Антименеджер (на конкурс)

 

Повесть

 

Минуя нас, судьба вершит дела.

Петроний Гай Арбитр

 

Глава 1.

26 июля.

            У меня новый начальник отдела продаж. С минуты на минуту знакомство, дежурная шутка, наброски стратегии, расстановка задач, обещание бонусов и тайная, душещипательная, сумбурная возня по выживанию, или, на худой конец, схватыванию жадными пальцами ручки карьерного трапа, – возня бобиков, то бишь нас, за место у миски с молоком.

Мой офис на 68 этаже МФК Башни «Федерация. Восток» (Federation Tower East). Да, в Москве есть такие этажи, и такие офисы, и внимание(!), даже есть люди, взбирающиеся на такую немыслимую высоту.

Новый командир, щедро разбрасывая вокруг аромат парфюма и пота (не будем сбрасывать со счетов волнение), с минуты на минуту будет поднят на скоростном лифте, аки космонавт на свою космическую посудину. И… начнет самоутверждение, построенное якобы на самоуважении. Все так, но резонный вопрос: почему командир не я, протрубивший тут как стахановец, пятилетку? Ну это так, только вопрос.

9 утра – жара. Дубай переехал в Москву. Вываливаюсь из метро и подползаю к башне. На турникете 35 минут до старта напряженного рабочего дня. Меньше минуты на лифт, стало быть – 34 минуты до старта. Специально приехал раньше всех. «Раньше» – сегодня ключевое слово. Сегодня день опережений. Нужно успеть экипироваться на стрелку с клиентом и свалить с рабочего места… раньше, чем «новоявленный» заявится.

Нет, это не обожание хештега «# люблю клиентов», план побега связан с решительным отказом вызывать рвотный рефлекс от речи нового начальника и его кислотного дождя слов (у каждого нового руководителя он все больше – видимо, к предыдущему списку он прибавляет свои требования, и так по наследству они переходят). Предупреждаю Катю. Она уже на ресепшене, уже осуществляет свой традиционный утренний уход за лицом (или как это называется? Забыл). Предупреждаю менеджера Марину, которая даже если ты припрешься сюда в 3 часа ночи, окажется тут все равно раньше тебя. Побег должен пройти «без сучка–без задоринки».

Инвентаря – 5 кило, не меньше – прям армейский комплект «Ратник». Вдыхаю холодок кондиционера. Но эт семечки. Тяжелее представить новую жизнь без «Предела» (эт бывший начальник) трудно. Даше лифт свистел по–особому, с облегчением. Еще бы. Ему не возить теперь эти полтора центнера туда–сюда.

Где ж будет его искристый лай, где бегающие по моей физиономии, от правого уха до левого глазки, где испарина на лбу при ним его начальник или его смазливая подчиненная в плотно облегающем талию дрессе, ну куда все это денется?

Собрался. Сел. Зачем–то чиркнул объявление: «Продается менагер «Предел». С большим пробегом. Не бит. Не крашен. Не прокурен салон. Шипы на колесах. Недорого». Прочитал – полюбовался на собственный копирайт, положил под клаву Борьке. Пусть вчитывается. Когда придет.

Подумал, а смог бы, ну это… продать «Предела»? Вряд ли, разве только в унизительное рабство…

Да, новость об утилизации Предела – наиприятнейшая. Но дерьмо не плывет абы куда, оно заплывает вверх, то бишь на повышение. Кем назовут этот корабль после переплавки там? Может, как с "Варягом" поставят какое–нибудь самурайское имя и оставят при этом старое.

Вчера, в понедельник, Предел уходил в ночь, аки ратник на новую заставу. Молча, насупившись, «не обчаясь» с нами, коллегами по цеху, соратниками по мастерству на@бки клиентов. Крепко держал дистанцию. Простим Пределу этот Пробел...его воспитания. Он ненавидит нас, клиентов, себя, жену, в обЧем, все, что движется – то и ненавидит.

