Карточка здравого смысла
1.
Андрей шёл по улице медленно. "Не стоит торопить приближение смерти, когда она уже запланирована." Вокруг было тихо, лишь изредка проезжали такси и временами обезумевший ветер, словно вырвавшись из долгого заточения, нападал на деревья, фонарные столбы и здания, пытаясь их столкнуть с места. В эти моменты Андрей отворачивал лицо и кутался в стеганое пальто.
"Ночь идеальное время, чтобы покончить с собой, - думал мужчина, ступая по тротуару. - Насладиться жизнью в последний раз, выкурить сигарету, пофилософствовать о смерти и навсегда покинуть этот мир. Вот что следует сделать без пяти минут самоубийце".
Он достал из кармана смятую пачку L&M, покрутил её в руке, рассматривая.
"Loneliness and madness. Одиночество и безумие. Этими двумя словами можно описать моё нынешнее состояние. Так сложилось, что я остался один…" В голове пронеслись картины из прошлого. Похороны родителей, погибших в автокатастрофе. Измена жены и развод. Предательство лучшего друга. "...А теперь вот иду топиться. Разве это не безумство со стороны разумного общества? Кто прыгает ночью с моста в реку не раздеваясь? Псих. Идиот. Так меня назовут после смерти. Ну и пусть их! Плывите в светлое будущее, а я останусь за бортом дохлым скотом, которого забудут потом. Что оставить напоследок? Стихи? Предсмертную записку? "Прошу меня простить, мне опротивела эта жизнь. Прощайте!" Или "В моей смерти прошу винить того-то того-то." Бред. Какой в этом толк? Писать для тех, кто останется после тебя, извиняться перед ними, обвинять? Они всё равно не поймут безумного поступка. Чувство обиды тяжелым грузом осядет в их душе на долгие-долгие годы. До самой смерти. Люди слишком любят жизнь для того, чтобы быть живыми. Может быть, предсмертные записки пишут для того, чтобы суицидник очистился перед богом? Но тогда само действие - добровольное лишение себя жизни - противоречит этому выводу. Ибо суицид - грех. Никогда не понимал для чего человек тратит время на написание предсмертных записок. Его уже скоро не станет, он наложит на себя руки и отойдет в другой мир. Какая нафиг разница, если ты труп? Уходить надо молча, не оставляя после себя глупых слов. Я ничего не оставлю. Сгину в темных водах бесследно. Навсегда. Одежду, что сейчас на мне, - Андрей осмотрел себя. - Это пальто, пиджак, рубашка, брюки и ботинки. Завещаю бомжам. Если они первыми найдут меня, прибитого к берегу. А тело? Моё тело не представляет никакой ценности. Его могут съесть животные. Или рыбы. Возможно, оно просто сгниёт со временем и останется голый скелет. Мой череп с волосами будет пугать рыбаков, охотников, незадачливых грибников, решивших отдохнуть у воды или студентов, захотевших бухнуть и потрахаться в лесу под ночными звездами. Куда принесет река мое тело? В какие ебеня?" Андрей прикурил. Затянулся, выпустил кольцо дыма. Почему-то вспомнились слова популярной песни. Он тихо запел:
-Куда ухоооодит детство, в какие го-ро-дааа? И кааак найти нам средство, чтоб вновь попасть тудааа?
