Школа бытовой магии
Есть столько тайн и на земле, и в небе –
всей вашей философии не снилось.
Шекспир, «Гамлет».
Бродишь иногда по городским дебрям, рассеянно, как лось в новолунье. Всматриваешься в лица людей, чтобы понять их мысли, заглядываешь в окна домов и государственных учреждений…
Никакого шпионажа, просто интересно видеть фрагмент картинки и додумывать недостающее. Кажется даже, что со временем обретаешь суперспособности – проникать сквозь стены и стёкла, слышать все голоса города…
«От окраины к центру», как сказал Поэт… Зная, чьи это слова – невозможно написать с маленькой буквы.
Но сначала нужно добраться до московской окраины.
Даже для опытного пешехода-скалолаза немало сложных препятствий. Заборы, охраняющие другие заборы, траншеи и котлованы, ангары для бронепоездов, некие постройки, похожие на выкопанные из земли подземелья гладиаторов, невероятные сараи, остатки пиршества великанов, не доевших щебень и железо, внезапные овраги, джунгли, буреломы и другие труднопроходимые места… Великий город защищает себя от всяких непонятных. Если приличный человек – приезжай на транспорте! А неприличным не место в столице.
К тому же мы находимся в предгорьях. Москва – пик, вершина и оттуда разный мусор падает в провинциальную долину. Иногда и люди падают. Не выдерживая разреженного воздуха конкуренции. Так и говорят: «не удержался в Москве».
Бывшая столица княжества, царства, империи, мирового коммунизма… Где золото партии?! Не знаю. А серебро – вот! Единственный памятник Ленину на колёсах, стоящий на задворках Ярославского вокзала. Слишком яркий, чтобы быть из алюминия.
Я в Москве не первый. До меня в столицу заглянула осень… Деревья оделись в солнечные платья, небо – чистая синева… Войска туч только выстраиваются на горизонте.
Граница Москвы не всегда обозначена знаками, но над ней сам воздух шелестит невидимыми купюрами. Пара шагов – и квадратные метры становятся втрое дороже. Пусть окраина – но столичная! Прочь, мотыльки-нищеброды! Летите к своим тусклым огонькам!
Большая проблема Москвы в том, что она окружена окрестностями… Криминальными и безработными окрестностями. Вот над головой пролетела жужжащая механическая каракатица и сразу представился рапорт полицейского своему начальству:
– Докладываю! Бронированный дрон-камикадзе завершил миссию в Мытищах. Удачно маневрировал, в результате чего сбит кирпичом лишь на двадцатой секунде. Устройство успело передать информацию о настроениях граждан и особенностях ландшафта…
Оглядываюсь назад. Горят огни уходящего поезда, но ярче них горят на закатном солнце медные провода. Но ещё ярче горят глаза людей, лежащих на насыпи и желающих украсть эти провода… Скоро ночь набросит своё тёмное покрывало и злоумышленники станут невидимыми…
Но есть и силы добра! Вот здесь, в каменном ущелье под железнодорожным мостом, живёт волшебник, современный Робин Гуд. Его домик – фанерный билетный киоск. Подойдём ближе… Постойте, это ведь женщина! Впрочем, стекло такое толстое и грязное, что деталей не разглядеть. Да и всем пофигу! Да и сложно сохранить женственность, работая кассиршей! Кто когда-нибудь говорил кассирше, что она прекрасно выглядит?
Официальное название профессии – «кассир билетный». Странное прилагательное, похожее на обзывательство. Почему не говорят «юрист законодательный»? «Бухгалтер амбарный»? «Продавец товарный»?
Непростая работа. Если бы все остановки назывались так сладкозвучно: «Улица Вешних вод» или «Изумрудная»… Но попробуйте сто раз за день услышать «Комбинат твёрдых сплавов»! К вечеру чувствуешь себя чушкой на этом комбинате или что они там сплавляют.
Вообще от многого может озлобиться кассирша. От нищеты и непрестижности ремесла, заниматься которым заставляет жизнь, а не мечта. Разве кто-нибудь в детстве говорил, что хочет стать кассиршей, и весь класс поворачивался, недоверчиво ахая?