Лохмат как черт(это уже о себе) – последствия скоростной вертикальной гелеукладки. Стремителен, как олимпиец – третье место по скорости приезда в офис. С пылью на туфлях – не успел нагнуться за щеткой. Полурасстегнутая молния на ширинке – не успел дотянуть до конца. Кошкина шерсть на костюме – приду – убью!

Ускоряюсь с документами – скелетонист на последнем этапе дистанции. Вызываю добрую улыбку менеджера по швабрам Фатимы. Девушка в шоке, за столько лет видеть меня в такую рань! Она не верит, и потому переходит на таджикский.

–Ман гум шудам, – это я успокаиваю ее, она должна понять как "я заблудился".

На всякий случай заглядываю в кабинет Предела. Чудо совершилось! Кабинет повеселел. Надолго ли? И как он смог выйти из кабинета, где столько корпел? Истероид. А истероиды примечательны тем, что когда их ставишь в центр комнаты, напротив двери – они все равно находят УГОЛ, а не ВЫХОД. Вчера Предел изловчился и нашел ВЫХОД. Он нашел выход, но я не нашел вход.

 

Глава 2.

 

27 июля.

Живу один, не считая кошки. Поэтому в сожители взял гаджет. Но почему он, подлюка, так настырно пикает по утрам? Куда–то завалился, когда я выпал ночью в сон. Шарю рукой – где этот будильник в красном сарафане? Зачем в красный футляр засунул, может, тогда он бы не пикал, неуместно?

Две эсэмэски, как две эскимоски, где одна из них – мужчина.

Анна и Борис, Борис и Анна.

Анна – женщина средних лет, в здоровом теле, готова заниматься сексом 24/7. Анна пишет, почему не позвонил. Борис  – мужчина средних лет, высок, пользуется успехом у женщин, думающих что денег у него больше чем есть на самом деле. Борис пишет, почему новый «Предел» вчера так и не заявился.

Итак, вчера Предел№2 не пришел, наверняка не придет и сегодня… поднимать знамя капиталистического труда. Да, видимо, там, наверху очередь из Пределов №2 (иронизирует Борис) – проходят отбор. Пост–то важный. Не случайно, нас, расп@здяев, на этот пост не рассматривают. У нас фабрика по производству денег из воздуха, а это надо контролировать. Да и всякое бывает. Может, у контролера акромя утилизации ветра в наших башнях, окажутся еще и мозги.

Заеду. Гляну на напряжение в глазах, дрожь в руках, и нелепые жесты, типа «уйди, без тебя тошно». Еще бы, лето к закату, а тут вместо отпуска за свой счет – впахивай с новоявленным Пределом.

Но вчера…

Вчера я взял интервью у одного туза, представившись спецкорром одного из СМИ, которое он всеравно не знает. На самом деле это переговоры в обертке интервью. Ну иначе он не пойдет на встречу с человеком ниже по статусу, т.е. со мной.

Таким макаром я провел десятки интервью с зарубежными бизнесменами. В когорту охотных рассказчиков попали Боб Дорф, Малкольм Макдональд, Брайан Трейси, Карим Рашид, Аллан Пиз, Ларс Валлентин, Оскар Бренифье, Нил Уайтхед.

С помощью интервью yстанавливаешь личные контакты, а дальше проталкиваешь свой проект, пока респондент еще тепленький.

Интервью как переговоры – это мое ноу–хау. Делаешь опросник, раскалываешь собеседника, ну примерно, как образец для подражания Юрий Дудь на YouTube. Там хорошо видно, что между интервьюером и респондентом вместе со ста ртом интервью начались переговоры, где отыскиваются точки понимания, слабые места, амбиции, интересы, а главное, участники смогут договориться еще о каких–то совместных действиях.