"Да. Детство, - подумал Андрей, глядя на мрачное хмурое небо. - А я не хочу попадать в свое детство. Мне хватило одного раза. Ссоры родителей, ругань, драки. Вечные пьянки по выходным. Помню, как выпивший отец выпорол меня, когда я случайно уронил его любимую кружку. "Иди сюда, рукожопый сын!" Так он обратился ко мне. Я жутко испугался. Заплакал. Стоял, словно статуя, не двигаясь. Прирос к полу. Тогда он подошёл ко мне и схватил за ухо. Я заорал. Он швырнул меня на пол. Я ударился лицом. Из разбитого носа пошла кровь. Отцу было похер. Он снял ремень из брюк, стянул с меня трусы и - хлоп! Ооо! Это было, как удар током. Словно мне на задницу положили угли. Обожгло резко и беспощадно. Я заорал, как резаный. "Заткнись!" Крикнул отец. Хлоп! Хлоп! Он бил меня безжалостно, словно я был не его сын, а какой-нибудь паразит-вредитель, вроде таракана или мухи. После седьмого удара я потерял сознание. Мать меня не била, больше кричала. Один раз только приложилась. Мне тогда… сколько же мне было тогда? Наверное, лет шесть. Я закрылся в туалете и размазал её помаду по зеркалу. "Чтоб ты сдох!" Рявкнула она и хлёстко ударила меня ладонью по щеке. Мне показалось, что в сердце вонзили тысячи игл одновременно. Физически это было не так больно, как от ремня, но душевная боль оказалась сильной. До сих пор иногда накатывают эти ощущения. Я убежал в свою комнату, упал на кровать и заревел. В дальнейшем, когда подрос, хотелось наложить на себя руки. Но всё откладывал. Жалел родителей. Да, я их любил. Не смотря на их жестокое ко мне отношение. Даже странно, как в таком истерзанном, худом, скрюченном болью и горем теле могла сохраниться частица нежного чувства… А вот и мост". Мужчина остановился и посмотрел на железобетонную конструкцию с металлическими решетками. "Отсюда я отправлюсь в плавание, - подумал он. - по реке Стикс".
Андрей ухмыльнулся.
"А почему нет? Почему бы реку, к которой приходят топиться, не назвать мертвой рекой? Одному богу известно сколько людей утонуло в этой длинной, как змея, реке. И ещё утонет".
Андрей выкинул окурок и двинулся вперёд. Достигнув середины моста, он прислонился к ограждению и опустил голову. Внизу спокойно текла черная вода. "Подходящий цвет для реки мёртвых", - подумал мужчина. Он перекинул ногу через решетку и уже собирался прыгнуть, но заметил визитную карточку, прилипшую к поручню. С карточки на него смотрела симпатичная женщина с длинными темными волосами в белой водолазке.
- Оксана? - неуверенно произнес Андрей, опустил ногу и взял визитку. Лицо на карточке было очень похоже на его бывшую жену. Такие же каштановые волосы, высокие скулы, тонкие брови, густые ресницы, прямой маленький нос и пухлые губы. Даже форма глаз почти одинаковая. Только цвет другой. Здесь голубые. У Оксаны - карие. Бездонно-карие глаза, в которых тонешь при первом же взгляде. На ум пришло противоречивое выражение "живой труп". "Оно подходит не только к зомби", - подумал Андрей. Женщина на карточке улыбалась, скрестив руки на груди. Под изображением было что-то написано мелкими буквами. Андрей поднёс карточку поближе и прочитал вслух:
- Потеряли здравый смысл? Помогу его вернуть. Психотерапевт высшей категории - Абрамова Надежда Викторовна. Индивидуальный подход к каждому клиенту.
На обратной стороне визитки указан адрес и номер телефона.
Андрей, после случившихся с ним печальных событий, перестал верить в чудеса, в людей. Он не находил в жизни счастья. Он всё больше погружался в себя, в свой внутренний мир, в свой космос. Он летал в этих мрачных глубинах холодной Вселенной, как одинокий космонавт, потерявший космический корабль, покуда не понял, что выход один - самоубийство. Но, посмотрев на карточку, ощущая этот доверчивый и спокойный взгляд чужих, и в то же время родных, глаз, он, впервые за долгое время, решил попробовать всё изменить. "Оксюморон какой-то", - ухмыльнулся Андрей, рассматривая незнакомое лицо.
"Ведь есть же традиция предоставлять заключенному последнее желание перед казнью? - подумалось Андрею. - Может быть, мне стоит использовать данную возможность. Судьба подкинула мне шанс. Может, в этот раз её указующий перст не средний палец? Может, у меня получится пожить по-человечески здесь?". В памяти появилась картинка из учебника географии - большой шар с синими и зелеными пятнами - Земля. И человечек внутри этого шара, нарисованный карандашом двенадцатилетним школьником.
"Неужели не найдется места для меня на этой огромной планете? И пары?"
- Ну что ж. Давайте попробуем, Надежда Викторовна, - проговорил вслух Андрей.
