Рассказ "Мечта о счастье"
Мечта о счастье
1884 год. Петербург. Дом Якова Петровича Полонского, литератора, поэта, любителя музыкальных и поэтических «пятниц». В доме Полонского все чувствовали себя свободно, могли обменяться мнениями, поговорить с интересным человеком, узнать новости из мира литературы, искусства, услышать только что написанный романс.
Вечер, перевалило за девять, а гости всё прибывали. Это были писатели, художники, музыканты, являлись сюда из концертов и даже театров и оживление росло и в зале, и в кабинете, где значительная часть гостей группировалась вокруг хозяина. Среди прибывших оказались и Всеволод Михайлович Гаршин, писатель, со своим другом Вячеславом Андреевичем Фаусеком, русским очеркистом и журналистом. Сегодня должен был играть Антон Григорьевич Рубинштейн.
Расселись, и пианист взял первые аккорды, это было новое произведение композитора и исполнителя. Музыка заполняла пространство. На всех лицах можно было прочитать благоговение и удовольствие. Наверное, каждый думал о своём, наверное, у каждого возникали свои образы, но то, что мысли и образы эти приятные и желанные, было очевидно. Гаршин вдруг заметил, как пианиста пожирал глазами «неприятного вида чиновный старик», похожий на жабу. Этот контраст лиц в зале и навёл на мысль создания «Сказки о жабе и розе» писателя. Сказки о красоте человеческой души. В. А. Фаусек расскажет позже эту историю.
Почему ей вспомнился этот эпизод занятия со студентами на своих уроках? Где параллель? Любит произведения В.М.Гаршина? Да. Любила увлечь аудиторию интересными фактами биографии авторов? Да. Нет, что-то должно быть ещё. Конечно, это ещё есть. Вот оно. Это же игра на пианино! Это воздействие музыкального произведения на человека! Это исполнение мастера! Это человеческая любовь к искусству!
Кто же в детстве не мечтает играть на музыкальном инструменте? И она тоже мечтала. Худенькая, с любознательными глазами коричневого насыщенного цвета и совершенно светлыми ресницами, которых не было и видно. Косички крендельком заканчивались бантиками в цвет школьной формы. Её мама тоже мечтала, чтобы дочь играла на пианино. Мамин муж был инженером на заводе. В окружении соседей – интеллигенция. Больше ни у кого не было инженеров. В интеллигентной семье обязательно должны дети играть на пианино!
В школе набирали группу детей, желающих учиться музыке. Она и была записана в эту группу. Память не подносит подробности обучения, это было более полувека назад, но один эпизод ей запомнился.
Конечно, инструмента музыкального, пианино, в доме даже не предполагалось почему-то. Она это позже поняла, и её мама договорилась с родителями одноклассницы, у которых было пианино, учить уроки по музыке. И Таня, так звали нашу героиню, заходила из школы к своей однокласснице Оле играть гаммы и этюды.
Однажды она привычно подошла к дому Оли и постучала в ворота (Оля только что зашла домой). Никто не подошёл и не открыл. Постучала снова. Тишина. Когда её стук уже разносился по улице в третий раз, из-за ворот послышался голос: «Таня, не стучи, Оли нет дома, иди домой».
- Мама, я сегодня не смогла выучить уроки по музыке.
- Почему?
- Мне не открыли ворота.
- Ты стучала?
- Да.
- Может, дома никого не было?
- Были, были, и мама была, и Оля была, но мама сказала, что Оли нет дома, а я видела, как она заходила домой, просто я её догнать не могла. Почему меня не пустили?
Танина мама, конечно, знала ответ на вопрос дочери, но не могла же она объяснить ей, что никто не обязан чужих детей обучать на своём инструменте.
- Почему вы мне не покупаете пианино?
И на этот вопрос ответ не получился. Была попытка:
- Купим, обязательно купим, потерпи.
На этом первая ступень музыкального образования Тани закончилась. А она так хотела, чтобы её игра на пианино радовала всех!
Но были и другие ступени.
Когда она готовилась стать учительницей в школе, пришлось осваивать снова музыкальный инструмент. Конечно, она бы хотела пианино, но учили только игре на баяне и домбре. Конечно, баян. На нём же тоже можно так заворожить слушателей! Кроме того, баян был у её дяди Миши. Нужно было проехать несколько остановок. И инструмент у тебя в руках.
Так и делали две студентки, Таня и её подруга Валя, приезжая к дяде Мише учить уроки.
