он где?

Сейчас  - российский филиал канадской торговой компании. Старший менеджер. Начинал монтером в Ростелекоме. Волоконная оптика.

-Вот как… Подожди. –произнес полковник. –Тут, знаешь ли, подумать надо. Видишь ли, Семеныч, вот мы его на себя взвалим, а пока предъявить то нам ему и нечего. Те дела закрыты и там никто нам спасибо за их пересмотр не скажет, а палок в колеса насуют от души. Той, что у нас пропала, нет, и тела ее тоже нет. Так что скажем то мы ему что? «Жены у вас помирают часто, гражданин!». Ерунда. Мы даже не знаем зачем он это делает, не говоря о том как. -Он покрутил ручку в пальцах и исподлобья взглянул на Семенова.- Ты можешь сказать, какой у него мотив? Нет. И я не могу.

Он еще помолчал, воткнул ручку в письменный прибор и продолжил:

-Материально он что получил?

-С каждой жены была какая-то недвижимость, а в Сарапуле у него была своя комната, он ее продал, потом ипотеку с женами брал и переуступал недовыкупленные квартиры.

-Нет, опять ерунда выходит. Что он, не мог к нам переехать и так работать? Снимал бы квартиру… Нет, Семеныч, непонятно.

Семенов вздохнул. Жаль было потраченного времени.

-Так я тогда пойду, займусь этими ножами, камеры отсмотрю в парках.

-Стой, -полковник поднял голову, -папку мне оставь, я посмотрю, Илонову передам. Ты тоже над этим подумай. Нечисто тут. –Он откинулся в кресле и прихлопнул ладонями по столу. –Нечисто!

***

На экране опять было то же, что и раньше – Торкаева вошла в троллейбус одна, приложила карточку к валидатору, села у окна, к ней подошла кондукторша, проверила карточку, Торкаева проехала четыре остановки, вышла опять одна. Все.

С Протасовой было немного  не так – вошла она одна, но с ней вышли трое мужчин. И проехала она восемь остановок.

Один мужчина сел за остановку до Протасовой, двое других еще раньше - у института.

-Ну что, -спросил Илонов, -фото их сделаем?

-Сделали уже. – Семенов откинулся в кресле, протер глаза. -Ты в институт поедешь?

-Ну, может, сначала хотя бы проверим в наших архивах.

-Параллельно, Саша. Параллельно. Телефон у экспертов забрал?

-Да, там, смотри, имен много: «Маша», «Степа», «Володя», но это все клиенты.

-Клиенты, значит, она их музыке учила?

-Да. И вот еще: «настройщик Петр», «Мама», несколько женщин и два имени мужских: «Терентий» и «Егор».

-Слушай, -вспомнил Семенов, а ты у шефа папку забрал?

-Какую?

-Я за тебя по этому, который фамилии менял, прокопал, доложил шефу, он сказал, посмотрит и у себя оставил, сказал, тебе сам потом отдаст.

-Ничего не отдавал, а что сделал, спасибо. Я-то убегался по второму разу в этом доме фотографии показывать, но впустую - никто эту пианистку там не видел и не слышал про нее ничего, а на работе у бухгалтерши тоже ничего про нее не слыхали.

-Да. И детей у бухгалтерши нет, чтобы музыке обучать…

-Вот именно. Разве что пианистке бухгалтерию подбить.

-Обороты, Саша, не те. А в телефонах друг у друга их нет?

-Нет.

-А вот это уже важно. Не вписать подругу в телефон – такого не бывает!

-Такого не бывает! –весело подтвердил Илонов!

На столе зазвонил телефон, Семенов взял трубку:

-Я, товарищ полковник. Здесь. Работаем. Сейчас подойдем.

Повесив трубку, он встал:

-Пошли, Саша, начальство зовет.

***

-Ну что, молодцы, спали сегодня ночью? – Спросил их полковник, когда они сели за стол. И, не дожидаясь ответа продолжил: –Спали. А я вот не спал, все про этого многофамильца думал. Сам не спал, потом и жена спросила, чего со мной, ей рассказал, так она прямо мне и выложила, что он просто карьеру делал и из Сарапула своего с каждой новой женой все выше лез, и теперь если не в Москву, так может и за границу скакнет.