От жары и духоты, от стужи и сквозняков. От тесноты, от разных невнятных, говорящих на тарабарском языке, а также мутных харь, не знающих, куда сами едут, а также не умеющих выговорить «Улица Шарикоподшипниковская» и тех, кто перепутал кассиршу со справочником или пунктом сдачи ржавых медяков. От приказного тона каждого второго. От того, что только трое из сотни скажут «добрый день!» или «спасибо». От того, что стоит на секунду скрыться из окошка – как сразу снаружи звучит вопрос: «Где эта грёбаная овца?!» Сложнее работы с людьми только одно: непрерывная работа с людьми.
Но сила человеческого духа – это сила сопротивления! Устоять во встречном потоке, не начать металлически рявкать в ответ!
Что же делает наша фея-кассирша? В преисподней своего киоска?
Она делает единственное доступное ей добро: своей волей продлевает действие проездных билетов. Конечно, не всем, а только бедным. Когда в кассу просовывается сморщенная рука старушки или узкая ладонь студентки с бросовым колечком, или натруженная рука многодетной мамы без следов маникюра, или поеденная морозами лапа работяги, с мозолями на мозолях… Фея вбивает неверную дату, на неделю вперёд.
Мелочь? Кому как! Не сосчитать утренних пассажиров, бросающихся к автобусу, на который нельзя опоздать, и с ужасом вспоминающих, что проездной кончился… Но он вдруг не кончился! Это чистое волшебство.
Нарушение закона? А как насчёт высших законов? Автобусная фея бескорыстно служит людям, оставаясь неизвестной и даже безымянной.
Обман государства? Так давайте осудим муравья, утащившего для других муравьёв крошку сахара со склада размером с Африку, где все воры – до последнего кладовщика!
Стоп-стоп, никакой политики в нашем рассказе или этой, как её, оппозиции! А то не напечатают наш рассказ и будет сидеть грустный ненапечатанный автор в своих Мытищах.
Такая атмосфера добра исходит от киоска, что тоже хочется сделать хорошее. А вот и нуждающийся – заблудившийся иностранец. Конечно, иностранец! Разве соотечественник наденет бежевую шубу в октябре? Гость столицы ищет на задворках спального района Алмазный фонд. Поняв мои объяснения, иностранец хочет поблагодарить и заодно блеснуть:
– Как это сказать по-русски? Тёртый воробей? Стреляный калач? Вы – тёртый воробей!
– Спасибо.
Да, сложен русский язык! Пусть профессор Гарварда попробует перевести фразу, прилетевшую из подворотни: «Давайте пулей руки в ноги и смотаемся за третьим пузырём, пока не окосели!» Или к месту использовать всесильное слово «ёптыть», означающее вызов, дерзновение, сомнение, насмешку, превосходство, иронию, удивление, признание мастерства и покорность судьбе.
Подлетаю на воробьиных крыльях к эстакаде – центральной нервной системе города. О чём думают водители машин?
В приличной «Тойоте» едет профессор экономики, работающий на правительство. В его голове – высокая теоретическая мысль: «Если крупно суммировать, то ценовая политика – это инструмент эволюции. Высокие цены должны вытеснять бедных туда, куда слабых выдавливают законы природы – в небытие… Ведь именно платёжеспособность отличает людей от животных…»
А вон в том серебристом «Мерседесе» едет комик стэнд-апа, придумывает корки на завтрашний вечер. «Знаменитый актёр Энтони Хопкинс записал альбом хип-хопа. Теперь он известен как мистер Хипхопкинсон. Вьетнамский политолог Пень Пнём… Что-то меня на именах заклинило! Надо переключиться. Китайский дипломат Ни Х…я»…
А в этой помятой «тройке» едет сотрудник компании мобильной связи. И ему только что пришла в голову ошеломительная бизнес-идея! Нужно собирать данные о перемещениях клиентов и предоставлять суперуслугу: разведение маршрутов. Чтобы вовремя сворачивали в сторону все люди, не желающие видеть друг друга. Тёщи с зятьями, враги по работе, бывшие в отношениях, одноклассники, соседи… Смс-оповещение: «Лена из чёрного списка в ста метрах! Маршрут перестроен». И представляет уже сотрудник, как создаёт собственную компанию, она врывается на рынок… Бывшего босса можно взять курьером. Из благотворительности.
