МАЛЕНЬКИЙ ОФИЦЕР
– Барин, ну, может, чайку?
– Поди прочь, дурак! Оставь меня в покое.
Дверь скрипнула, отсекая морозный дым. Молодой поручик, накинув на плечи шинель, зябко съежился у стола. Его даже нельзя еще было назвать молодым, скорее – маленьким.
Он сидел, обреченно и испуганно глядя на стол. Там лежали какие–то бумаги, и стоял стакан с водкой.
Он вскочил, шинель соскользнула с плеч, и ему снова стало зябко.
Он схватил стакан с водкой и попытался залихватски опрокинуть его в горло. Поперхнулся, закашлялся, слезы брызнули из глаз.
Крепкие грубые руки схватили его.
– Барин, что с Вами? Ну, негоже Вам на ночь пить. Ну, барин…
– Михалыч,… Михалыч.
Маленький поручик расплакался, уткнувшись в бороду своего «дядьки».
– Ну, будя Вам, будя! Что это Вы вдруг? Что случилось, барин?
Тот мгновенно, взяв себя в руки, отпрянул. – Ничего, всё хорошо. Иди… На, вот, тебе на водку.
– Владимир Алексаныч, что это Вы?…
– Всё, поди! – Мальчик-поручик сел у стола. – …Боже… боже… Как же теперь? Зачем? Зачем? Как глупо! Позарился на сто рублей… Стыдно-то теперь как! Господи, позор-то какой! Проверяющий сразу увидел и указал на документы. И утром, сказал, быть у него с докладом. Как смотреть в глаза людям???
Он встал, подошел к столу, и достал наган.
– Как это просто… и ужасно… Маменька сразу заплачет, а папенька… Папенька подымется, наверное, к себе наверх, и надолго закроется в кабинете…
Холодное равнодушное тело пистолета лежало на столе, как змея. Глядя одним глазом и решая – укусить или уползти. – …Честь… А жить?… Так хочется жить! …Да, плевать на всё!… Я ведь даже толком еще не напивался, даже целоваться довелось лишь так, на бегу, на летней даче, с крестьянскими девками. Они так смеялись надо мной…
За окном занимался рассвет. Пробежал генеральский денщик с самоваром.
– …Скоро будут трубить подъем… Не хочу!… Ну, и пусть все знают… Плевать!… Ну, подумаешь… Я еще молодой, я еще сумею очистить свою честь… – убеждал он себя, с ужасом понимая, что слово «честь» – это не слово…
Честь офицера, дворянина – это нечто большее. Именно в это мгновение, он вдруг стал взрослым. Спокойным и сосредоточенным.
Он встал, застегнул китель.
Это же так легко и просто – поступать по чести.