- Давайте, - ответила женщина с карточки.
Он вздрогнул и пристально всмотрелся в лицо на визитке. Губы женщины не шевелились. Глаза не моргали. Лицо было неподвижным, застывшим. "Показалось", - подумал Андрей и убрал карточку в карман пиджака. Он съежился от порыва ветра, поднял воротник пальто и пошел по направлению к своему дому. Через некоторое время мост исчез, будто призрак.
2.
- Здравствуйте! Проходите, пожалуйста! Садитесь!
Голубоглазая шатенка в белом халате встала из-за стола и указала на стул.
Андрей быстро взглянул на женщину и закрыл дверь. Под халатом у неё были джинсы и уже знакомая ему водолазка. Садиться Андрей не спешил. Он шагнул вперёд и остановился, осматриваясь. Обычный кабинет врача. Белые стены. Затертый линолеум. Широкий стол у окна. Справа от него настенные круглые часы. Слева шкаф с полками, на которых стоят сертификаты и дипломы в рамках. Над столом дешевый светильник. На подоконнике цветы.
- Это фикус? - вместо приветствия спросил мужчина.
- Да. Вам нравятся комнатные растения?
- Мне нет, а моей матери нравились.
- Она умерла?
- Оба. Автокатастрофа, - проговорил Андрей, продолжая осматривать помещение. В углу под настенными часами стоял аквариум. Пестрые рыбки, прилипнув к стеклу, открывали и закрывали рты, словно хотели что-то ему сказать. "Интересно, как бы они отреагировали, окажись я среди них?" - и он тут же представил себя рыбой с человечьей головой. Воображение уменьшило и изменило его тело, поместило в стеклянную тюрьму.
"Чужак! Давайте убьём его!" - наверное, именно так и прокричали б их рты. И эти милые рыбки, оскалившись, разорвали бы и сожрали меня, окрасив воду в красный цвет".
- Я его потерял, - внезапно сказал Андрей и посмотрел на женщину. Её лицо выразило удивление.
- Что, простите?
- Здравый смысл. Я его потерял, - повторил Андрей, снял пальто, повесил его на вешалку у двери, затем подошёл к столу и сел на стул.
- А, вот вы о чём. Тогда вы пришли по адресу. Меня зовут Надежда Виктор…
- Я знаю, - перебил мужчина. Он достал визитку из внутреннего кармана пиджака и положил на стол.
- Вот. Это карточка здравого смысла. Так я её назвал.
- Забавно, - проговорила женщина, слегка улыбнувшись.
- Очень. Я как раз собирался совершить одно довольно важное дело. Но тут мне на глаза попалась ваша карточка. И я передумал.
- То есть вы решили кардинально изменить свою жизнь? Я правильно поняла? А что за дело, если не секрет?
Женщина мельком взглянула на карточку и перевела взгляд на пациента.
- Да, правильно, - ответил Андрей и убрал карточку обратно в карман.
- Дело? Так, пустяк. Купание в реке. Головокружительный прыжок с моста.
- Довольно смелый поступок, - проговорила психотерапевт. - Ведь сейчас на дворе осень.
- Верно. Но я назвал бы это сумасшествием. Потому что совсем не умею плавать.
- Самоубийство - не выход. Этим вы ничего не докажете, - спокойно сказала женщина.
- Возможно. Но это положит конец всему. Боли, страданиям, воспоминаниям…
- Я могу вас выслушать.
- Хм. Хотите, чтобы я рассказал свою биографию? Поплакался в жилетку? Как жертва изнасилования? И мне сразу полегчает?
- Хорошо. Я начну первая, - заявила врач.
- Мой отец поимел меня в 14. Это случилось ночью. Мать была на дежурстве в больнице. Отец залез ко мне под одеяло и, закрыв лицо рукой, трахнул меня. Как шлюху. Я чуть не задохнулась под его огромной ладонью.
Женщина помолчала.
- Извините, - сказал Андрей, смутившись.
- Ничего, - проговорила Надежда Викторовна и тяжело вздохнула.
- Здесь можно курить? - спросил Андрей, сунув руку в карман пиджака.