Одна за другой проносятся три чёрные чиновничьи машины. Не слишком ли много в Москве чиновников? В первом лимузине – председатель комитета по цензурной политике, обдумывает доклад на тему «Гений и злодейство». Во второй – потомственный дипломат, разминает язык скороговоркой: «На Балканах балаган: баклан в балаклаве перебакланил с балкона бакалеи бакланов бакалавриата»… А в третьей – свежеизбранный депутат из провинции, думающий о чём-то важном… Об интерьере будущей бывшей казённой квартиры: «И обязательно дизайнерскую статую! Рогатая львица? Сфинкс с лицом губернатора?..»
Зигзагами несётся такси с пассажиром, в панике пристегнувшим себя на заднем сиденье. Он ни о чём не думает, только молится духам предков, чтобы доехать до дома. Но это сложно, ведь сейчас пассажир едет по Москве, находясь за границей. Такси, в котором за рулём таджик, – это территория Таджикистана.
А вот в скромном оранжевом «Бугатти» проезжает баловень фортуны, направляясь из полулегального казино в подпольное. Кто сказал, что резкий вираж судьбы может быть только в худшую сторону? Жил себе концептуальный художник, с небольшим прибабахом. И вот устроил он такой хэппенинг: водрузил на крыше многоэтажки деревянную мельницу. Символизируя… Ну… Отрыв жителя мегаполиса от природы. Потерю традиционных сельских радостей… Вроде той, когда в четыре утра двумя руками продираешь левый глаз, всовываешь контуженное тело в объятья тулупа, полусъеденного клопами и короедами, и, распихивая некормленных возмущённых свиней, бежишь доить корову. А снег так романтично падает ей на пушистую шкуру…
А ещё художник расположил рядом вентилятор. Символизируя… Какими мелкими и сложными мы стали по сравнению с предками. И в знак протеста против бездарного расходования электроэнергии. Вентилятор дует в никуда, как и всё жилищно-коммунальное хозяйство. Такая аналогия. Снял ролик, разместил там-сям.
И вдруг понеслось… Западный трэвел-блогер тиснул материал о первом в Москве экологическом доме, освещающем себя за счёт энергии ветра. Восточный блогер взял интервью у «русского Леонардо». Телеканал «Крыша» пригласил на ток-шоу. Пришли гранты от американских друзей русской природы. Голливуд пригласил сыграть самого себя – гениального самоучку в отсталой стране. Индусы из Болливуда пригласили на роль дяди сводного брата главного героя. Премия имени каспийского тюленя… Как-то всё завертелось и не успел он оглянуться, как уже был владельцем, лауреатом, прорывом года, лидером партии «Зелёный прогресс»…
А за художником – тоже кто-то успешный. Преуспевающий, как гробовщик на Диком Западе. Но не успеваю понять, о чём он думает. Наверное, где-то впереди убрали обломки после аварии, поток машин ускоряется, мыслей уже не ухватить, слышны только телефонные разговоры. Сколько людей – столько сюжетов:
– Она меня просто обобрала своей очередной бобровой шубой! Так и скажу ей: ты меня буквально обобрала своими бобрами. А ещё скажу… Алло, да, дорогая! Да-да! Конечно, ненаглядная! Удивительно, как мы одинаково думаем! Как раз пришло в голову, что у тебя мало палантинов, подходящих к цвету шубы!
– Ты знаешь, весь этот кошмар с тортами был предопределён ещё утром! У меня было зловещее предзнаменование! Представляешь, приходит эсэмэска: «утренник в аду». Букву «с» клиент пропустил! Вот и не верь после этого в судьбу! Сама ты случайность!..
