К МАМЕ. Письма неюного путешественника (на конкурс)

«К МАМЕ»

Письма неюного путешественника

Вышний Волочёк, 18 июля 2021

Дорогая Моя Мамочка!

Пишу Тебе уже достаточно удалившись от нашей красавицы Москвы и вполне погрузившись в наше большое путешествие. Возбуждённый переполняющими меня радостью наконец осуществившейся мечты и случившимися за сегодняшний день впечатлениями, не могу молчать и не поделиться своими приятными переживаниями. Несмотря на довольно большой по нашим меркам проделанный за сегодня путь, усталость совершенно не чувствуется. Остаюсь адептом убеждения, что положительные эмоции всегда придают физических сил.

А вообще-то нет худа без добра. Навалившийся и никак не желающий, да неверное и никогда уже не пожелающий оставить нас КОВИД, подарил мне счастье реализовать давнюю мечту: начать по-настоящему изучать нашу Матушку Россию. Все ковидные ограничения наконец-то позволили нам сбросить с плеч груз стереотипов. Ведь, о чём бы мы ни мечтали, о каких бы поездках ни фантазировали, в конце концов собирались в октябре и отправлялись на берег турецкий за порцией солёного моря и жаркого южного солнца. И даже возгласы внутреннего патриотичного голоса о том, что у нас тоже прекрасное море, всякий раз разбивались о почти неоспоримый аргумент: в октябре у нас уже и море холодное, да и погодка может подкачать. Этим всё практически всегда и заканчивалось. Зато теперь наконец-то, спасибо ковиду, мы свободны и можем наслаждаться и познавать нашу прекрасную огромную страну.

Эмоции выплёскиваются через край моей души. А по сему писать буду без самоцензуры. Согласись, невозможно цензурировать состояние души. Хотя...

Так вот.

С вечера возбудившись предвкушением нашего первого большого путешествия на колёсах, мы проснулись ни свет ни заря, лишь только приподнявшееся солнце раззолотило листву в нашем дворе, который я по праву считаю маленьким парком. К началу восьмого мы уже радостно загрузились в машину. А ещё через полчаса почти с гиканьем вырулили на прямую дорогу навстречу приключениям. Ленинградка встретила нас просторностью воскресного утра. Мы не ошиблись, и весь день, всю дорогу нас миловало от пробок, от изобилия фур и прочих «прелестей» будничной жизни этой важной транспортной артерии. Я Тебе уже говорил, но напишу ещё. Я в восторге от наших дорог. И это уже не в первый раз. Я потихонечку начинаю стареть, а дороги в России всё хорошеют и хорошеют. Особенно там, где за них отвечает Автодор. Ехать по таким дорогам сплошное удовольствие. Я вообще считаю, что так до конца и не обретшая авторства фраза, что в России две беды: дураки и дороги, давно потеряла свою актуальность. Всегда возмущался по поводу дураков. Их полно везде. У нас ни чуть не больше, чем в любой другой части света, а то и меньше. Но вот с дорогами у нас всегда, действительно, было не везде и не всегда. Жизнь у нас такая, да и климат вам не южноевропейский. Но зато сколько раз они спасали нас от захватчиков и супостатов! Я вот теперь, катясь по практически идеальным дорогам, часто задумываюсь. А не слишком ли? Не слишком ли мы упрощаем жизнь врагу, если что? Но шучу…