- Вообще нет, но у меня же индивидуальный подход, - она улыбнулась, обнажив ряд белых зубов. Андрей тоже улыбнулся.
- Так ваши родители погибли в автокатастрофе? - спросила Надежда Викторовна после небольшой паузы.
- Да.
Андрей достал пачку сигарет и зажигалку. Прикурил.
- Вы были единственным ребёнком в семье?
Андрей кивнул.
- А друзья, родственники?
- Нет. Друг подставил и сбежал. Бизнес, который мы с ним начинали, прогорел. Из родственников помню только деда. Его загрыз медведь на охоте.
- Мда. Вам не позавидуешь. Потрепала вас жизнь, - произнесла Надежда Викторовна задумчиво.
-Не угостите даму? - она указала на пачку покрытым красным лаком длинным ногтем.
- Конечно.
Андрей выудил ещё одну сигарету и протянул женщине. Она взяла ее и вставила в рот. Андрей чиркнул зажигалкой, женщина наклонилась к огню, прикурила, втянула горький дым.
- Меня зовут Хлюпиков Андрей Дмитриевич.
Врач хихикнула и закашлялась.
- Простите.
- Ничего. Все так делают. Моя жена тоже не сдержалась, когда услышала эту фамилию в первый день нашего знакомства.
Андрей глубоко затянулся и, выпустив сизое облако, сунул сигареты и зажигалку обратно в карман.
- Давно вы женаты? - спросила врач.
- Был. Она мне изменила. Ушла к другому.
Андрей затянулся ещё раз.
- Извините.
- Пустяки. Куда пепел? - спросил мужчина, поискав глазами пепельницу. На столе её не было.
- Вот, - Надежда Викторовна достала из ящика сосуд в форме черепа. - Сюда.
- И много у вас таких безделушек под столом? - усмехнулся Хлюпиков.
- Не так уж. Хотелось бы побольше, - пошутила Надежда Викторовна.
- Это подарок, - объяснила она. - Ручная работа. Благодарность от пациента. Женщина откинула прядь волос с лица, убрала за ухо.
"Красивая. И как на Оксану похожа", - отметил про себя Андрей, рассматривая черты её лица. А вслух сказал:
- Вы слышали легенду про Якова де Моля?
- Нет. Расскажите.
- Это случилось 700 лет назад. Великого магистра Храма, последнего тамплиера, сожгли на костре. После казни труп откопали его последователи. И согласно легенде, череп магистра оказался "живым". Он светился и испускал разноцветные лучи из глазниц.
- Интересно. И в то же время ужасно жалко человека. Это самая мучительная казнь из всех, - проговорила врач, постукивая сигаретой о стенку черепа.
- А перед смертью он проклял своих палачей - короля Филиппа и папу Климента. Говорят, что все его пророчества сбылись, - закончил рассказ Андрей.
- Занятная история. Спасибо.
- Она трахалась с ним в нашей комнате, - резко сменив тему, сказал Хлюпиков. - И на кухне. Я видел сперму на полу.
Надежда Викторовна молча посмотрела на мужчину. Сигарета дымилась между её изящных тонких пальцев.
- Я понимаю, - произнесла она тихо.
- Это в миллион раз мучительнее, чем сожжение на костре, - проговорил мужчина и нервным движением затушил сигарету о дно пепельницы.
Психотерапевт посмотрела на часы.
- К сожалению, Андрей Дмитриевич, время приёма истекло.
Хлюпиков встал и, не сказав ни слова, направился к вешалке. Взял пальто, просунул руки в рукава, застегнул пуговицы.
- Если хотите, мы можем продолжить поиски здравого смысла у меня дома.
Мужчина обернулся.
- Хочу!
Он замер, не сводя с неё серых глаз, словно хищник перед прыжком.
Врач взяла шариковую ручку, написала что-то на бумажке, встала и подошла к пациенту.
- Возьмите. Я буду вас ждать сегодня вечером.
Она протянула ему листок. Хлюпиков схватил его, спешно запихал в карман пальто, молча повернулся и вышел.
На улице он достал и развернул записку. На ней аккуратным почерком был написан адрес и время встречи.
3.
