Бестиарий

МАРАБУ
Я старый еврей марабу,
В вольере - с косулями вместе.
Лишаю, конечно их чести,
Другими словами, е@у.

Мне тяжек семитский мой нос.
Под небом сиреневым жарко.
Над пражским палит зоопарком
Светило, что ввысь вознеслось.

На Влтавы крутом берегу
В подножье канатной дороги,
С которой болтаются ноги
Гостей,
жизнь свою берегу.

Я знаю, что жизнь есть погром
Для птиц умудренных евреев,
Что в мире сильней всего время,
А смерть это то, что потом.

Я - падальщик. В том мой удел.
Детеныша съем крокодила,
На свалке все, чтоб там ни было,
Об этом чтоб кто ни пи@дел.

А здесь на казенных хлебах -
Отходы и даже лягушек.
Спасет мое тело и душу
Бог Яхве, что жив в небесах.

Я старый еврей марабу,
В вольере - с косулями вместе.
Лишаю их девичьей чести,
Другими словами, е@у.

ФЛАМИНГО
Фламинго печальная страсть - 
Фламенко сердечных конвульсий. 
В греховную кипень упасть 
Так сладко в наплыве иллюзий. 

О, как эротично она 
Стоит с оттопыренной ножкой! 
Своею головкой для сна 
На спину приляжет немножко. 

Шланг шеи пружинит слегка, 
Как будто бы шланг пылесоса. 
Осанка стройна, высока, 
И клювом она горбоноса. 

В толпе - перекрестие ног, 
Изогнутых от сочленений. 
Господь наш прекрасней не смог 
Создать этих ломких творений. 

Морковного цвета крыла 
У солнцем окрашенной птицы. 
И в нежном порыве она 
Спешит в небесах очутиться. 

Их стаи несметны числом – 
Неспетой любви эскадрильи. 
Как страшен их жизни облом, 
В огне завершенной на гриле! 

Пока пульс любовный не стих, 
Фламенко иль ритм пассакальи, 
Пока трупы грязные их 
Стервятники не растаскали, 

Летают, как ангелы, вновь 
От Нила до самого Ганга 
Фламинго (что значит “Любовь”) 
Под жаркие звуки фанданго.