На выезде из Москвы мы под завязку заправились и покатили, подгоняемые в спину весёлыми лучами разжаривающегося солнца. Места, все до Солнечногорска были знакомыми и, не лишая нас удовольствия, не удивляли и не баловали новизной. Довольно быстро докатили до Клина. Клин нам очень понравился, порадовал своей аккуратностью и зародил желание приехать сюда погулять, а может и не одним днём. Мы решили, что обязательно должны приобщиться к месту, где наш великий Пётр Ильич подарил потомкам свои шедевры русской классики. Обязательно! Однако, где-то посреди Клина меня начали робко посещать сомнения по поводу моей восторженности российскими дорогами. Прямо в центре сего достойного города нас начало потрясывать, и мне пришлось лавировать, объезжая не самые приглядные свидетельства безразличия местных властей. Но, слава богу, это «приключение» продлилось не долго. Через светофор я облегчённо вздохнул и снова погрузился в изучение города, уже не особо концентрируясь на качестве асфальта под колёсами. В конце концов мои сомнения снова отправились в дальний угол сознания, и я остался верен себе. Наметив себе отдельную поездку именно в Клин, останавливаться мы в нём не стали. Тем более, что впереди нас ждала ещё большая программа на сегодняшний день: Тверь, Торжок и Вышний Волочёк. Проезжая через город, я вспомнил, как ездил в Клин лет двадцать пять тому назад по делам цыганским. Помнишь? Я подвязался администратором к цыганскому ансамблю и ездил тогда по городам и весям договариваться в клубах и домах культуры о концертах. Но узнать город я не смог. Старался, старался, но ни одного знакомого уголка так и не приметил. Конечно, Клин здорово изменился за эти годы, а может, я просто тогда особо не смотрел по сторонам. Не знаю...

После Клина подмосковные индустриальные пейзажи стали постепенно растворяться в лугах и паровых полях. Приближаясь к Волге, Ленинградка начала радовать нас живописными берёзовыми аллеями вдоль трассы и розовеющими морями иван-чая. Я почему-то вспомнил свой дачный детский восторг, когда бродил как в лесу среди заканчивающихся высоко над головой зарослей иван-чая на соседнем лугу. Детского счастья не повторить, но восторг уже видевшего многое немолодого мальчишки, пожалуй, по силе ему не уступает ни чуточки. От дороги до самого виднеющегося вдалеке леса раскинулись нежно-розовые ярко-сочные поля. Пожалуй, с такой красотищей могли бы сравниться лавандовые плантации. Но мне всё-таки кажется, цвет иван-чаевых морей нежнее и радостней. Так, взахлёб впитывая воздух и красоту, переехав по длинному мосту через Шошский разлив, к десяти мы докатили до Твери.

Тверь — красавица! Прелестный город достойного сочетания всех эпох. Въехав через вполне ухоженный и состоятельный частный сектор, мы проехались по находящейся в приличном состоянии застройке средне-развитого социализма и юркнули в исторический центр. Спасибо достижениям связи и технологий. Навигатор привёл нас именно туда, куда надо. Не долго думая где, мы припарковались на первой же приглянувшейся нам улице в двух шагах от главной набережной. Было ещё довольно рано для воскресенья, но у дверей кафе, прямо напротив которого мы припарковались, скучали две девчонки официантки. Похоже, они уже даже успели обсудить все девичьи новости прошедшей ночи и теперь просто молча наблюдали за приезжающими туристами типа нас, периодически паркующимися на той же улице, постепенно заполняя её своими машинами. Немало было среди приезжающих и явно тверчан, несмотря на ранний час. Они не менее радостно, чем туристы, вылезали большими и маленькими семействами из машин и бодро под щебет детворы двигались к исторической и отменно приведённой в порядок набережной. Увидев нас и небольшое наше замешательство после длинной дороги, девчонки официантки было приободрились, но быстро раскусили нашу несостоятельность как клиентов. Вежливо и радушно, но без всякой заинтересованности они поздоровались с нами в ответ на наши приветствия и тут же нашли тему для нового только их разговора.