Придя домой, Андрей принял душ, покушал и принялся ждать. До назначенной встречи оставалось три с половиной часа. Он прилег на диван и включил телевизор. Шли местные криминальные новости.
"...Сегодня утром в северо-восточном микрорайоне в квартире многоэтажного дома обнаружен труп 40-летнего мужчины. Документов при обыске не оказалось. В следственном комитете заявили, что личность пока не установлена. При осмотре выявлены множественные колотые раны и отсутствие полового органа. Это уже пятый подобный случай за последние полгода. Составлен фоторобот предполагаемого маньяка-убийцы."
На экране появилось небритое овальное лицо с густыми бровями и короткими волосами.
"Зачем ему понадобился чужой член? Что он с ним сделал? Холодец приготовил? Странный мотив. Он не похож на маньяка, - рассуждал Андрей. - Хотя внешность обманчива. Может, он продает их на черном рынке или приносит в жертву сатане? Черт его знает, что в головах у этих маньяков." Андрей выключил телевизор, встал, вскипятил чайник, заварил кофе в кружке и, взяв её, подошел к окну. Посмотрел на улицу. Во дворе ругались две пенсионерки. Подняв в воздух трости, словно сабли, они размахивали ими, наступая друг на друга, как казаки в бою. В нескольких метрах от них на скамейке сидела женщина, раскачивающая ногой коляску-люльку. В одной руке она держала мобильный телефон, в другой - банку пива. В песочнице играли дети - трое мальчиков лет пяти-шести. Дворняга запрыгнула через бортик и, понюхав песок, помочилась прямо на игрушки. Один из мальчиков размахнулся и пнул её ногой. Собака, взвизгнув, убежала. Алкаши у подъезда опорожняли бутылку, по очереди присасываясь к горлышку.
Андрей глотнул из кружки. Смотреть на происходящее было противно. Он отвернулся и подумал: "Если б тот огненный дождь, о котором говорится в библии, уничтоживший Содом и Гоморру, обрушился сейчас на этот город…" Андрей сделал ещё глоток и снова посмотрел в окно. Перед ним предстала страшная картина. Двор превратился в ад. Женщины, дети и мужчины, все они корчились в муках на земле, объятые огнем. Горели одежда, волосы, песочница, коляска, трава, деревья, машины. Мальчики кричали, катаясь по песку. За двухкамерными стеклопакетами их не было слышно. Слова о помощи угадывались по губам. Хлюпиков, округлив глаза, следил за смертоносной работой огня, пожирающего человеческие тела. На лицах и руках несчастных сожженная кожа слезала струпьями…
- Ну всё, хватит! - воскликнул Андрей и тряхнул головой. Видение исчезло. Из кружки на пол выплеснулось кофе.
- Чёрт. - проговорил Андрей, поставил кружку и затер пятно салфеткой.
Хлюпиков допил остатки кофе, оделся и вышел из квартиры. До встречи оставался час. Так как Надежда Викторовна живёт на другом конце города, то времени нужно больше, чтобы добраться туда. Выходить нужно заранее. Придется ехать с пересадками, на двух автобусах.
4.
Он стоял перед железной дверью квартиры в подъезде хрущевки. Палец завис в нескольких сантиментрах от кнопки звонка. На двери висела сделанная из латуни цифра "семь". Он смотрел на неё широко открытыми глазами. Потому что цифра двигалась. Сначала она медленно качнулась вправо, потом влево. Затем отсоединилась от двери, поднялась вверх и замерла над ним в воздухе. Андрей видел как она стремительно увеличилась в размерах. Превратилась в совершенно другой предмет. Длинная её часть, ножка, стала толстой и деревянной, а короткая - острой, приплюснутой и металлической. "Топор", - ужаснулся Андрей, наблюдая за нависшим рубящим оружием. Он зажмурился и прикрыл голову руками, ожидая удара. Ничего не падало. Андрей подождал немного, открыл глаза, осторожно разогнулся и посмотрел вверх. Топора не было. Андрей перевёл взгляд на дверь. На ней, как и раньше, прибитая гвоздиком, висела маленькая и безобидная семёрка. На своём прежнем месте. Андрей облегченно выдохнул и большим пальцем вдавил кнопку звонка.