Он еще помолчал и добавил:

-Вам это сейчас не проверить было бы, я проверил – он в каждом городе не только квартиру новую с новой женой брал, но и дополнительное обучение проходил, уже и универ какой-то закончил заочно под нынешней фамилией. Рос над собой, что называется. Два раза он на обучение выезжал туда, куда потом переезжал после смерти очередной жены. А с последней он на курсах и познакомился – она их вела. Мужик он обаятельный, видно, умел уболтать. Теперь еще о женах его.

Первая жена имела порок сердца и умерла пока он был на работе – не дозвонилась до скорой. Почему-то вовремя не приняла лекарства, хотя инфаркт был не мгновенный. Есть показания подруги, что она ей звонила в это время, но не дозвонилась. Мелочь. Только смартфон умершей в тот момент был почему-то вне доступа.

Вторая жена поехала с ним на пляж купаться и утонула. Один свидетель что-то говорил про то, что был там наш герой с аквалангом, а вернулся без него. Тоже вроде мелочь. Потерял и потерял, все же жена утонула, еще и не то потеряешь. Когда женщина утонула, он куда-то уезжал, вроде как за продуктами, но приехал без продуктов через час после того, как тело нашли. Но не видел его в то время никто. Да и жена его плавала хорошо. Но так бывает.

С третьей женой, которая в бане угорела, он сказал, что напились и пошли в баньку париться. Его пьяным и нашли, вскрытие трупа угоревшей жены тоже показало алкоголь, а он типа, когда за дровами пошел, заснул во дворе. Правильно все, только вот жена его особо никогда не пила и ему от нее за выпивку доставалось.

Теперь вот он поехал в мае на шашлыки, его жена пошла в лесок за хворостом и больше он ее не видел. Он ее сам поискал, потом вечером в город вернулся и подал заявление, добровольцы с утра прочесали все, но тоже ничего не нашли. И тут все верно, но вот зачем он на шашлыки поехал без угля, да еще и в такую даль?

Полковник еще помолчал и задал решающий вопрос:

-Теперь подумайте, что со всем этим делать?

Воцарилось молчание.

-А знаете, подал голос Семенов, -чего-то он не очень-то переживает по поводу жен. Ну померла одна, другую берет. Только паспорт еще меняет, чтобы не было видно, что женат был. Но вообще-то, в двух случаях его как-бы вообще на месте не было, еще в одном он просто лыка не вязал. Трудновато…

-А чего ты хотел? Признания с покаянием? Он в рай по трупам лезет, а ты его на чувство пробить хочешь.

-Да-а, -протянул Илонов, -непросто тут будет.

-Хватит стонать, -прервал их полковник, -дело предлагайте.

-Знаете, -сказал Илонов,  -а может, еще раз прочесать лес?

-Зачем?

-Вдруг тело ее найдем.

-Как? Там без нас прочесали, когда все чисто было, а теперь листопад и скоро снегопад будет.

-Ну, с мая уже много времени прошло, там уже много чего образоваться должно, собаки найдут. Да и где еще прятать, если не там, где искали? Вот вы же не хотите там искать потому что искали.

-Хорошо, попробуй, только помните: пока все это неофициально, без возбуждения дела. Поняли?

-Поняли. В нагрузку значит?

-Повышенные обязательства и встречный план. Все, идите, стахановцы.

***

От экспертов принесли папку с результатами вскрытия Протасовой, но там тоже все было как и у первой, разве что поела она не столь хорошо и похоже была веганом. Никто ее не оглушал, не одурманивал, не отравлял, не бил шокером. Просто ударили ножом и оттащили в кусты полумертвую. Там она и умерла, впиваясь ногтями в осенние листья.

Семенов откинулся на спинку кресла и подумал, что обе женщины почему-то легко подпустили к себе неизвестного с ножом. Какой-то угрозы в нем они не увидали, за что и поплатились. Конечно, можно понять, что дом был рядом, и это их успокаивало, но все же…

В другой папке были данные о мужчинах в троллейбусе. Никто в списках МВД не значился, все они сразу пришли домой.