– Это всё равно что собаку пригласить в президиум, а человека поставить где швабры стоят… В конце концов, я первый заместитель семнадцатого лица в компании…
– Поэтому он и приплыл на Север за деньгами. Нанялся сезонным психиатром. Тут как раз полярная ночь. Востребованная специальность. Так вот, шаман ему и говорит…
– Ты меня знаешь. Я не бабник, а мульти-инструменталист. Только расположились – и тут входит она! Я буквально умер от ужаса. А потом и говорю…
– Нужен отчёт за квартал – а оно сидит в тине и не шевелится! И зачем мне сотрудник с маникюром? Молодой должен землю рыть и есть!
– Тут наш трактор и сошёл с рельсов… Разогнал всё совещание. Презентацию хотел лично топтать, еле унесли…
– Классическая история: лошадь на свадьбе. Хотела ей на платье наступить…
– Я говорю партнёрам: если вы нам шляпу прислали – мы с вас шкуру спросим!
– Он разве не может умереть от старости? Ему ведь уже за сорок?
– Смотрю: рабочих нет, а ванна протекает как «Титаник»!
– Первым делом вот что: назовите сарай маркетплейсом…
– А там он, Бог даст, к чёртовой матери провалится.
– Я её не узнала: такая кабанера стала!
– ПИИП!!! ПИИП!!! СМОТРИ, КУДА СМОТРИШЬ! …МАТЬ! РАЗВЕЛОСЬ ДОЛБОЁ…!!!
Чуть не прервалось наше путешествие. Никогда не перебегайте дорогу перед «Газелью» с открытым капотом.
Уносятся автомобили вместе с разговорами автолюбителей. Шшш – и шлейф исчезает.
А после шквала эмоций – тихая секунда умиления. На детской площадке – задумчивый карапуз, во всей жизни которого пока только одна проблема: рыхлый снег не превращается в снежки.
Правда, за детским садом уже виднеется зловещее жёлтое крыло сумасшедшего дома. За сегодня город выплюнул двоих.
Сначала выгружают пенсионерку Татьяну Саратовну, выигравшую в национальную лотерею. И рассказавшую об этом ближайшей подруге, строго по секрету. В течение двух дней победительницу атаковали кандидаты в мужья и любовники, благотворительные фонды, банки, страховщики, собачьи приюты, местная мафия, агентство телохранителей, нотариусы, сектанты, налоговики, адвокаты, незнакомый, но любимый племянник, внучатая племянница с готовым договором ренты, директор кладбища, тоже с готовым договором, а также с проектом памятника, посол Черногории с готовым дворянским титулом, лечащий терапевт с лицензией на убийство, председатель либерально-скотоводческой партии, соседи и соседи соседей, представители погибающих видов животных, настоящий биологический отец, только что вышедший из камбоджийской тюрьмы, другой настоящий отец, только вернувшийся из арктической экспедиции, а также чудом потерянная в роддоме сестра-близнец.
Слишком много даже для общительной Татьяны Саратовны. Вот она и сошла с дистанции.
А другой пациент – помощник министра. Он так глубоко проникся величием своего босса, что стал… Подлетать к нему, словно к вершине скалы. Размахивая руками и держа бумаги в клюве. А к простым чиновникам стал приближаться как бы вплавь, держа портфель над головой, отфыркиваясь и всячески показывая, что они сидят в болоте. Пациенту скоро помогут. Слишком быстро вознёсся на социальном лифте, обычный перепад давления.
Спускаюсь с горы, дует попутный ветер. А говорят, что в Москве ветер всегда встречный! Клевета неудачников!
Переплываем небольшую лужу и начинаются настоящие московские чудеса.
Вон в той пятиэтажке живёт удивительная собака с греческим именем. У собаки есть редчайшая способность: она пророчествует. Причём в той области, где ни одно создание женского пола не может не только пророчествовать, но даже просто соображать. Поэтому и зовут нашу лабрадоршу Кассандрой. Невероятно, но эта собака, когда смотрит футбол, всегда гавкает перед забитым голом!
Правда, непонятно, как использовать это в тотализаторе? Как заработать? Ведь, чтобы сделать ставку, нужно заранее знать, сколько раз она гавкнет! И в чью сторону! Конечно, собаку уже показали по телевизору и даже назвали лохматой достопримечательностью, но… В тренерский штаб не пригласили. К сожалению, не всегда талант можно конвертировать в деньги.
