«…изломанные и лживые жесты»

Вновь соло танцует мамбо шипящая, но глухая.

Ей пятки сжигает крыша, ей хочется вертухая.

Не зря ж ею вынут ножик, чтоб месяцем из тумана

Дразнить может злобен дога, а может быть добер мана.

Чем больше актёр, тем дольше... Решается странный ребус,

Что выплеснул лавой сердца замёрзший во льдах Эребус.

Как будто на грудь Амура психованная Психея

Плеснула горячим маслом в припадке аменореи.

Цветы возродились сором в корсете чужих манишек,

И в Тушино ездит снова манерно Марина Мнишек,

Где спят на безрыбье раки, но грустно совсем немножко.

Гуляет аллеей ветер. Танцует на крыше кошка.

А трость не летит в переносицу прислужника водолазова,

Ведь гость из тотально чёрного раскрасился до чумазого.