Дверь открылась, и на пороге появилась Надежда Викторовна в черном коротком платье с глубоким декольте.
- Очень рада! Здравствуй, Андрей! Давай на "ты"! Не против?
- Нет.
Хлюпиков зашёл внутрь. Психотерапевт закрыла за ним дверь.
Андрей отметил, что женщина хорошо подготовилась к его приходу. Яркий макияж и обтягивающее платье свидетельствовали о хорошей завлекательной тактике. "Интересно, как долго я смогу продержаться?" - улыбнулся про себя Андрей и снял пальто и ботинки.
- Вино? - осведомилась врач, протягивая бокал с кроваво-бурой жидкостью.
- Нет, спасибо, Надежда.
- Можно просто Надя, - проговорила врач, улыбнувшись.
- Надя, - повторил Андрей, как бы пробуя это имя на вкус.
- Есть мартини, водка. Может, воды? - предложила она.
Андрей покрутил головой.
- Как хочешь.
Она повернулась и махнула рукой.
- Сюда. На диван.
Надя прошла в гостиную, поставила бокал на журнальный столик, стоявший посередине комнаты, и плюхнулась, закинув ногу на ногу, на разложенный и заправленный шелковым постельным бельём диван у стены. Андрей последовал за ней.
"И задернуты шторы, и разложен диван", - вспомнил строчки из песни Андрей, осматривая ложе хозяйки.
- Садись. Продолжим поиск здравого смысла. Он где-то здесь, - хихикнула врач, обводя комнату веселым взглядом.
Андрей присел рядом. Его глаза прилипли к её обтянутым нейлоном бёдрам. "До чего ж хороши", - про себя подумал он. А вслух сказал:
- Ты тоже одна живёшь?
- Одна. Чайлдфри и хазбендфри.
Надя снова хихикнула и немного раздвинула ноги. Так, чтобы Андрей мог видеть её розовые с котиками трусики. Кровь мужчины прильнула к паху. Он сглотнул и, пересилив себя, посмотрел в её голубые глаза.
- Андрей, я тебе нравлюсь? - спросила Надя. Она, словно кобра, магнетическим немигающим взглядом гипнотизировала его.
- Да. Очень.
Андрей прикоснулся к ней. Сначала погладил волосы. Нежно, осторожно, как будто перед ним был тонкий стеклянный сосуд. Затем пальцы спустились вниз, провели по лбу, по щеке и подбородку, после - медленно вверх, к губам. Они раскрылись, и Надя издала тихий сладкий стон.
От этого звука Андрей возбудился ещё больше.
- Я вся теку, милый, - прошептала Надя и, сжав его ладонь, потянула её к трусикам. Прижала к горячему лону. Трусики, и правда, были влажные. Котики заплясали перед глазами Андрея. Запрыгали на розовой сцене, как шальные. Он потянул за резинку и тонкая материя порвалась. Танцующие котики вместе с "подмостками" полетели на пол. Темный треугольник, открывшийся взору, навел Андрея на мысль о бермудах. Где-то там, в Атлантическом море, пропадают корабли и самолеты, происходят непонятные аномальные явления. Вот и он сейчас тоже пропадет, исчезнет, рассыпется на атомы, едва только окажется внутри этой дьявольской треугольной штуковины. Андрей обхватил Надю руками и повалил на спину. Ноздри его раздувались от страсти, член набух и просился наружу. Надя чувствовала его дикие пульсации. "Если не сейчас, то когда?" - промелькнуло в голове Андрея и он задрал ей платье.
- Извини, я сейчас. Ты пока разденься и ложись. Хорошо?
Андрей не сразу понял смысл сказанного.
- Что?
- Милый, пусти. Я в туалет хочу.
Андрей повиновался и перевернулся на спину.
- Конечно. Приходи скорее.
Надя встала, оправила платье и, послав воздушный поцелуй, скрылась за дверью уборной.
5.