Вот как раз футбол по телевизору, Кассандра наблюдает за событиями в окружении хозяина и соседей.
Комментатор: Угловой удар у ворот сборной России! Повнимательнее, повнимательнее, ребята! Держите эстонских нападающих…
Кассандра: Гав!
Жильцы, хором: Нет, не сейчас! Это же у наших ворот! Сандра, гавкни обратно! Нет!.. Твою же мать…
За домом чудо-собаки начинаются гаражи. Из одного доносится такая мелодия, будто пылесосом собирают стальные гайки. Это играет авангардная панк-группа «Жабры швабры». Вдруг вокалист Твёрдый Кекс прервал репетицию:
– Здесь ля-бемоль, баклан, ля!!! У нас целых две ноты в песне, мы должны их брать как профессионалы!
– Сам мимо денег лабаешь, попсовик!..
На шум идёт гаражный сторож по кличке «Ельцин» – из-за удивительного сходства. К счастью, прошли времена, когда на этом можно было заработать. Интересно, как выглядели бы учебники истории, если бы в них печаталась только правда? Меняем пафосную главу про «первого президента-реформатора» на сноску мелким шрифтом – про алкоголика-каменотёса, сумевшего разрушить государство, причём даже не вставая из-за стола, а только изредка что-то крякая невпопад.
Потомкам не понять ненависти современников… К сожалению, ненависть не передаётся по наследству.
Я помню 90-е – нищету богатейшей державы, способной завалить весь мир пшеницей, рыбой и чем угодно, осатанелость бандитов, просроченные подачки Запада, опрокинутые мусорные баки на Красной площади, единый народ, вдруг разделённый на множество каст: быки, насосы, лохи, разводящие, челноки, кидалы, путаны… Язык, превратившийся в «базар». Поступки «лидера нации» – такие, словно он вылез из цистерны с фосфорной кислотой и принимает решения отравленными мозгами.
И это постоянное чувство: что-то сломалось. Страна сломалась… Необъявленная гражданская война. На уничтожение.
Но время идёт и Ельцин тоже уходит – в забвение, анекдоты, ностальгический вздох по временам юности, которая была именно тогда, что поделать…
Кстати, о юности. Впереди фигуристая девушка бодро скачет на каблучках. Не ведая, какая опасность поджидает её за поворотом. Нет, только не это! Проходи мимо, не поворачивай голову! Зря повернула. Там, в пустом магазине… Распродажа шоколастиков! Всё, она в западне…
Ярко сияет салон красоты. Кто знает, что у профессиональной маникюрши – железная спина и она может побить рекорд в становой тяге?
Прохожу мимо бабушки с маленькой внучкой. И они говорят о политике:
– Были коммунисты – ходили автобусы. Ушли коммунисты – и автобусы перестали ходить.
– Ба, то есть коммунисты уехали на автобусах?..
Хороший вопрос, милая девочка! На чём уезжают бывшие правители и куда! А вот и место у озера, где они могли бы доживать свой век. И называться оно могло бы – Посёлок Погасших Звёзд… Место прижизненного упокоения для выброшенных на обочину «лидеров» и «реформаторов». За высоким зеркальным забором, защищающим от взглядов бывших избирателей.
Впрочем, никаких осуждений и нравственных поисков! У меня самого на совести моральных катастроф больше, чем у таможенника. Возможно, политики нужны для того, чтобы народ мог проявить добродетель терпения.
Пересекаем Садовое кольцо… В этих местах сто лет назад трудолюбивая пчела по фамилии Булгаков искала себе место в московских сотах. Тыкаясь в переполненные ячейки и снова вылетая на стужу в драном пальто и картонных башмаках.