Дядя Миша – это родной брат мамы Тани. Жил он со своей семьёй в своём доме с женой и детьми. По меркам Тани, дом был большой, в нём несколько комнат, а она с мамой, отчимом, братом и бабушкой жила в одной комнате своего дома, поэтому очень любила бывать в гостях у этой семьи. Дядя Миша был комиссован с фронта без ступни ноги, ходил на протезе. Крепкого телосложения, румяный, круглолицый, громкоголосый, добряк и балагур, любил свою племянницу, и в дошкольном детстве она с бабушкой, его матерью, подолгу жили у него в доме. А сейчас Таня со своей подругой приезжает играть на баяне.
- Проходите, девчонки. Да не разувайтесь вы, идите уже в комнату. Девчонки бегло оглядывались. Всё как всегда: на столе квашеная капуста в чашке размером с тазик, квас, хлеб.
-Хотите капусты?
- Нет, дядя Миша, нам бы позаниматься.
- Ладно, занимайтесь.
При этом он суетливо ставил стулья рядом, приносил баян. В это время могла забежать его дочь Маринка, любимица и госпожа, похожая на отца: чёрные выразительные глаза, румяные щёчки, черноволосая, говорливая и подвижная.
- Мариночка моя, дочушка, посмотри, кто к нам пришёл.
Она подпрыгивала, отец её подхватывал на колени. Мариночка усаживалась и начинала его щипать за нос, хлопать по щекам и заключительным аккордом этой так называемой музыкальной пьесы был громкий шлепок ручонки сверху по голове. Соскакивала с колен, хохотала.
- Красавица моя, солнышко моё, умница моя, сокровище, - неслось ей вслед от дяди Миши.
Таня понимала, что Мариночка избалованная особа, пыталась эту мысль внушить своему дяде.
- Она же маленькая, ничего ещё не понимает, лапушка моя. Давайте, девчонки, уже играть, - как бы заканчивая тему, приговаривал дядя Миша.
Таня брала баян в руки, усаживалась поудобнее, пристраивая его на колени. А так как она была маленького роста, худенькая, то приходилось сначала выглянуть ей из-за инструмента, увидеть правую клавиатуру из белых и чёрных пуговиц, затем найти нужную, поставить на неё палец и вспомнить ноты: соль, ми, ми, соль, ми, ми, соль фа, ми, ре, до – «Маленькой ёлочке холодно зимой». Ля, до, ля, соль, ми, ми, соль, фа, ми, ре, до – «Из лесу ёлочку взяли мы домой». Когда это было проиграно правой рукой, нужно было левой найти другие кнопочки-басы, и всё это соединить воедино. Рост и величина инструмента не позволяли видеть кнопочки и пуговки, поэтому Таня вытягивала шейку, наклоняла баян в свою сторону и пиликала. Вместо весёлой и задорной песенки получалась жалобная и прерывистая мелодия.
Дядя Миша крякал и хвалил:
- Ну надо же, Танька-то играет детские песенки, ну молодец, вот ведь как вас хорошо учат-то. И научат, ей богу, научат. Ну-ка ещё чего-нибудь сбацай ( сам он играть не умел вовсе).
Танька мучительно хмурила белёсые бровки и шептала: соль, ля, соль, ми, фа, соль, соль, ля, соль, ми, фа, соль, до, ре, ми, фа, соль, ля, соль, фа, ми, ре, ми, до. Получалось: Утром в наше окно входит солнечный свет. Жарко льются лучи на знакомый портрет». Это про В.И.Ленина.
- Ну спойте, спойте, девчонки!- просил дядька.
Отказать было трудно. И девочки пели. У Вали был хороший голос, пела душевно и громко, Таня подпевала. Дядя Миша хлопал себя по бокам и громко хвалил, Маринка пританцовывала. Затем играла Валя, и всё повторялось снова. Валя играла и пела, дядя Миша выкрикивал восклицательные предложения, ходил по комнате, прихрамывая и поскрипывая протезом, Маринка подпрыгивала. Внезапно подхватывал дочь, подносил к своему лицу и целовал в щёчки, она лупастила его по голове кулачками и ладошками, визжала.
После чая с булочками и вареньем, часто с конфетами, девочки прощались и уезжали до следующего занятия. Конечно, «сбацать» они не научились ни одной песни, но на уроках пения детям играли как могли.