Свою модель я назвал «8 друзей Оушена», такая аллюзия к фильму "8 подруг Оушена". Это означает, что 8 вопросов должны превратиться в друзей, и сделать свое дело. Респондент, конечно, понимает, зачем отвечает на вопросы, без труда оценивает свою моральную выгоду, но модель заставляет его раскрыться и протягивает волшебную палочку так сказать, «сотрудничества».

Вспомнив вчерашнюю удачу я похлопал себя по плечу и не поленился еще разок прошарить глазом по строю своих друзей.

  1. Выясняющий вопрос: «Почему на рынке пренебрежительное отношение к креативу?»
  2. Расширяющий вопрос: «Вы рассказали любопытный случай – можно поподробнее?»
  3. Уточняющий вопрос: «Действительно так все и вышло?»
  4. Переключающий вопрос: «А как вы представляете себе, если...?»;
  5. Альтернативный вопрос: «Вы действительно будете стоять на этом или есть более гибкие решения?»
  6. Провокационный вопрос: «Почему к новым контактам такое недоверие?»
  7. Направляющий вопрос: «Вы понимаете, что мы совместно можем предпринять?»
  8. Склоняющий вопрос: «Ну, по рукам?»

Да, черт возьми, даже если вы ничего не выяснили – вы выиграли – ваши вопросы не пролетят бесследно для оппонента – он будет думать о Вас. О Вас! А это уже победа.

Ну вот, я уже в офисе, где рутина шагает полным ходом. Миновал Катьку. О! Здесь уже высокое начальство ходит хомячком – засунув воздух за щеку. Все забываю, как его зовут, он появляется, когда наверху какая–нибудь сумятица.

Все за компами, но косят на дверь. Мы – типа стадо без пастуха. Хотя каждый сдал свой квартальный план работы с клиентами и может обходиться без начальства до первых заморозков. Но все сидят на стреме. Когда объявится пастух со своей свирелькой – они тут как тут.

Айчар – Ленка Б. (с буквой «Б» у нее дружба не только в паспорте, вообще во всех смыслах) в этом эпизоде приобрела вид секретного агента под прикрытием. Очки – будто солнцезащитные, глаза – где–то в стороне от очков, ноги – будто от ушей, двигает телом – не так вальяжно, разговаривает – междометиями. И радикальное изменение походки. Обычно ходит, как все пластинчатоклювые — гуси, лебеди и утки — неторопливо. А сейчас передо мной скачки сороки. Каждый раз, глядя на нее, я забываю о работе.

 

 

Глава 3.

 

28 июля

 

Ничего нет хуже конца ожидания или ожидания конца. Отсюда вывод: а ну ее на …уй (это я про работу). Тем более, они не видят во мне начальника отдела, значит, видят расп@здяя.

Сегодня должен дать ответ мой вчерашний визави  – солидный мужчина при галстухе(«х» вместо «к»), назову его Арчибальд, хотя зовут его Александр … (отчество забыл), за уточнением листаю раздел «Заметки», нахожу запись «Микролакс» и «Тринидад» и рядышком Александр Савельич. Вот! Савельича тоже тянет в брендинг (это наши услуги), но после того как разберется с драконами, которые к нему прилетают.

Да, забавно, когда на первый выясняющий вопрос о проблемах бизнеса он совершенно серьезно выдал Пожарную инспекцию, Налоговую инспекцию,  Санэпидемнадзор, Миграционную службу, Инспекцию по защите прав потребителей,  и даже Хлебную инспекцию. Я представил себе хлебного инспектора. Розовощекий Исидор Яковлевич – двоюродный брат  Александра Яковлевича из «12 стульев» взял холеного Александра Савельича за шкварник и вытрясает из него весь дух. Картина!

«Вобчем» забодали Савельича инспекции. Человек к брендингу тянется, а они все вытягивают крохи нажитые честным трудом. Но несмотря ни на что, наконец в России появится первый бренд после эры «калаша и матрехи».