Оставшись довольны местом, где оставляли нашу труженицу на четырёх колёсах, мы в пять минут оказались на главной набережной. С удовольствием готов сказать, что Программа возрождения городов России в действии. Историческая набережная на правом берегу Волги по-настоящему порадовала нас красотой и ухоженностью. Дома, домишки и домища почти все, по крайней мере которые можно, отреставрированы. Путевой дворец в прекрасном состоянии и продолжает вылизываться. За старым стадионом исключительно достойный мемориальный военный комплекс. Ничто не вызвало у нас неудовольствия и тем более раздражения. Самые добрые чувства породила во мне любовь тверчан к своему знаменитому предку. Я имею в виду князя Тверского и какое-то время Великого Михаила Александровича. Да, да. Того самого, что боролся с Юрием Данииловичем Московским за Великое княжение. Того, что его получил, возможно, по праву. Того, что успешно сражался и с новгородцами, и с москвичами и с ордынцами. И именно того, кто не уберёг ханочку - супругу князя московского, держа её у себя в плену. Упустил он свою жар птицу, дал ей помереть, а может и помог. Но удача от него отвернулась, и принял он смерть в Орде. Тверь окончательно потеряла шансы стать великокняжеским центром, а сам Михаил был потом, через пару сотен лет, причислен к лику святых. Пишут, был достойным человеком и правителем своего времени. Не сомневаюсь. Но хотя и понимаю тверчан, тем не менее немного грустно за них. Уж очень глубоко сидит в них обида за потерю возможности стать центром возрождающейся всея Руси. И мне порой кажется, они и сейчас смотрят на москвичей как на соперников, отобравших у них право быть первыми. А может, я это всё сам себе придумал, начитавшись всякой исторической всячины…

Но всё равно, все тверчане, с которыми нам довелось пообщаться, будь то охранники, кассиры, продавцы и прочие, люди очень вежливые, искренне, подчеркну искренне, любезные и доброжелательные. Я проникся настоящей теплотой к ним. В общем Тверь нас приняла радушно, и покидали мы её, сохранив в душе самые душевные и радужные воспоминания. Хотя, если быть честном до конца, две вещи всё-таки вызвали во мне некоторую грусть и даже досаду. Первое — это запущенное до плачевного состояния, когда-то явно очень красивое здание речного вокзала на противоположном берегу от исторической набережной, на стрелке Волги и Тверцы. Один старожил на скамейке в сквере, идущем от главного моста к речному вокзалу, услышав, как я сокрушаюсь, рассказал мне, что вроде его собираются восстанавливать в ближайшие год — два. Было бы здорово, если бы этому прекрасному образцу советского креативного зодчества подарили новую жизнь. Очень хочется на это надеяться. Ну а второе. Второе то, что повсюду, и на мосту через Волгу и дальше вдоль красивого Петербургского шоссе видны печальные останки былых трамвайных линий. Когда-то, ещё видно, это была очень живописная романтичная дорога практически через весь город. Но, увы, в Твери отказались от трамваев. Может, не на всегда? Я так хочу надеяться. Я так люблю трамваи!

Но даже эти две печали не смогли очернить наши самые светлые впечатления. Так что ещё долго, почти до самого Торжка, мы переживали радость встречи с этим замечательным старинным городом.

В Торжок мы въехали с ощущением, что будет дождь. И мы не ошиблись. Хороший летний ливень застал нас аккурат на выходе из Благовещенской церкви. Правда до этого мы успели оставить машину на главной исторической, а заодно и административной площади, дойти до Борисоглебского монастыря и посетить место когда-то существовавшего Торжокского кремля. Слава богу, в храме мы были не одни. Очень милая, вроде ничем не приметная и как-то по-доброму застенчивая служительница храма, в одиночестве приготовляла его к завтрашнему событию. А событие должно было случиться и конечно случилось действительно великое. В Торжок и именно в этот храм привозили мощи Александра Невского. Так вот эта симпатичная женщина, хотя и закончила все свои дела и должна была запереть храм, позволила нам побыть ещё немного пока не закончится дождь. А сама легко, несмотря на не юный возраст, по-детски перепорхнула через лужи под весёлыми струями льющегося с небес дождя прямо в калитку своего дома напротив храма. А может, и не своего, но хорошо ей знакомого. Мы побродили немного посреди благоговейных икон и вышли на крыльцо ожидать окончания дождя. Облака нам уже начали подмигивать, обещая в скорости чистое небо и солнце над головой.