А в нескольких кварталах отсюда жил Маяковский. «Перья линяющих ангелов бросим любимым на шляпы!» Лучшие строки для листопада…
Памятник Поэту – не из камня. Нужен почётный пост из сменяющих друг друга чтецов. Слово Поэта – звучащее слово…
Как же важно знать, кто ходил по этим улицам… Кто своей короткой жизнью сделал город бессмертным…
А вот и тёмная сторона бытия – помпезный деловой центр. Устремлённая в попираемое небо высотка – Храм менеджеров. Внутри стоит их главная святыня – Богиня Продажа. У её ног ежеминутно устраиваются жертвоприношения, причём жертвы приносят себя сами. Служители культа проходят обряд посвящения, навсегда теряя способность понимать искусство…
Человеку лучше умереть, чем стать евнухом с обрезанной душой. Храм менеджеров притягивает с силой двадцатиэтажного магнита, но я помню много заклинаний… Любая поэтическая строка поможет отвернуться и не смотреть, любая, первая пришедшая… «И близится мерцанье звёзд, и лепестки неслышно облетают…»
Чары спадают, проклятое капище остаётся позади.
Но из логова менеджеров кто-то успевает пустить фразу-стрелу:
– Самое страшное в жизни – получить репутацию «медленного продавца»…
Ядовитая стрела пролетает мимо, а я задумываюсь.
Наверное, самое страшное в жизни – безответная любовь… Одна душа летит к другой… Через мрак, беззвёздное пространство, ведь звёзды возможны только там, где любимая, над её головой… Летит очень долго, теряя силу и яркость, меркнет, гаснет, исчезает… Юная душа, полная сил, усталая, постаревшая, измождённая… Мёртвая. «Огонь души в её слепом полёте не виден был бы здесь давным-давно, не будь у нас почти прозрачной плоти…» Кажется, что строчки Бродского приносит северный ветер.
Как же холодно стало, до костей продирает… И не от близости зимней реки. И даже не от мыслей о безответной любви… Всё дело – в этом чернорабочем… Он смотрит на обычную новостройку, но в его взгляде – запредельная концентрация ненависти. Он – бывший заключённый, двадцать лет провёл за колючей проволокой. И так получилось, что он работал на строительстве этого дома… Для тюремного начальства. И сегодня случайно об этом узнал…
С остервенением волка, грызущего мёрзлую тушу после трёх недель голода, бывший зек (нет бывших!) думает о жильцах этого дома. Представляет годы семейного счастья в таких больших комнатах. Красивых и тёплых, со множеством разных вещей и удобств. Играют дети, звенит женский смех, сирень на окнах, серебро на столе, шкафы ломятся от добра, толстый довольный хозяин обнимает нарядную жену или собирает друзей, празднуя генеральское звание…
«Заточкой бы… Чтобы жир потёк с морды…» – возникает отчётливая мысль и дальше – снова невыразимая тьма…
Его глаза-ямы останавливаются на мне, и я ухожу. Он – из другого мира, который лучше не знать.
Страшнее всего – безответная любовь и бессильная ненависть. И ещё – кусок железа, лежащий на душе. Тяжесть, которую не сбросить.
Вот человек стоит и обречённо смотрит на изогнутую трубу, лежащую на обочине. Что-то похожее не даёт ему покоя, не отпускает, снится… Он был молод, когда по глупости провёз в соседнюю страну контрабанду – какую-то узкую железяку. Знакомый попросил за двадцать долларов. Это была запчасть для танка – поршень или ротор… Провёз и забыл. Но сейчас в той стране – гражданская война. И проклятая деталь находится внутри танка. Который ездит, стреляя по людям… Убивая. Может, десятки солдат каждый день. Иногда человек смотрит в Интернете на разные танковые двигатели. Он разбирается в этом не больше, чем в балете, но всё же пытается понять, долго ли служит поршень… Из жаропрочной стали… «Не убий никого»…
Мир загадочен и мы не знаем настоящего веса предметов… Некоторые вещи становятся всё тяжелее с годами, перевешивая любое сделанное добро… Не может человек вставлять детали в адский механизм войны.
Да, многое таится в человеческих душах… Какое же счастье, что есть в городе и чистейшая любовь, и надежда! В каждом третьем окне засыпают строители лучшего мира.
За тем окном – брат и сестра. Эта девочка никогда не станет тёткой и тем более бабищей – как бы ни сложилась жизнь. И мальчик, за смешными чертами которого уже проглядывает что-то героическое, словно побеждённый им вражеский инопланетный флот догорает за спиной. А пока брат с сестрой устраивают последнюю на сегодня разборку: «Ты зачем меня утром ногой боднула? А ты зачем самокатился на моём самокате?»