 

Хочу Жанну.

Жанна – женщина тридцати пяти лет, я ее безуспешно домогаюсь с первого курса нашей Альма матер. Мое домогательство уже сродни каменному углю, закаленное.

В последнее время Жанна взяла за привычку сливать мне по скайпу все свои женские секреты, – судя по всему, нашла во мне подружку. Меня тянет к Жанне, но сначала освежаю в памяти, что она там писала. Шесть дней, я вижу, прошло.

Вот она пишет ночью.

00:41

Моя переписка с тобой – это переписка с другом который всегда меня выслушает....

Женя, мне кажется, я влюбилась... Мне очень нужен твой совет. У меня последние два дня прошли как в американском кино. Наконец, решилась тебе написать. Так вот. Муж опять устроил мне скандал и укатил к мамочке, в другой город, он понял что если останется , без скандала не обойдётся.

 

00:43

А я зная где будет мой парень, уговорила вчера девчонок пойти со мной в тот ночник. Я не была уверена, что он там появится. Но он появился. Я подошла, он был удивлён , но очень рад! Танцевали вместе и все такое. Он спросил, хочу ли я услышать правду. Я кивнула. Он сказал, что мы уже достаточно знакомы, чтоб перейти к сексу. Я была на машине и мы поехали в гостиницу. Конечно секс был не сильно, он был уже достаточно пьян, но он сумел даже сделать то, что ни когда ни один мужчина мне не делал (уточнять не буду, мне неудобно).

 

00:47

Утром мы заказали кофе в номер и я начала собираться – я побоялась, что бы он не подумал, что я слишком доступная. И я предложила взять паузу.

 

00:50

Но по дороге, он мне заявляет, что у его друга день рождения и чтоб мы вместе вечером заехали в кафешку его поздравить, а я в качестве его девушки. Я сначала в шоке, но потом этот экстрим мне понравился. И представляешь, я захожу с обручалкой....)))) Спохватилась, когда меня попросили сказать тост, и быстренько её сняла.

 

Читать дальше невозможно, – зачем она мне пишет. Пойми их, этих баб.

Через пару часов мы встречаемся. Та же непослушная прядь волос и то же струящееся платье с мелким принтом. Мне кажется, что автор ночных откровений и женщина передо мной  – два разных лица. Она по–прежнему, куда не заявится, собирает на себе взгляды мужчин. Кстати, очень похожа лицом на Мирей Матье, только повыше.

Я угадываю Christian Dior J'adore, который уже кому–то дарил, но на Жанне он благоухает вне конкуренции. А дальше?

А дальше "Случилось страшное!» Помните,  в 90–е рекламный ролик, где Нерон исполнил данную оперную фразу.

Мы загрузились в потемки какого–то бара, и Жанна разрыдалась у меня на плече…

…Когда–то Жанна надеялась создать свой дом. Когда–то она вышла замуж. Быстро – неожиданно – азартно. Она думала, что полюбила ЕГО, высокого, серьезного, делового, о каком мечтала. Но жизнь открыла другую карту. Работа – магазин – дом – кухня – работа. А это не для Жанны. Круг замкнулся. Тогда она стряхнула с себя будничную шелуху, –  послала к черту традиции семейного закабаления, написала мужу записку: «приду поздно, ужин в холодильнике», позвонила подругам, и как в беззаботные студенческие, рванула по тусовкам и клубам, а потом их женский «трамвай–желание» нарушил государственную границу, и устремился по заморским странам.

Но главное беспокойство вызывала не семейная бодяга, нет (муж оказался терпеливым). Жанна долгое время не могла забеременеть. Потом случился выкидыш. Потом приговор – детей она иметь не сможет. Жизнь в браке стала пресной, скучной и бессмысленной. Семья распалась. В ее жизни появлялись разные мужчины. Судя по последним ее сообщениям – у нее снова какой–то муж.