Именно в этот момент в цветастом ситцевом платьице до колен, абсолютно босиком и в хорошем подпитии снизу по улице перед храмом бодро двигалась молодая женщина, улыбаясь то ли летнему дождю, то ли каким-то своим, только ей одной известным радостям. Лёгкое подпитие, как мне показалось, являлось скорее шлейфом, возможно, ночных возлияний, а не свежеприобретённым радужным помутнением. Дама с уверенностью прошлёпала по лужам к нам на крыльцо, оправилась, смахнула со лба капли дождя, открыто улыбнулась, вежливо поздоровалась и поинтересовалась, не помешала ли нам, пахнув при этом добротным перегарчиком. Получив вполне естественный отрицательный наш ответ, она обрадовалась и довольно витиевато, что часто случается с людьми в лёгком подпитии, поинтересовалась, не сможем ли мы угостить её сигареткой. И хотя я, каюсь, довольно часто отказываю в таких просьбах, ей мой язык отказать не повернулся. В ней было столько вежливости вперемешку с непосредственностью и безобидностью! А потом… Ну не смог я ей отказать. Я курильщик и прочитал в её глазах глубокую тоску по давно отсутствовавшей в руках и во рту сигаретки. Я не мог продлять её муки. Получив вожделенную сигарету, дама долго рассыпалась в благодарностях, не теряя при этом чувства собственного достоинства. А потом, выдав философскую мысль по поводу того, что курить на ступенях храма негоже, поглубже упрятала заветную сигарету в свою дамскую сумочку, пожелала нам всяческих благ и двинулась дальше гордой походкой по лужам деревенской улицы под уже разъясневшимся небом. До сих пор не знаю, какие чувства посетили меня в тот момент, когда я провожал её взглядом, но они точно были весьма противоречивыми.

Попрощавшись с Благовещенской церковью и пожелав здоровья приютившей нас в ней любезной служительницы, вернувшейся, чтобы запереть храм, мы спустились с горы и отправились прямиком в местный парк культуры и отдыха. Это вообще обязательный пункт нашей программы в любом городе, куда бы нас ни занесли наши путешествия и маленькие поездки. Мы к ним испытываем особенную страсть… И здесь нас постигла ещё одна встреча, ещё больше подпортившая мою радужность и радостность от встречи с древним славным Торжком. На краю с любовью и почтением к подвигу наших отцов оформленной Аллеи Славы к нам привязался молодой человек лет тридцати. Вида он был субтильного с бегающими глазками. Надо отдать должное вежливости новоторов. Данный персонаж тоже сначала проявил изыски вежливости. И надо сказать, заставил нас быть внимательными к нему. Но даже если бы он этого не сделал, всё равно не остался без нашего внимания. Всё-таки мы гости и должны быть учтивыми к проявленному к нам интересу местных жителей. Но после молодой человек перешёл на не очень-то убедительный рассказ о каких-то проблемах с карточкой и банкоматом, переходящих в просьбу посодействовать материально. Я вообще-то редко подаю деньгами, тем более, если просящий здоров, не кривой и не косой и явно в состоянии заработать. Но мы пребывали в задумчивости и благости и готовы были всё-таки раскошелиться. На наше счастье наличных у нас почти не было. И тут то наш собеседник совершил ошибку, напрочь отбившую у нас охоту к дальнейшему диалогу. На наше предложение, сопровождаемое извинениями, поправить его материальное положение ста рублями, парень почти возмутился. В его глазах промелькнуло столько «благородного» гнева… Правда он быстро справился с собой и стал пытаться нас убедить, что сумма не меньше пятисот рублей только «сможет спасти отца русской демократии». Но дело было испорчено. Наш порыв испарился полностью и бесповоротно. Мы потеряли к нему всякий интерес и, пожав плечами, двинулись дальше своей дорогой, сопровождаемые вздохами и всякого рода бормотаниями. Настроение было почти испорчено. Мы не знали, почему именно. Но факт остаётся фактом. Мы прошлись ещё по парку, заглянули в по-прежнему выполняющий своё предназначение дом культуры — достойный образец советской монументальной культурной архитектуры. Немного расслабившись, мы прошлись вдоль отреставрированной улицы на другом берегу всё той же Тверцы и вернулись к машине. Здесь нас ждало ещё одно разочарование. Почти напротив нашей машины всё тот же молодой проситель спокойно снимал деньги в банкомате Сбербанка. Мы в душе порадовались своей твёрдости характера и тому, что не позволили себя поиметь. И всё бы было хорошо, но парень, заметив нас, не известно почему, начал вдруг что-то лепетать, пытаясь что-то объяснить. Может, у него проснулись какие-то зачатки совести. Не знаю. Но зрелище было мало приятным. Мы махнули на него рукой в буквальном смысле этого слова, сели в машину и отправились на выезд из города. Не могу сказать, что настроение у нас было плохое. Но какой-то серый осадочек на душе остался. Точно не могу сказать, что тому причина. Но всё равно Торжок очень милый городок с удивительной сложной и героической историей. Ему ещё украшаться и украшаться, чтобы открыть всю свою прелесть. Надеюсь, после всех этих пандемийных дел он снова наполнится алкающими впечатлений туристами, и жизнь в нём забурлит как в лучшие годы его расцвета. Но мы попали в тот момент, когда улицы были пустынны, сувенирные торговые ряды закрыты из-за отсутствия тех, для кого они предназначены. Да и последняя встреча с новотором тоже оставила свой след.