А вон там мама рассказывает сказку. Она работает корректоршей и не может уже к вечеру видеть напечатанные буквы, поэтому придумывает сама, на ходу:
– Ну, слушай! За горами-подушками, за долинами-одеялами раскинулась тёплая и сумрачная страна Поддиванье. А жили в ней воланчики и шарики, пульки и фантики, принесённые руками могучего волшебника Поросёнка.
– А солдатики там жили?
– Целая дивизия! И ещё тролли-ластики, и машинки! И два печенья по имени Хрум и Хрям.
– А машинки как звали? Вот ты и не знаешь!
– Мама всё знает! Ламборджини Диабло и Феррари Калифорния. Так вот. Жила вся эта компания интересно и весело, пока однажды не пришла к ним злая волшебница Швабра…
А за тем окном, со шторами в подсолнухах, папа рассказывает двойняшкам другую сказку:
– Жили-были два брата. Они были маленькими, но очень сильными.
– Карликовые богатыри?
– Нет, это обычные люди, которые ещё не выросли.
– Менеджеры низшего звена?
– Господи, откуда ты знаешь такие слова?
– Телевизор сказал…
И в соседнем доме, и в следующем – тоже детские разговоры и любящая возня:
– А у меня завтра безработный день! Воскресенье!
– Мама, я придумал слово! Не подушка, а подпопушка! Я профессор?
– Папа, вот есть кентавры. А смесь человека и верблюда как называется? А в зоопарке они есть? А у тебя на работе?
– А почему говорят, что денег куры не клюют? А гуси их едят?
– Ты у меня не деятель искусства, а делатель! Что ты наделал? Зачем нарисовал на обоях?
– Мама много баботает. Рано уезжает на баботу. Поэтому завтра я главней тебя.
– Не читай сюда! А вот сюда читай!
– В Африке есть такая страна Эритрея. Знаешь, как называется язык этой страны? Тигринья!
– Круто! Язык тигров?
– Да. Однажды все тигры собрались и решили придумать алфавит, чтобы читать сказки своим тигрятам…
А здесь школьник учит «Сказку о Золотой Рыбке». Сердито бормочет: «Наше-то корыто совсем раскололось! А нефига было в нём гантели стирать! Вообще несправедливо. Пушкин написал, а я сиди учи. Сам-то он знал наизусть все четыре страницы? Наверняка надиктовал секретарше и забыл всю эту историю про рыбу и подкаблучника».
– Вася, английский выучил? Как переводится «You are welcome»?
– Тебя добро пожаловать!
– Папа, я сегодня сам скормил себе завтрак!
– Не скормил, а съел.
– Нет, скормил! Я ел из собственных рук!
А там засыпает будущий композитор, автор знаменитой «Симфонии заката»… Может, прямо сейчас ему приснится та самая серебряная перекличка скрипок перед лавиной медных духовых…
Этажом ниже – великий изобретатель убирается в комнате, превращая беспорядок в хаос. В окне напротив – юная художница любуется мотыльком, танцующим вокруг лампы, – центра своей уютной вселенной.
Этажом выше будущий поэт смотрит в окно так внимательно, словно различает вдалеке невидимых ангелов, играющих в сумерках… И вдруг замирает: к нему пришла первая настоящая строка. «Весна – пора забвенья, ибо снег растает вместе со следами…» Поэты всегда старше своих ровесников.
А там, на самом верхнем этаже, – будущий лётчик-испытатель заснул рядом с картонной коробкой, откуда доносится писк. Подобрал на улице птенца и родители разрешили оставить. И снится мальчишке сон о том, как вырос птенец в огромного орла и полетели они на Луну… А бабушка сказал, что это зяблик. Бормочет во сне: «Никакой это не зяблик! Сама ты зяблик…»
Совсем поздно уже, и спят мальчики и девочки под синими звёздами. Доброй ночи всем детям Москвы!