Недавно, кажется в этом году, на какой–то тусовке, она встретила сокурсника Шабала, и он устроил ее на работу в свой холдинг. Поначалу дела шли хорошо. Жанна быстро освоилась – она работала в отделе маркетинга и рекламы, и придумывала свои «ноу–хау». Но потом ей урезали з/п, видимо дали понять, что пора уходить. К Боре Шабалу (Борису Васильевичу за массивными дверьми кабинета) на прием пробиться она не смогла. Секретарь с ним не соединяла, а номер мобильника, который он ей назвал, не фурычил.

Жанна не отчаялась. Ведь на ведущих постах работают твои старые друзья–эмгэушники. Но «знакомцы» на глазах превращались в незнакомцев. Они прятали взгляд, бормотали какую–то чушь и хватались за любую возможность сменить тему.

Я отключил свой и ее телефоны, (да все равно по работе всех за день отшил), уложил ее в кроватку, что занимала половинку комнаты ее маленькой кельи, помог натянуть пижаму, когда она разделась, приготовил скромный ужин, покормил с ложечки, пожелал спокойной ночи, подкинул на журнальный столик наличных и ушел.

Прикоснуться я к ней не решился.

 

 

 

Глава 4.

 

29 июля.

 

Хлеб заплесневел. Молоко скисло. Tchibo надоел. Небритый и голодный, чешу в кафе.

Новый босс возник как шум. В опустевшем кабинете Предела вдруг появился шорох, потом что–то упало – озабоченные децибелы возрастали, как на дрожжах.

Звуки сопровождались удушающим запахом на подступах к кабинету Предела (новый Предел успел им наградить, когда утром прошагал по кают–компании) – так начиналось знакомство в целях, якобы работы, а на самом деле «обувания» наивных клиентов, которым мерещатся какие–то бренды в безнадежно антибрендовой России.

Начал с озабоченности возникшей ситуацией. О как! При этом его тело развернуло в сторону окон. Но что именно возникло на его горизонте, не сказал, хотя кабинет Предела, где мы по такому случаю собрались, искрил от импульсов его идей и подозрений.

Он был озабочен (как окажется, он озабочен по жизни) и потому, несмотря на внушительные габариты, продолжал перемещаться, освободившись от пиджака и направляя живот туда–сюда. выдал главную угрозу для нас – это угрозу нашего закрытия. В этот момент я представил себе нашу команду, отъезжающую от Башни – такой кадр из фильма "Трест, который лопнул", где Адомайтис в роли Энди Таккера и Караченцов в роли Джеффа Питерса тащатся на своем тарантасе по дороге в поисках лучшей доли.

Тем временем "Озабоченный" взялся читать какой–то текст на бумаге, видимо, не надеясь на нашу грамотность и способность прочесть это самостоятельно.

Все тут же вспомнили о гаджетах. А я вспомнил о крокодиловых слезах Жанки. Что–то она там говорила о своем замужестве.

Лезу в недочитанную исповедь Жанны.

00:52

Но правда меня никто ни о чем не расспрашивал, я боялась что мне устроят допрос, но меня пронесло. Все были очень тактичны, ни кто не о чём не спросил, кроме моего имени.

00:52

Мы посидели и я поняла, что он пьянеет снова)))) И когда я во всеуслышанье сказала ему, что может достаточно, все с одобрением посмотрели на меня.)))

00:53

Я его попросила вызвать такси, он шокировал меня предложением развестись и выйти за него замуж.... И ты знаешь я поймала себя на мысли, что могла бы согласиться.

00:54

Чем–то он меня взял!!!

00:54

И ещё я подумала что с ним я не буду бояться своих фантазий, он готов на любое безрассудство и в сексе и в жизни. И что я готова с ним забыть про все!!!

Так вот в чем дело! Я ж не читал и не мог понять, о ком речь. Жанна готова выйти замуж за парня, с которым один раз переспала. Ну, делишки. Знал бы – отговорил.