Так в задумчивости мы и добрались до Вышнего Волочка. Зато Волочёк сразу встретил нас какими-то неподдельными и необъяснимыми жизнерадостностью и жизнелюбием. Честное слово! Здесь всё и все были вполне довольны собой и окружающим. И молодёжь в симпатичном сквере у древнего Богоявленского собора. И отдыхающие горожане вперемешку с дачниками на заросшем диком острове между руслами Цны, гордо называющемся Парк Текстильщики. И обитатели вполне добротных и красивых домов на Ванчаковой линии, чинно прогуливающиеся под стройными рядами лип вдоль то ли очередного русла Цны, то ли для чего-то сооружённого канала. В общем всё нас радовало, хотя ничего необычного или особенного в этом славном городке мы и не обнаружили. Да это и не самое главное. Важно то, что напитавшись позитивом Вышнего Волочка и симпатичных вышневолочан, мы приободрившись и снова впав в восторг путешествия, отправились в наш отель на ночёвку. Отель, а точнее мотель тоже нас порадовал, уютно примостившись своими деревянными срубами между трассой и лесом и самым тёплым приёмом его хозяев…

Буду, пожалуй завершать. Завтра нас ждёт и, я чувствую, уже машет приветственными флагами Великий Новгород.

Великий Новгород, 20 июля 2021

Милая мамочка!

Пишу Тебе на этот раз, уже напитавшись вполне старинным крепким духом Великого Новгорода. Можно сказать, почти под стенами древних храмов, что стоят веками, выдерживая невзгоды и вражеские набеги на правом берегу Волхова в Торговой слободе. Новгород конечно вызывает к себе неоспоримое уважение. Хотя, с моей точки зрения, деяния его в истории России не всегда были однозначны. Ну да были другие времена. Да и правда у каждого своя. Много с тех пор воды утекло, и всё встало на свои места… Но до нашего вчерашнего «торжественного» прибытия в Великий Новгород был ещё почти целый день путешествия от Вышнего Волочка.