Да, еще эти два ключа. Кому она их отдала? Или просто потеряла?

Зазвонил телефон. Женский голос в трубке тихо произнес:

-Простите, вы ведете дело о смерти Александры Протасовой?

-Да, я. Следователь Семенов.

-Я только сегодня узнала, что она погибла. Когда печати на двери увидела.

-А вы кто?

-Я ее подруга – Мария Полякова. Я с соседкой поговорила, она рассказала мне про ключи.

-Про какие?

-Что вы спрашивали, кому Саша давала ключи.

-И что, вы знаете?

Женщина помолчала, как будто собираясь с духом, и сказала:

-Она мне их дала.

-Зачем?

-Она мою дочь обучала, а теперь я от мужа ухожу и сижу у нее вместо работы, а у моего, -она как-бы споткнулась на этом слове, - друга – он по сменам работает - второй комплект. Был. Он приходил, когда она к ученикам шла. Теперь вот квартиру придется снимать.

-Вы можете зайти в отдел, чтобы отдать их?

-Вечером разве.

-Хорошо. Я предупрежу дежурного. Или сам встречу.

-Да. До вечера тогда.

-До вечера.

Слушая гудки в трубке, Семенов думал, как же все-таки странно бывает в семейной жизни: вот учительница музыки помогает женщине в распавшейся семье изображать для обманутого мужа, что все в семье нормально, и даже не боится, что ее квартиру обворуют.

***

В обоих троллейбусных парках разговоры, как и следовало ожидать, не привели ни к чему новому, разве что обе кондукторши сказали, что заметили пропажу привычных пассажирок. Он уже собрался уходить, но тут водитель сказал:

-А помнишь, в спинку сиденья в салоне как-то железяку вроде ножа засадили недавно?

-Это когда? -Насторожился Семенов.

-Да дня три, во второй день смены.

-А у кого?

-У меня. Я с этими тетками не работаю, просто сменщик заболел.

-Сам ты тетка! –Закричали кондукторши. Водитель только отмахнулся.

-И где она, железяка эта?

-Да в раздевалке лежит где-то.

-Пойдемте, глянем.

-Ну, пойдемте.

Через пять минут Семенов держал осторожно, за самые кончики, обломок третьего ножа из набора.

Еще через двадцать он получил запись видео с маршрута за день, когда нож был сломан.

Обломок лезвия он отнес экспертам, удивив их отсутствием трупа на этот раз, а сам сел за компьютер просматривать видео. Следствие не всегда погоня.

На столе его ждало сообщение от Илонова с именами и адресами двух мужчин из института. Третий раньше сидел за хулиганство полгода.

Мужчина на экране вошел в переднюю дверь троллейбуса, ехавшего без кондуктора, прошел спиной к камере и сел сразу за спиной девушки в левом ряду. Больше в троллейбусе не было никого. Мужчина сделал какое-то движение правой рукой, девушка полуобернулась, но снова отвернулась к окну. На следующей остановке этот человек в темных джинсах, вероятно, белых кроссовках и темной куртке с капюшоном вышел в заднюю дверь.

Телосложение среднее, худощавое, рост примерно 175-180.

Те, что вышли с Протасовой были другими: один был высокий и жестковат лицом, похож на настоящего сидельца; двое других в плащах и шляпах с дипломатами тоже не подходили – рост и комплекция, все было не то.

Лица этого мужчины так и не удалось разглядеть. А девушке очень повезло – она могла стать первой жертвой вместо Торкаевой.

Телефон вывел Семенова из размышлений. Дежурный сообщил, что пришла женщина.

Полякова была лет тридцати пяти, очень хорошо одетой. Видимо, в деньгах она не нуждалась, и можно было только гадать, готова ли она бросить жизнь, при которой муж даже не замечает, что она не работает, а ее пока что друг пашет посменно.

Они быстро поздоровались и в кабинете Полякова сразу попросила:

-Только надо, чтобы муж ничего не узнал.

-Так скажите, что вас из-за смерти Протасовой вызывали. Кстати, а ваш муж ревнив?