Тем временем «Озабоченный» перешел в наступление, и короткой ладошкой смел с пути нашу утопическую мысль о повышении премий и бонусов. Его заявление гласило: нелегкие времена, компании тяжело, компания ищет новые ниши, кредиты как ярмо, а у него – Предела №2 – повышенные обязательства.

Вывод! Так работать «низя», на него стучать «низя», наша работа – «...уйня», откаты не признает, кто против – «зверь с дороги уходи», тем паче подсократиться нам все же надо, и на этой фразе Предел №2 положил на меня сочувствующий взгляд.

Мой рыжий коллега Константин что–то вякнул, получил быстрый отпор, и зарделся как знамя революции. Боря застенчиво улыбнулся. Марина смутилась. Юлька открыла рот. Антон отказался как–то реагировать. Ленка была в отпуске – не могла отреагировать.

Мы перегружались – еще бы! Почти у всех кредиты. Маринка влезла в ипотеку. Я взял денег у друзей – тоже надо отдавать.

Но кого это волнует, мы для этой компании играли роль не больше чем несколько выпавших из колоды карт на столе Предела №2. Оставалось нас только перетасовать.

Долги, долги – Пушкин к ним относился легко. А нам чего париться? Возможностей то поболе, чем было у Александра Сергеича… Главное, не сколько ты должен – а сколько у тебя крутится, как вода на мельнице. Ничё, прорвёмся…? – как говаривал один мой знакомый, которого все посылали нах из–за его растущих долгов и невыполненных обязательств? И фраза от него уже звучала как–то зловеще – т.е. прорвемся не ним а от них.

 

Тем временем «Предел» высказал еще одну (забыл какую по счету) озабоченность и стал на наших глазах озабоченным в конец, как говорится до предела. «Озабоченный» достал где–то ложку, сел и начал жрать в прямом смысле этого слова. Такого аппетита стол «Предела» еще не испытывал. Диабет? Гастрит? Он жрал и жрал, – все подряд, что было на его столе.

Когда я, полчаса спустя засовывал бутерброд (протянутый изящной рукой Юльки с новым маникюром), то боролся с опасением, что из–за плеча сейчас протянется мохнатая лапа, а следом воздух сотрясется от хрюканья, и начальник отдела сожрет моего аппетитного брауншвейгского друга. Я бы не удивился, заметив его за пожиранием листьев нашего комнатного цветка в предбаннике томящейся в одиночестве секретарши Ленки Б.

Начальник несколько раз повторил «Mamba» – название бренда. Это был многообещающий проект. Мамба – намба – хуямба. 

И почему начальников отдела присылают толстых и обрюзгших? Видимо, этот образ более всего сочетается у руководства с представлением о зорком оке за безалаберными менеджерами.

Все существует, но не в том виде как мы себе представляем, а в процессе превращения одного в другое. Вот Предел №1 переродился в Предела №2. Мы живем в метаморфозах Овидия. Но об этом не знает Овидий, не знает Предел №2, не знаем мы, но знают сами метаморфозы.

 

 

Глава 5.

 

30 июля

 

Голова болит. А ведь еще не уволен!

Как я вчера спустился с башни? Не вспомню.

Когда Арчибальд отказался от сделки, ну и от перспективы иметь какой–то имидж? Не вспомню.

Зачем нагрубил Анне? Не вспомню.

Как ночью искал кошке корм? Не вспомню.

Как попал в офис партнеров, в котором сижу уже сорок минут? Не вспомню.

Нельзя все держать в голове – иначе все высыпется, и давай, Дубров, с чистого листа. Перекурить бы, да жаль, не курю.

На данный момент одно помню точно. Девушка в разглаженных черных брюках поведала о задержке начальника или задержке у начальника, и просила полчаса подавить их желтые подушки, – ну от нее, в награду, естественно, чашка эспрессо.