Будучи москвичом до мозга костей и стопроцентным дитём каменных джунглей, я особенно каждый раз, оказавшись километров за сто от моей любимой Москвы, безудержно начинаю впадать в почти безумный восторг от красоты, просторов и настоящей русскости. По мне, именно отъехав подальше от столицы, ты по-настоящему начинаешь чувствовать спокойное величие нашей страны, её безграничность в истории и пространстве. А люди! Я люблю Москву и москвичей. Но должен признаться, не всегда и не самые лучшие представители нашего славного народа слетаются в Москву «на сладенькое», стремясь достичь ими установленных высот. Но получается это не у всех. И зачастую те, кому не улыбнулась удача, впадают в уныние, озлобляются и пребывают в постоянном состоянии нервозности и раздражённости. Плюс каменные джунгли, толпы народа и исключительно динамичный ритм города. Сама знаешь. В Москве, совершенно не замечая и совершенно не отдавая в этом отчёт, через пару минут после выхода из дома берёшь бодрый темп. К сожалению таких людей много, что создаёт впечатление постоянной раздражённости и недовольства всех москвичей. Это не так. Далеко не так. Но нервозность всё-таки чувствуется. Ну да это беда всех столиц и больших активных городов, где собираются миллионы людей, большие капиталы и самые несбыточные надежды. И чем дальше ты удаляешься от столицы, тем дышать становится легче, спокойнее и просторнее...

Но вообще-то я о другом. Вчера, безмятежно выспавшись, окутанные воздухом природы и ароматом свежего дерева в нашем уютном бревенчатом номере, мы встали рано. Не на рассвете конечно. Такой подвиг требует от нас особых усилий. Но встали мы всё-таки счастливо рано. Почему счастливо? Объясняю. Перед завтраком мы решили прогуляться и осмотреть окрестности нашего временного пристанища. С одной стороны было всё ясно. Это трасса. Ленинградка. Не знаю отчего, но и вечером, и утром, когда мы выплыли из нашего придорожного терема, машин было совсем немного. Можно сказать, редкая фура проносилась с шелестом между нами и лесом. Больше даже легковушек и небольших трудяг грузовичков. Убедившись, что трасса на месте, и что с ней всё в порядке, мы повернулись к ней спиной и отправились в ещё вчера вечером манивший нас перелесок. К тому же за ним навигатор уверенно обещал Новотерецкий канал. Мы ещё накануне, когда приехали в радостном возбуждении после встречи с Вышним Волочком, хотели туда сходить. Мы не представляли себе точно, каков он, но он нас манил. Но вечером мы поленились, да и настойчиво жужжащие в предвкушении большой кормёжки комары тоже поубавили наш энтузиазм. Утром же мы его нашли. Да не просто так. Пройдя через маленький перелесок и поднявшись на берег канала, мы попали в сказку. Всё вокруг, аж до виднеющегося вдалеке края леса было окутано волшебным седым туманом. Уже освещённые солнцем, но ещё неуверенные силуэты деревьев, здания плотины, каких-то домов на другом берегу создавали какую-то сказочную картину и атмосферу природной магии. Мы замерли и лишь через несколько минут нашли в себе силы оторваться от созерцания красоты и нырнуть в поднимающиеся от воды облака утреннего тумана. Мы пошли бродить вдоль канала как ёжики. Но утро есть утро. Пока мы брели туда до небольшой стайки молоденьких сосен, туман под вступающим в дневные права солнцем растаял. И обратно мы уже шли, радуясь новому светлому дню, обещающему нам сплошные удовольствия. Вот в таком то приподнятом настроении, плотно позавтракав совершенно домашней и вкусной едой, мы загрузились и отправились в путь на встречу с седоволосым Великим Новгородом.

Вообще-то, чем больше удаляешься от столицы на север, про другие направления пока сказать не могу, тем люди становятся спокойнее, достойнее и умиротворённее. Если в Твери ещё чувствуется влияние суетности и нервозности близкой столицы, то в Вышнем Волочке уже нет от этого и следов. А уж в Великом Новгороде и подавно. Здесь каждый, не взирая на положение и достаток, чувствует себя частью чего-то великого, а его существо преисполнено неторопливого достоинства. Приехав в Новгород, сразу чувствуешь себя как-то по-особенному. А вот как, пока не могу понять. Подумаю, постараюсь осмыслить.