-Знаете, -она призадумалась,- пожалуй, он на мне бы сначала как-то отыгрался, да и то в суд бы подал.

-Но вы вчера его во сколько видели, например?

-Да-да, понятно… Где-то с восьми вечера.

-Спасибо, давайте протокол подпишем и вот ключи тоже оприходуем. Они у вас не пропадали?

-Нет.

-А  у друга вашего?

-Тоже нет.

-Вы не могли бы как-то приблизительно вашего друга описать?

Она заколебалась.

-Зачем?

-Есть у нас подозреваемый.

-Давайте, я ему позвоню. Она достала телефон, и вскоре сказала: Сережа, выйди из машины, пожалуйста.

Потом обратилась к Семенову:

-Вот он, посмотрите в окно.

За окном Семенов у раскрытой двери длинной «Нивы» увидел высокого седоватого брюнета, слегка полноватого, лет пятидесяти. Нет, в троллейбусе был не он.

Чего же не хватало Поляковой в семье? Может, просто внимания.

Уже под конец этого длинного дня Семенов вновь подошел к окну. Шел дождь, желто-красная картина за окном размывалась, по карнизу стучали капли и уже понемногу темнело. Светофоры и фары светили ярче. Выключая свет, он обернулся, думая: Хорошо бы сегодня больше ничего не случилось.

С этой мыслью он запер дверь кабинета.

***

К месту происшествия Семенов добрался на такси, когда дежурный дозвонился до него в метро.

Под козырьком подъезда многоэтажки, словно устав от осени, дождя и жизни, сидела спиной к стене девушка. Вокруг нее разлилось кровавое пятно. Рядом, как муравьи у своей королевы, копошились эксперты. Чуть сбоку стоял светло голубой, как кусочек ясного неба, зонтик.

Кинологу под таким дождем делать было нечего, и он остался в машине.

Семенов поздоровался со всеми. Женщина, нашедшая труп, жила в этой же парадной и уже было известно, кто убитая и где жила.

Снова взяли ключи, и опять в квартире их встретила обычная девичья обстановка, хотя паспорт оказался не в сумочке, а в ящике серванта. Ничего на первый взгляд не тронуто. Двадцать три года. Светлана Манок. Приезжая. Прописка временная, квартиру снимает.

Пропуск в бизнес-центр, бейджик с именем и должностью менеджера.

Опять спросили про предыдущих жертв, но никого из них соседи не знали. Семенов и сам помнил, что в телефонах предыдущих жертв такой не было. В телефоне Манок номеров других жертв тоже не было.

Семенов снова был внизу и уже собирался пойти за записями с камеры на подъезде, но посмотрел вдруг на сиротливо стоящий зонт и спросил эксперта:

-А с зонта отпечатки сняли?

-А зачем? Это ведь ее зонт.

-Ну посмотрите хотя бы.

-Ладно, -вздохнул эксперт, -давай.

Когда Семенов выходил с записями, эксперт порадовал его:

- Слушай! Ты как в воду глядел! На рукоятке чьи-то отпечатки.

-Ну вот, а ты боялся.

Рутины еще хватало – уже позвонили хозяйке, матери, но встреча с ними отложилась на завтра.

***

Наутро опять ничего хорошего не случилось:

-Ну что, работнички? Уже три убийства за три дня. Результаты какие?

Семенов встал:

-Между убитыми связи нет, похоже, серийные убийства. Кроме трех убийств выявлена попытка убийства в транспорте. Объединяет все убийства применение ножей из бракованного набора. Последнее убийство произошло во время дождя, убийца взял ее зонт в руку, дошел с ней до парадной и зарезал. Зонтом он прикрылся от камеры и ушел спиной к камере. Телосложение среднее, скорее худощавое, рост 175-180, одет в темную куртку с капюшоном, темные джинсы, светлые кроссовки.

-Еще что?

-Все случаи происходят вечером, когда жертвы возвращаются домой. Можно предположить, что он работает до более раннего времени, работает на дому или не работает вовсе. Отпечатки пальцев есть, но в нашей базе не проходят.