Сижу–гляжу – вокруг, на полу, на стенах – цветные полоски. Не мерещится? Нет. «Это дизайн, детка»,  – сказал бы герой западного вестерна своей даме. Но я без дамы.        

И здесь конкуренты нас опередили, создав им фирменный стиль, а я приехал биться за бренд–бук, заодно раскрашу подушки в горошек.

Чем дизайнеры их уломали, когда получили такой халявный заказ?

Наверное, козырной картой стало то, что интерьер стимулирует работоспособность лентяев–сотрудников. И заказчик сдался, – потом пришел в себя при обсуждении цены, – поторговался о сумме, дизайнеры сбросили половину цены – заказчик проглотил (не знал, бедолага, что там все равно выгода несколько сотен процентов). И теперь черпает плоды своего креативного решения. Сотрудники небось в восторге и вкалывают как пчелки, хотя девушка в отутюженных брюках где–то заблудилась с моим кофе.

Жанна, Жанна… Я тебе так и не набрал.

Вчера хотел перезвонить. Дубров – ты свинья (это я себя так называю). Что еще скажешь.

Ищи новую работу и новую Жанну, помечтай еще лет десять.

Ну шутки в сторону. Мы с ней позавчера увиделись впервые, ну лет за десять, не меньше. И не романтично. И не красиво. Со стороны – разведенные супруги делят жилплощадь – «однушку» Бибирево. Поплакали, отвез, уложил спать и не перезвонил. Жанна перебивается на сетевом маркетинге, по уличным лавкам продает Фаберлик, присаживается с какой–нить бабкой и втюхивает ей, – для этого, очевидно, училась в МГУ. Девушка–мечта превратилась в девушку–посредника.

Если приведет кого–нибудь в тот гадюшник – заработает на пару чашек кофе.

–Кофе? Спасибо. А…?

–Нет, он еще не освободился.

…Какой же она была на первом курсе! Как она шла по нашему двенадцатому этажу Гуманитарного корпуса №2.

Ничего симпатичнее в корпусе №2 за пять лет я не видел. Она шла в экзотическом окружении азиатов (она приехала из Ташкента). Высокий каблук, короткая юбка, обтягивающая упругие формы, белоснежная блузка, волосы –а–ля Мирей Матье, круглый ротик приоткрыт, пухлые щеки, томный взгляд smokey eyes. А еще дымчато–черные или темно–синие тени в сочетании с черной подводкой, и то, что я люблю – запах, манящий, чувственный запах.

Да ты, Дубров, художник!

И ведь она не изменилась. Ничуть не изменилась. Будто не расставались. Только появились нюансы: одета чуть изящнее, чулки чуть дороже, аромат чуть тоньше, взгляд чуть острее…       

–Проходите! Игорь Сергеевич ждет Вас.

«А! Оказывается, это он ждет, а не я, ну–ну. Все! После клиента звоню Жанне, пока она не успела выйти замуж и развестись за это время».

 

Переговоры протянулись два часа, если не больше. Игорь Сергеевич Кагарлицкий начал с полов (чем не тема), он заказал тот самый полосатый пол, стал креативным до предела и теперь им (то бишь полом) бредил, причем не менее года с момента, как постелили.

Он любитель все получать определенными порциями – странная педантичность. Вообще у меня уже созрела галерея всех моих клиентов – теперь при встрече мне остается лишь уложить очередного в ячейку и начинать «диалох», как говаривал Горбачев. Правда, он где начал, так и закончил. Но продолжая его цитировать, главное «начать» (ударение сами знаете, на первом слоге).

Ну раз партнер – педант, с ним «Step by step», как прием освоения «неусвояемого» в самый раз. Для первого шага – brainstorm с сотрудниками, а там уже выбьем искру для шага второго, концептуального, так скажем.