Андрей лежал голый на диване и испуганно смотрел на потолок. По нему ползала люстра-паук. Восемь плафонов слились в один, образовав большую голову. Черные пуговицы-глаза неотрывно следили за мужчиной. Вдруг паук остановился, навис над его телом и начал медленно спускаться на прочной нити-проводе. Ниже, ниже, еще ниже. Вот чудище уже почти касается его вздувшимися лапами-прутьями, из головы-плафона появляются ядовитые жвалы. Сейчас они проткнут кожу и яд попадет в кровь. Андрей зажмурился и...
- А вот и я.
Монстр исчез. Андрей приподнял голову. Надя стояла перед ним, держа наполовину полный вином бокал.
- Выпьешь?
- Угу.
Андрей сел, вытянул руку, взял бокал, отпил немного, отдал Наде. Она поставила бокал на журнальный столик. Раздеваться Надя не спешила.
- Андрей, согласно исследованиям медиков и психологов секс - это лучшее средство для сохранения молодости и здоровья. Панацея от всех болезней. Да-да, ты не ослышался. Па-на-це-я. - нравоучительно повторила Надя и подняла вверх укзательный палец.
"Она что, лекцию о пользе полового акта рассказывает? Теория вместо практики?" - подумал Андрей, недоуменно глядя на врача.
- Секс помогает справиться с депрессией, - продолжала Надя.
-Доказано, что у людей, занимающихся сексом регулярно, всё в порядке с психикой. Он помогает избавиться от негативных мыслей и установок. Помогает обрести здравый смысл.
"Здравый смысл, здравый смысл..." - эхом отдалось в голове Андрея. Он почувствовал, что сознание мутнеет. Голова слегка закружилась, зрение затуманилось. Андрей снова лег.
- Надя, - пробормотал он. - Иди ко мне, что за чушь ты несёшь?
- Кроме того, во время занятий сексом у человека вырабатывается гормон счастья - серотонин. Благодаря повышенному содержанию этого гормона человек обретает гармонию с окружающими и самим собой, - рассказывала Надя.
- Мне нехорошо, - проговорил Андрей чуть слышно. - Не пойму, что за херня. Дай мне, пожалуйста, таблетку от головы. Аспирин или… Надя? Ты слышишь?
Женщина молчала. Андрей с трудом приподнялся на локте.
- Надя?
Её размытый силуэт колыхался перед глазами. Андрей тряхнул головой и очертания женщины стали четче. Надя стояла с опущенными руками, крепко сжимая рукоятку длинного кухонного ножа. Её лицо было скрыто волосами. "Это просто мне мерещится. Очередное страшное видение", - успокивал себя Андрей. Страх придал силы, дурман немного развеялся. Он медленно попятился к стене.
Врач свободной рукой откинула волосы и с отвращением произнесла:
- Ты и вправду подумал, что я возбудилась и теку от тебя? Ха-ха! Наивный идиот. Перед твоим приходом я намочила трусики и насыпала снотворное в вино, которое ты выпил. Вы настолько тупы и примивны, что аж тошно. Все вы, убогие приматы с яйцами и одноклеточным мозгом, который у вас не в башке, а в этом обрубке между ног".
Она взмахнула ножом и прыгнула на диван.
Андрей выставил вперед растопыренные руки. Врач оседлала его и занесла оружие для удара. Лезвие опустилось и проткнуло ладонь и, не доходя шеи, остановилось. Она вытащила нож и снова вскинула вверх, намереваясь ещё раз воткнуть его в жертву. Горячая кровь полилась на кожу. Андрей наконец понял, что все происходящее не плод его воображения, а реальность. Он закричал от боли и здоровой рукой вцепился в запястье врача.
- Ссууукаааа!
Собрав все силы, он повернул свое тело и повалил женщину на спину.
- Тварь! - прохрипела от напряжения врач.
- Твое снадобье не подействовало! - Андрей прижал её руку к дивану, сдавил ещё сильнее запястье. Врач ослабила хватку, нож выпал. Андрей быстро схватил его и резким движением вонзил в грудь убийце по самую рукоятку.
- Сдохни, мразь!
Врач изрыгнула квакающий звук и затихла. Голубые глаза немигающе смотрели на Андрея.
- Ведьма. Теперь твои чары никого не охмурят.
Проколотую ладонь жгло, он сжал зубы и слез с трупа. Спустился на пол. Нужно было обработать и перевязать рану.