-Ну что же, уже неплохо, осталось только поймать. За чем дело стало? Берите и ловите!

-У него, товарищ полковник, системы нет в выборе жертв, адреса разбросаны. Один раз в транспорте попробовал, там вообще не вышло,  один раз в парке. Вот только с подходом к подъезду, он, похоже, нащупал что-то. Торкаевой он, видимо, мешок тяжелый поднес, а Манок, видимо, уговорил под ее зонтиком пройти. Из всего этого можно еще предположить, что лет ему не так много и выглядит он не страшно. Одет он тоже довольно-таки по-молодежному. Сегодня перепроверим еще раз в троллейбусном парке и установим точнее время смерти. Раньше мы проверяли тех, кто выходил с убитыми, а сейчас приблизительно знаем, кого искать. Пробовали отследить его по камерам других троллейбусов, выходит, что он примерно в этой зоне должен обитать. –Семенов обвел указкой круг на карте. –Теперь мы обследуем камеры этого района, но, к сожалению, он довольно велик, и камеры есть не на всех парадных. Да и у участковых много своих дел. Но рано или поздно…

-Вот что, у вас «рано» уже не осталось. Только «вовремя» или поздно». Уже три раза как «поздно». Все-то вы про него знаете, а как его поймать, неизвестно! И лица его у вас нет, а отпечатки неизвестно чьи. Делать-то что? Ждать пока у него ножи кончатся? Сколько их там, Степан Павлович?

-Семь. –отозвался эксперт.

-То есть, еще троих он может завалить, пока вы тут раскачиваться будете. А потом другой набор купит. И тогда что?

Семенов молчал, сказать было нечего.

-Вот что, сыщики, вы мне тут не говорите про тайну, про то, что спугнем, придется объявлять по телевизору про него. И видео показывать. А то он и сегодня вечером точно  кого-то прибьет. Быстро в парк сегодня, просматривайте новые видео. Давай, Дима, готовь описание. Все.

Все встали, пошли к дверям, но полковник вдруг сказал:

-Илонов, Семенов, задержитесь. –пришлось остаться.

-Ну, -спросил полковник, -что там с этим многофамильцем, лес прочесали?

-Нет еще, -ответил Илонов, -но у меня вот отгулы есть, я бы как раз и сходил, а со спасателями, которые тогда были, я созвонился, готовы помочь.

-Вот все бы вам погулять! Ладно, давай. Один день. И сам смотри, не пропади! Дима, за двоих давай тут.

***

-Ну, а вы-то как раз и не пойдете, а то потом вас искать! – порадовала Илонова веселая рыжая девушка. -Сидите здесь и рацию слушайте.

-Точно, -подтвердил крепкий мужик с широкой бородой, -здесь чай, самовар, баранки, печка. Я еще тогда понять не мог, зачем они в такую глушь поперлись шашлыки жарить. Тогда еще и не везде оттаяло, а он еще и в Петербург поехал заявление делать вместо того, чтобы здесь обратиться. Час с лишним езды. Нам ночь пережидать пришлось, а время еще то – медведи могут подниматься, хотя и не очень их много, волки похаживают, да и ночи тогда холодные были – замерзнешь только так. Мы тогда прочесали, - он подошел к карте, -вот весь этот район с коптерами и собаками. Дальше она бы просто не ушла. Да еще три раза. Ничего. Так что, чего вы тут найти хотите, не знаю.

-Ну, он просто хочет ее умершей признать, а надо бы попробовать.

-Хорошо. Только если сообщение придет, что пропал кто, то мы вас бросаем, живые нам важней.

-Ладно.

-Ну все, ждите. Погода пока ясная.

С этими словами глава волонтеров оставил Илонова в теплой избушке с самоваром и русской печью. Волонтеры отправились в лес, в небо взмыла пара коптеров, и через некоторое время стихли и лай собак и  голоса людей. Только были слышны переговоры в рации, да на мониторе по карте ползали точки людей и коптеров. Операторы сидели снаружи и переговаривались между собой. «Да-а! -подумал Илонов, -Операция!». Ничего не менялось несколько ч