Пятилетняя девочка сидит на круглом стульчике за пианино, ножки ей поставили на маленькую скамеечку, сделанную её папой для дочки. Рядом с ней сидит её учительница по музыке. Она учит девочку правильно ставить пальчики на клавиатуре. Учительница к девочке приходит два раза в неделю. Это дочка Тани. Таня платит за обучение вторую часть своего аванса каждый месяц. Инструмент куплен в кредит. Ей хочется, чтобы её дочка смогла своей игрой на фортепиано пробудить светлые, нежные чувства в любой аудитории и сама бы влюбилась в это искусство. Таня обучается вместе с дочкой и играет её этюды, добросовестно помогает дочке учиться музыке. Она даже разучила по нотам красивую песню про качели и пела её за фортепиано, когда была одна дома. Перенесла свои детские песенки с баяна на новый инструмент. Ей это очень нравилось. Её детская мечта наконец-то воплощалась в жизнь! Но хотелось играть свободно, красиво и другие мелодии, чтобы при этом мурашки по коже у всех! Не получалось… Этюды и детские песенки. Всё!
Однажды она осмелилась и попросили дочкину учительницу прослушать, как она играет песенку про качели.
- Тамара Николаевна, вы можете послушать одну песенку в моём исполнении?
- Конечно, послушаю с удовольствием.
- У меня условие.
- Какое?
- Вы будете сидеть в другой комнате и не смотреть на моё исполнение, только слушать.
- Хорошо, а почему?
- Я же не училась игре на пианино, я самоучка, вам на мои корявые аккорды будет смотреть неприятно.
Договорились.
И вот она села на стул в другой комнате и приготовилась слушать.
Таня тоже села на круглый стульчик, взяла первые ноты, неуверенно и стыдливо оглядываясь на учительницу. Начало смазалось. Остановилась и заново заиграла. Закончила. Учительница молчала.
- Ну как? – спросила Таня.
- А вам нравится?
- Мне нравится это занятие.
- Вот и играйте, и с каждым разом будет получаться лучше.
Таня поняла, что Тамара Николаевна не хочет огорчать пианистку и решила сыграть это для брата. Он прослушал и сказал: «В ноты попадаешь, значит, хорошо.» Всё! Не пробуждает никаких чувств моя игра, не волнует людей, не даёт им пищу для воображения и полёта мысли. Значит, остаётся дочь.
Занималась музыкой дочь Тани несколько лет. Наступил подростковый возраст. Кумир Борис Гребенщиков! Значит, гитара! И началось…
Аккорды, бренчание, аккорды.
И вдруг дочка начала сама подбирать музыку и петь современный репертуар эстрадных певцов. С проигрышами, с импровизацией.
Случился какой-то творческий урок у неё в колледже. Таня там преподавала. Она слышала, как самозабвенно звучала гитара, как одна мелодия переходила в другую то со словами, то без слов. Остановить девушку было невозможно. Слушатели уже притомились, хотя сначала внимали и в такт покачивали плечами.
Пианино продали, гитара тоже забылась.
Зал наполнялся прибывающими зрителями. Это были отдыхающие санатория, преподаватели музыки детей из музыкальных школ города, родители детей-музыкантов, бабушки и дедушки юных исполнителей. Проходили по рядам, чинно усаживались. Кивали головой знакомым. Концерты в этом здании случались каждую субботу. Вот и сейчас шло приготовление сцены. Выносили и выдвигали инструменты, ставили стульчики исполнителям, разворачивали нотные альбомы. Без лишнего шума, с достоинством и с осознанием наступающего действа. Волнение больше читалось на лицах родственников артистов.
В зале была и Таня. Должен был играть её внук. Он заканчивал музыкальную школу.
Наконец Илья вышел на середину сцены. Это был юноша с пробивающимися усиками на нежном, почти детском лице, с припухлыми губами, черноглазый, со стрижкой «карэ». Он был одет в чёрный строгий костюм с белой рубашкой и бабочкой вокруг воротника. На ногах чёрные лаковые туфли. Нехрупкого телосложения и хорошего мужского роста.
Таня замерла от восхищения и любви к внуку. Илья с достоинством поклонился, объявили произведение для исполнения, и он прошел к инструменту, аккуратно сел на стул, приготовленный для него. Замер на несколько секунд. Взмахнул руками над клавиатурой и опустил их для первого аккорда.
Дальнейшее Таня не могла уже фиксировать и укладывать в свою память. Она полностью отдалась чувствам, охватившим её. Закрыла глаза: музыка разливалась волнами по залу, заполняла всё пространство, проникала в каждую клеточку души. Вот оно, счастье! Вот она, красота человеческой души, сила искусства, способная опустить пронзительную тишину в зал, способная притянуть взгляды людей в одну точку.
Илья заканчивает музыкальный колледж, он дирижёр.