А по дороге к Новгороду у нас был Валдай, который стал для меня настоящим откровением. Я вообще по невежеству, каюсь, думал, что это какая-то ничего не значащая деревушка. Мной к тому же руководили смутные воспоминания двадцати летней давности, когда я проезжал через него в и из Петербурга в не самые лучшие годы нашей стран и в не самое красивое время года. В памяти было озеро, небольшой почти серпантин и несколько не очень радостно выглядевших домов вдоль дороги. А оказалось? Оказалось, что это очень красивый город, уютно пристроившийся на возвышенностях на западном берегу удивительной красоты одноимённого озера. И выглядит он как настоящий курортный город со всеми обязательными атрибутами: парк, набережная, пляж, пансионат на берегу и местный люд, довольный обилием денежных дачников из Москвы и Твери. И как и везде по России по городу, а особенно в центре идут полным ходом работы по расцвечиванию и восстановлению былой исторической красоты. Я прямо не могу на радоваться, как мы взялись все и повсеместно за ремонт и генеральную уборку наших городов. Не везде, конечно, получается хорошо. Желание попилить денежку, полагаю, у многих местных чиновников непреодолимо... Но аппетиты у всех разные, и порог стыдливости очень разный. А следовательно и результаты их деятельности тоже...

Я уже писал Тебе выше, что Новгород вызывает прежде всего уважение. Пожалуй, мы увидели Новгород именно таким, каким себе представляли. Не буду описывать всё, что мы увидели, и как нам всё понравилось. Об этом написаны тысячи строк, и сняты тысячи роликов и фильмов. В общем всё так, как оно и есть. Добавлю лишь, что нас особенно покорила Торговая слобода, где мы живём прямо на берегу Волхова. Полагаю, через годик она окончательно засияет во всей своей древней красоте. Есть одна фантазия, которая обуревает мной каждый раз, когда мы переходим через Волхов по пешеходному мосту, построенному аккурат на месте знаменитого старинного. Так вот, каждый раз я явственно представляю себе, как здесь в смертной схватке бились торговые и софийские новгородцы, как бросали бояр и прочих неугодных им людей с моста в реку, как заливали кровью мост. Ну и так далее...

Наверное буду закругляться на сегодня. Завтра большой день. Едем в Старую Руссу, а потом в Псков.

Да, чуть не забыл. Сегодня нас постигло ботаническое открытие. Осмотрев всё, что хотели в старинной части Новгорода, мы решили пройтись куда-нибудь подальше. И отправились пешком в Свято-Юрьев монастырь. Дорога и погода нас радовали, и мы быстро дошли сначала до Витославлицы, посетили там весьма интересный и грамотно устроенный музей деревянного зодчества. А потом собственно и сам монастырь. Красотища и приятность удивительные. Мы вообще последнее время стали полюбливать наши монастыри. До недавнего времени я не понимал, ну чего люди таскаются по монастырям. Все они одинаковы. Но нет. Был не прав. И с удовольствием признаю это. Каждый монастырь это какая-то своя особенная жизнь, особенная атмосфера и особенная красота. Да, много схожего. Но всё-таки каждый из них особенный. И по-своему удивительный. Так и в этот раз нас охватил маленький восторг. Да ещё и мы, сами того не подозревая, дошли до Ильменя. Как раз около монастыря Волхов в него и впадает. Мы ещё утром подумывали вечером прокатиться на кораблике от Новгорода до Ильменя. Но вернувшись обратно не по дороге, а вдоль Волхова, с радостью поняли, что нам теперь это и не к чему. Мы ведь увидели всё, что могли бы узреть с борта кораблика. И как раз на обратном пути с нами случилось открытие. Мы шли вдоль Волхова, всё время натыкаясь на уютные пляжики в кустах. Постепенно в нас начало зарождаться желание искупаться. Но вот незадача. Купальников то у нас собой не было. «Не беда, подумали мы, народу мало. Можно и в неглиже». Решено. Вдохновившись, мы стали заглядывать на каждый пляжик в кустах. Но увы. Там кто-то уже расположился. То рыбаки, то компания дачников, то просто прикатившая покупаться детвора. В конце концов мы решили, что, значит, нам не суждено. Не долго посокрушавшись нереализованному желанию, мы быстро забыли свою печальку и двинулись дальше, наслаждаясь погодой и природой. Как раз тут-то мы наткнулись на заросли дикой ежевики. Мы в первый раз, дожив до шестого десятка, увидели как растёт дикая ежевика. Но это была только половина счастья. Ежевика не только росла, но и звала нас изо всех сил своими сверкающими на солнце чернеющими ягодами. Устоять не было никаких сил. Мы залезли в самую гущу. И, слегка исцарапавшись, вылезли оттуда минут через двадцать счастливые и с синими языками. Счастье было полным. И всю оставшуюся дорогу, и весь оставшийся день мы так в нём и пребывали.

