ДЕТСКАЯ ЛАДОШКА НА СТЕКЛЕ
Он, молча, открыл дверцу. Жена села, и, отвернувшись к окну, попросила сигарету.
Он прикурил ей, и погладил ее по руке.
Она повернулся к нему, и он понял, что она едва сдерживается, чтобы не разрыдаться.
– Осталось два дня…
– Угу…
– Он даже ничего не подозревает.
– Нет.
– Ну, он же ни в чем не виноват!
Она некрасиво заплакала. Черные полосы разрезали ее лицо, отчего она, не очень красивая и уже не молодая, стала еще более некрасивой.
Он молчал, не зная, что сказать.
– Ну, ты же не будешь меня за это проклинать? – Она с волнением смотрела ему в лицо, ища поддержки.
– Да, как ты можешь! – Он неловко обнял ее в тесноте машины. – Мы же оба пришли к этому решению.
– Да… оба… Но он такой маленький, такой доверчивый… – и она опять расплакалась.
– Мы сделали все, что могли. Я даже в церковь ездил.
– Правда? – С надеждой в голосе спросила она и посмотрела на него. – И, что?
– Да… – Он неловко махнул рукой, выбив сигарету из ее руки, и отвернулся.
Она стряхнула пепел с рукава и увидела, как маленькая слезинка блестит у края его глаза.
Она прижалась губами к его рукам. Запах машинного масла и чего-то еще рабочего и такого домашнего, заставил ее вновь расплакаться.
Он неловко и неумело гладил ее по плечам, стараясь самому не расплакаться, поскольку негоже мужчинам плакать.
Им предстояло сегодня в последний раз приехать в детский сад и забрать сына…
Год назад они усыновили мальчишку, так как из-за проблем со здоровьем не могли иметь детей.
Но полгода назад они поняли, что у них не получается... Они любили его, и он отвечал им взаимностью. Был послушен, здоров, неглуп. Но то ли от того, что не был он рожден в боли и муках, то ли просто по какой- то иронии судьбы, он их раздражал.
Ну, вот, так вот получилось.
Они ходили к психологу, тратили все деньги от «халтуры» мужа – токаря со стажем, на всяких бабушек и экстрасенсов, но ничего не помогало. И тогда они пришли к выводу, что ребенка надо возвращать.
Последний месяц она плакала почти каждый день. Муж похудел на семь килограмм.
Но психологи были единодушны – насильно мил не будешь – вы сделали все, что могли, дальше может быть хуже…
Послезавтра им надо было привезти мальчонку обратно в детский дом. Обратно туда, откуда он так радостно, счастливо и гордо уходил.
Когда они брали его, то были готовы на все: не спать ночами, работать в две смены, переживать, волноваться… Но они не ожидали, что получится так. Они даже не знали, как сказать ему о том, что послезавтра он пойдет не в детсад, а… в детдом.
Они подходили к детсаду в полном молчании.
Маленький мальчишка сидел на окне и, глядя в запотевшее стекло, махал им рукой и что-то, радостно смеясь, кричал…