А мой путь продолжается. Вот два заброшенных дома в самом центре Москвы… Километр до Кремля, стоимость квадратного метра – как у кубического метра палладия! Но не горит ни одно окно… Только стены незаметно трясутся от шума далёких судебных сражений… Удивительно видеть что-то неимоверно дорогое, пока не имеющее хозяина.
А вот нечто абсолютно бесценное, но имеющее не того хозяина…
Там, над крышами, находится моя квартира мечты. В уединённом месте, неизвестно как сохранившемся в самом центре. На орлиной высоте, с панорамными окнами на запад…
Но не означает ли обретение мечты утрату чего-то важного? К чему стремиться, если ты сидишь с любимой на благословенном балконе, в небесной тишине и вышине, над шумным пейзажем мегаполиса… И сумерки медленно превращают Москву в чёрную чашу для пламени заката, а потом загораются фонари – стражники света… И вот уже ласковая ночь стоит над колыбелью города…
Сколько же воображается прекрасных картин… Но жизнь входит в картинную галерею с молотом вандала. Превращая любимую женщину в девицу из бара, московское поднебесье – в конуру на первом этаже, то есть почти на улице, пламя заката – в кирпичную стену напротив. Да ещё подвешивая над головой самое тяжёлое слово в древнегреческом языке – «ипотека»…
Ещё один долгий взгляд… До следующего раза, квартира мечты!
Нет, ещё мгновение!.. Как же наполняет душу аметистовый свет её окон… За твоими окнами – счастье. Поэтому ты и называешься квартирой мечты…
Задумался и потерялся. Какое сейчас вообще время года? Осеннее лето? Вечный московский августябрь…
Большой мужик стоит на Цветном Бульваре, у памятника Юрию Никулину. Приобнял за бронзовый пиджак и говорит за жизнь:
– Юра, понимаешь, какая штука… Я, наверное, устарел. Не могу понять собственную дочь. Всю жизнь работаю сварщиком, везде намотался, от Уренгоя до Анадыря. А дочка не в меня пошла. Говорит, что она – девелопер. Вот никак не врублюсь – чем она конкретно занимается. Спекулирует? Уже шестнадцать, поступать никуда не думает. Нервная, татуировку сделала, меня дэдом называет, хотя я родной отец. Из компьютера не вылазит. За пределами отстойного оффлайна, как говорит. Что это значит, Юр? О чём ни спросишь – отвечает, что я не в теме. Другой бы радовался, что в плохую компанию не попала. С этим я бы разобрался, но что делать, когда она дома, а кажется, что её нет?..
Остаётся позади памятник народному любимцу. Даже его бронзовая копия продолжает служить людям.
Какой шедевр в стиле неоготика! Сколько раз вижу этот острый наконечник стрелы – как впервые… По соседству – синий барочный особняк, словно сшитый из бархата, прямо напротив бирюзового модерна… А к модерну пристроили… Чёрт бы побрал эту мэрию вместе с рогами и копытами! Что за новодел?! В эстетике такой эффект называется «Баронесса Жабоедова», означая смешение высокого и плебейского…
Дождь наконец закончился. Вода никуда не исчезает… И пролитая кровь не исчезает тем более. Вот здесь примерно, без малого четыреста лет назад, в карету царя Алексея полетели камни и начался Соляной бунт… Некоторые строки из летописи всю жизнь помнишь. «Тут же Плещееву отсекли мясницким топором голову, которую смочили водкой, дабы она лучше горела в огне»… Загадочная фраза. Приготовление к адскому пламени?.. А на этом месте Лжедмитрий выбежал с мечом на толпу, чтобы быть убитым. Ту самую толпу, которая год назад кричала ему «Ты наше Солнышко праведное»… А здесь, у бывших Никольских ворот, прохожий нашёл палец с обручальным кольцом – всё, что осталось от взорванного генерал-губернатора… А на тех крышах стояли пулемёты… А здесь был полигон для… Лучше смотреть вдаль.
Снова я в этом тихом месте… Все знают, что в Москве есть волшебная Напрудная башня, рядом с которой в келье томилась царевна Софья. Башня исполняет заветные желания. Красивейшее место в Москве, когда расцветает сирень… Прогоняю из памяти жуткий портрет Софьи с