Лето в Греции (на конкурс)

 

Греческая семья

 

На девятый день второй декады боэдромиьна - «месяца праздника Аполлона Боэдромия, помощника в битвах» 380 года традиционного исторического эллинского летосчисления (велось от первой зафиксированной Олимпиады – 776 г. до н.э.) в гостевой комнате на расписных стенах гостиной висело оружие гоплитов (тяжеловооруженных пеших воинов), в двухэтажном доме в полисе (городе) Афины.

За празднично накрытым столом с мёдом и сыром хозяин дома восседал в короткой рубахе в собственном кресле и произнёс:

- Стефанос, сын мой, мы все поздравляем тебя с днём рождения, с совершеннолетием. Очень хорошо, что после успешного завершения школы ты успешно прошёл гимнасию с атлетической подготовкой и участвовал в параде афинских юношей, какой сопровождал гимнастические состязания. Теперь настало время стать тебе настоящим воином и защищать наш священный полис Афины. По сему случаю мы дарим тебе на день рождения шлем, доспехи, боевое копьё и щит обтянутый козьей шкурой. Все твоё вооружение находится в углу и накрыто армейским плащом, чтоб это стало для тебя сюрпризом. Вечером или завтра ты сможешь всё примерить и опробовать.

- Благодарю тебя любимый отец. Обещаю тебе, всей нашей семье и всему полису Афины, что обязуюсь с честью исполнять свои воинские обязанности. Также с честью пронесу имя Стефанос, сына Агапиоса.

- Дорогой мой сынок – мой милый мальчик, мы все, в том числе твоя -младшая сестрёнка Гликерия, счастливы совершенно искренне поздравить тебя и выражаем полную уверенность, что из тебя обязательно получится и хороший атлет, и отличный воин.

При этих словах матери Гликерия, которая сидела в хитоне (длинной рубахе) на деревянном стуле у стола, как и её мать, откровенно улыбнулась и правой рукой поправила гиацинт в своих каштановых кудрях и серебряный браслет на запястье своей левой руки, на среднем пальце которой заявлял о себе перстень с яшмой.

Со скамьи Стефанос в короткой рубахе обратил внимание на благоухание, какое обычно встречалось на женской половине дома и на кисти рук матери. - Пальцы украшены перстнями с рубином и сапфиром. Черноволосую причёску матери украшала золотая заколка. Он понял, что мать с его сестрой нарядились и умащены благовониями для чествования его знаменательной даты. Он удивился тому, что серебряная посуда осталась в сундуках, что стояли у стен.

- Я согласен с тобой, дорогая драгоценная моя жёнушка, Аспасия, и хочу подчеркнуть, что данный подарок, является для тебя, Стефанос, подарком ото всей нашей семьи.

- Моя благодарность не имеет границ, - признался Стефанос.

- Все мы рады отпраздновать твоё рождение и по этому поводу поднимаем бокалы, - сказал отец с радушной улыбкой.

Четыре члена семьи встали на свои сандалии. Раздалось чоканье глиняных бокалов, и после того, как закусили, свежими сочными фруктами Агапиос промолвил, как бы для себя:

- Возможно, надо ещё разбавить это доброе вино.

Аспасия тут же крикнула:

- Сир.

- Слушаю, госпожа, - последовал ответ раба со двора.

- Долей ещё немного воды в кратер (глиняный сосуд для разбавления вина) с вином.

- Слушаюсь, госпожа, - ответил раб.

За праздничным столом четверо испробовали бараньего мяса с ячменным хлебом и оливковым маслом, красной рыбы с отварными овощами, и у всех членов семьи наступило сытое блаженное состояние.

- Кроме того, как глава семейства, сообщаю вам, что через два дня начнётся празднование по поводу Великих Элевсинских мистерий. Малые Элевсинские мистерии, на которых вы присутствовали полтора года назад в основном проводятся во славу Богини Персефоны, хотя и считается, что её мать Богиня Деметра обязательно присутствует на данном празднестве. Считаю нужным тебе Стефаний, а также твой матери пройти данный девятидневный обряд Великих Элевсинских мистерий, посвящаемых непосредственно Богине Диметре, чтобы по возможности, стать мистами, Посвящёнными в таинство наших Великих Богов и Богинь.

- Мы исполним твоё пожелание, - согласилась Аспасия.