Вот, как-то так.

Великие Луки, 23 июля 2021

Дорогая моя Мамочка!

Сегодня последний вечер нашего небольшого, но славного путешествия. Остановились в симпатичном мотеле на перекрёстке Рижской трассы и дороги в Великие Луки. Завтра нас ждёт уже прямая дорога домой.

Не волнуйся, пожалуйста. Я действительно контролирую своё самочувствие и прислушиваюсь к себе гораздо чаще и гораздо внимательнее, чем я это делал раньше. Бывает, конечно, и очень часто, когда любопытство и желание засунуть нос везде, где это возможно, берут надо мной верх. Но всё равно не настолько, чтобы потерять голову и чувство меры. Так что не волнуйся.

Не побоюсь сказать, что наше путешествие — сплошные радости, исключительные впечатления, красота родной природы, интересные люди и постоянно накатывающие на меня фантазии на исторические темы.

С Новгородом мы расстались с желанием снова сюда вернуться. Но, выехав за пределы города, ожидание новых встреч и новых впечатлений постепенно взяло верх, и мы погрузились в путь. Величие нашей северной природы, наверное, невозможно до конца передать словами. Да этого и не требуется. Оно есть, а чтобы понять, всё равно надо увидеть и вдохнуть.

Заехали в Старую Руссу. Прошлись по набережной Достоевского, поздоровались с его памятником и отправились в городской парк под названием "Курорт Старая Русса". Действительно курорт: озёра, приготовляющие естественным путём радоновую грязь, шикарная грязелечебница, несколько современных жилых корпусов, водолечебница и бювет, построенный ещё в лучших советских традициях с размахом торжества социализма. Вода, правда меня не вдохновила, если не сказать обратное. Очень захотелось после двух глотков всё это заесть чем-нибудь вкусненьким. Но очень красиво и достойно. Люди, как везде и как всегда, безумны. Я ещё могу понять приехавших на курорт подлечить здоровье. Они ответственно приходят со своими кружками, чтобы выпивать очередную порцию «волшебного напитка», который обязательно должен дать им решение всех проблем и долгих лет жизни. С этими по крайней мере всё понятно. Но есть же ещё и безумцы, приходящие с вытаращенными глазами с пятилитровыми канистрами, чтобы налить и идти пить, поить всех родных и рассказывать потом о чудодействии. Наверное, я чего-то не понимаю, как и не понимаю паломничество к нашему источнику в Покровское-Стрешнево. Ведь идут почти каждый божий день в одиночку, парами, семьями. Передают переходящее знамя из поколения в поколение и несут, везут на всём, что катится, литрами, десятками литров...

Переждав в бювете весёлую летнюю грозу, мы пообедали в центре Руссы. Рес