Партнера обрадовал факт первого платежа в двадцать тыщ, но в том и весь цимус приема, что цена на каждом шаге то удваивается, то утраивается.

Но едва я вдохнул чистого воздуха на Садовом бульваре, как вспомнил, что у меня есть телефон, а в нем непрочитанные SMS.      

Юлька прислала самое интересное сообщение, из которого следовало, что эти переговоры мне проводить не нужно (а ничего, если я их уже провел?). Но интересно другое. Их проводить будет сам Предел №2, ибо все крупные сделки мы должны передать ему – читай: «передать ему основную часть бонусов». А ничего, если я окучивал этого клиента не первое уже лето и только что кое о чем с ним договорился?

Еще интересно, что перезвонить мне Юлька запрещает, ибо у нее аншлаг, – она, она, она... на переговорах в Сколково. Ага, в субботу. Кому ты п@здишь? Я же знаю, что там у тебя любовник с мохнатой лапой. И при нем ты недееспособна!       

Выходит, переговоры я сегодня убил день ради спортивного интереса. Предел №2 быстро вошел во вкус.

Да, дела... Прямо вулканы Исландии с медленно сходящей лавой.

 

 

Глава 6.

 

 

1 августа.

 

Понедельник после бездарно проведенного воскресенья, в понедельник я окунулся страстным и голодным до работы.

Ну первым делом выясняю: «Он здесь?»

Получаю обнадеживающий ответ: «Да, но»!

Оказывается, он просил передать, что не принимает. Всего то!

Меня не принимает начальник отдела, в котором трудятся не покладая рук три калеки?

Мой план «из огня, да в полымя» не сработал. Хотел ворваться и вырвать с мясом свой жирный кусок, – Предел №2 переиграл меня в первом же раунде боев без правил.

Десятки тренингов по переговорам, сотни этих самых переговоров – чудовищно переполненный бэкграунд – и все коту под хвост.

Колхозник из шайки владельцев бизнеса меня переигрывает.

Алгоритм прост: обчистить сотрудников и спрятаться от них, чтобы не задавали глупых вопросов, подсластить торт проверяющим, чтобы не пронюхали, львиную долю денег пустить налом, чтобы в дамки или на нары. И все делают вид, что не знают о денежном ручейке (а где–то и горной реке денег), списанных клиентом мимо кассы, под брендинг.

 

И делов–то! Просто предупредить секретаря – укрыться в тиши кабинета, – там забаррикадироваться – принять важную мину и тем самым поставить всех на место. Всех! Как два пальца обосс@ ть.

Вот засранец! Украл у меня клиентов и спрятался в норку. Часть  детства  я провел в Ростовской области – пацанами излазили всю степь, да–да, ту самую по которой Чехов колесил на бричке. Так вот завидя норку грызуна – мы сливали туда свой скипидар, накопившийся в мочевом пузыре , но вызволить вредителя полей наружу это не помогало.

Короче, я не знаю, как выйти из дурацкой ситуации.

Но!

Стелиться, как южный каперс, у меня как–то не получается, не хватает для лизоблюдства пластичности. А это не прощается! Природа так устроена, что все несгибаемо–торчащее вызывает желание его срубить. Вот поэтому люди издревле стремились изгнать меня из своего мнимого рая.

Но коллеги мои не такие – у них вид, что пилюлю они проглотили и обсуждать из пустого в порожнее не намерены. Все перед экранами мониторов – все в делах – жизнь, как ни крути, удалась.

Теперь нужно выяснить – это он такой загребучий, либо ЦУ дали сверху?

Встаю – иду – открываю дверь в кроличью нору! Сидит – не ожидал.

 

–Представь себе весы. Одна сторона – мои отношения с клиентом, другая – твои.

Равновесия нет. Для равновесия нужно взять нового клиента и делать из него сардельки, тогда заработаем. Тут

Подписывайтесь на нас в соцсетях:
  • 66

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • Комментарии отсутствуют