После паузы он продолжил:

- Поскольку, Стефанос, тебе после Великих Элевсинских мистерий предстоит двухгодичная служба в войске нашего полиса, где тебя, как гоплита, обучат действиям в фаланге, я договорился со знакомым бывалым воином, чтобы он по серьёзному обучил тебя лучше владеть копьём и мечом. После Элевсина через день он придёт в наш дом, чтобы конкретней договориться о времени обучения.

- Спасибо отец, нам нужно ответить за поражение от спартанцев, какое произошло восемь лет назад, - ответил Стефанос.

Агапиос ответил:

У нас сын мой много внешних врагов – персы, варвары, римляне, но самый главный наш враг – это разобщённость эллинских полисов – междоусобица.

- Отец твой сделал совершенно правильно, что пригласил опытного дружественного гоплита тебе в помощь, ты, пожалуйста, перво-наперво обучись не лезть вперёд всех в бою – всегда бери пример с опытных гоплитов, - посоветовала мать.

Благодаря доброму и пристальному взгляду Агапиоса Стефанос поостерегся отвечать матери на её ценный совет, а отец произнёс:

- Все мы знаем миф о Богине Деметре и Богине Персефоне, который отражает действительность событий природы. Мы искренне верим, что за переменой состояний природы кроется печальная и поучительная история.

Его мысль подхватила Аспасия:

- У Великой Богини Деметры расцвела юная милая дочь Богиня Персефона. Отцом Персефоны являлся сам Великий сын Крона, Громовержец Зевс. Однажды прекрасная Персефона вместе со своими подругами, океанидами, беззаботно резвилась в цветущей Нисейской долине. Подобно легкокрылой бабочке перебегала юная дочка Богини Деметры от одного цветка к другому цветку. Она чувствовала аромат и рвала пышные розы, душистые фиалки, белоснежные лилии и красные гиацинты. Совершенно беспечно резвилась молоденькая Персефона, не ведая той судьбы, которую назначил ей отец.

- Так что продолжение всего последующего в данной правдоподобной легенде связано с Великим Зевсом, - сделал вывод Стефанос.

Вздохнув, далее погрузил в историю Агапиос:

- Любящая играть Персефона не предполагала, что увидит она опять ясный свет солнечного светила очень нескоро и нескоро вновь станет любоваться красивыми цветами и вдыхать их сладостный аромат. Бог Зевс отдал её в жёны мрачному своему брату Богу Аиду, властителю царства теней умерших, и с ним должна продолжать свою жизнь нежная Персефона во мраке подземного царства, лишённая белого света и горячего благодатного солнца.

- Тяжко пришлось великолепной Персефоне, - сочувственно произнесла Гликерия.

- Конечно, - согласился Агапиос, - Бог Аид увидел, как чудесно резвилась в Нисейской долине молоденькая Персефона, и решил тотчас похитить девушку. Он упросил Богиню Земли Гею вырастить необычной красы цветок. Согласилась Богиня Гея, и вырос дивной красоты цветок в Нисейской долине; его пьянящий аромат далеко разлился во все стороны. Персефона увидала цветок; вот она протянула руку и схватила его стебелёк, вот уже сорван цветок.

Гликерия поспешила добавить:

- А тут на самом интересном месте.

Далее подхватила Аспасия:

- Вдруг разверзлась земля, и на черных конях появился из земли в золотой колеснице владыка царства теней умерших, мрачный Бог Аид. Он схватил юную Персефону, поднял её на свою колесницу и в мгновение ока скрылся на своих быстроногих конях в недрах земли. Только вскрикнуть успела нежная Персефона. Далеко разнёсся крик ужаса юной дочери Богини Деметры; он донёсся и до глубоких морских пучин, и до высокого, светлого Олимпа. Никто не видел тот момент, когда похитил Персефону мрачный Бог Аид, видел произошедшее лишь его Бог Гелиос - солнечный и всевидящий.

- Да, уж, - пробормотал Стефанос.

Агаптос пояснил дальнейшую ситуацию:

- Богиня Деметра услыхала голос родной единственной дочери Персефоны. Она поспешила на крик в Нисейскую долину, всюду искала дочь; спрашивала подруг её, океанид, но нигде не оказалось её. Океаниды не видали, куда скрылась молодая Персефона.

