Брат

— В чём сила, брат?

— В костре на перекрёстке.

— С чего бы так?

— Всё просто. Посмотри —

по бархату рассыпанные блёстки

над нашей головой кто сотворил?

Кто дал тепло усталым пилигримам?

Кто вечен на могилах у солдат?

Кто полюбил доселе нелюбимых?

Если не он, то — кто? В нём сила, брат.

 

— В чём правда, брат?

— В невыкрикнутом крике.

— С чего бы так?

С того, что если крик

сорвался с губ, он лживый и безликий.

Правдивый крик способен длиться миг,

а миг так мал, что звука не расслышать.

Звук лжёт, как дышит, он на то и звук.

Молчи же, брат. Всегда будь там, где тише.

А правда будет в сердце и вокруг.

 

— В чём вера, брат?

— В костлявой старушонке.

— Той, что с косой?

— Хоть с кочергой. Не суть.

Суть в том, что под дерюжной одежонкой

горит пожаром высохшая грудь,

вскормившая собой всю рать земную,

небесной ставшую, однажды и вовек.

Коль этот символ веры поцелуешь,

так сразу станешь богочеловек.

 

— В чём смысл брат?

— На кой тебе он сдался?

— Ну, как же, брат... Без смысла, брат, никак...

— Дурак ты, брат! Я зря тут распинался.

Пойдём-ка лучше мы с тобой в кабак,

да выпьем за прекрасное мгновение,

что нас свело у этого костра.

Другого смысла нет. Без сожалений

живи, мой брат! А мне пора. Пора.