Аспасия вспомнила:

- Тяжкая скорбь об утрате единственной возлюбленной дочери овладела сердцем Богини Деметры. Одетая в тёмные одежды, девять дней, ничего не сознавая, ни о чём не раздумывая, блуждала Великая Богиня Деметра по земле, проливая горькие слезы. Она всюду искала свою Персефону, всех просила о помощи, но никто не мог помочь ей в тяжком горе. Наконец, уже на десятый день она пришла к Богу Гелиосу-Солнцу и стала со слезами молить его:

- О, лучезарный Гелиос! Ты объезжаешь на златой колеснице высоко по небу всю землю и все моря, ты видишь всё, ничто не может скрыться от тебя; если ты имеешь хоть немного жалости к горю несчастной матери, то скажи мне, пожалуйста, где моя доченька Персефона, скажи, где мне искать её! Я слышала её последний крик, её похитили у меня. Скажи, кто похитил мою несравненную доченьку. Я всюду искала, но нигде не могу найти мою единственную!

Ответил Деметре ослепительный Бог Гелиос:

- Великая Богиня, ты хорошо знаешь, как я чту тебя, ты видишь, как скорблю, видя твоё горе. Знай же, великий тучегонитель Бог Зевс отдал дочь твою в жёны своему мрачному брату, владыке Богу Аиду, который похитил твою Персефону и увёз её в своё полное ужасов подземное царство. Побори же свою тяжёлую печаль, Богиня. Ведь велик муж твоей дочери, она стала женой могущественного брата Великого Бога Зевса.

- Да, как видно, Богам, как людям, тоже приходится переносить беды и страдания, - посетовал Стефанос.

Аспасия досказала:

- Ещё больше опечалилась Богиня Деметра. Разгневалась она на громовержца Зевса за то, что отдал он без её согласия нежную Персефону в жёны Богу Аиду. Она покинула Богов, покинула светлый Олимп, приняла вид простой смертной и облеклась в тёмные одежды, и долго блуждала между смертными, и проливала горькие слезы.

Затем, переживая получаемую ситуацию, рассказывал Агапиос:

- Тогда всякий рост на Земле прекратился. Листья на всех деревьях завяли и облетели. Все леса стояли полностью обнажёнными. Вся трава поблекла; все цветы опустили свои пёстрые венчики и засохли. Не стало плодов в садах, засохли все зелёные виноградники, не зрели в них тяжёлые сочные грозди. Все прежде плодородные нивы оказались пусты, ни единой былинки не росло на них. Замерла вся жизнь на земле. Несказанный голод царил всюду: отовсюду слышались плач и стоны людей и животных. Окончательная гибель грозила всему людскому роду. Но ничего не видела, не слышала Богиня Деметра, глубоко погруженная в горькую печаль по утрате нежно любимой дочери.

После скорбной паузы продолжила Аспасия:

- Глубокая печаль по нежно любимой единственной дочери не покинула Богиню Деметру. Не забыла она и гнева своего на Бога Зевса. По-прежнему абсолютно бесплодной стояла вся земля. Голод становился всё сильнее, поскольку на полях земледельцев не всходило ни единой травки. Напрасно тащили быки земледельца тяжёлый плуг по пашне - бесплодной оказалась их работа. Гибли целые племена. Вопли голодных неслись к небу, но никак не внимала им Богиня Деметра. Наконец перестали куриться на земле жертвы бессмертным Богам. Полная гибель грозила всему живому на земле. Не хотел гибели смертных великий тучегонитель Бог Зевс. Он послал к Богине Деметре вестницу богов Богиню радуги Ириду. Быстро помчалась она на своих радужных крыльях в полис Элевсин к храму Богини Деметры, звала её, молила вернуться на светлый Олимп в сонм Богов. Богиня Деметра не вняла её мольбам. Посылал и других Богов великий Бог Зевс к Богине Деметре, но Богиня не хотела вернуться на Олимп, прежде чем возвратит ей Бог Аид её единственную дочь Персефону.

Стефанос также вспомнил:

- Послал тогда к своему мрачному брату Богу Аиду Великий Бог Зевс быстрого, как мысль, Бога торговли Гермеса, который спустился в полные ужасы подземное царство Аида, предстал перед сидящим на золотом троне владыкой душ умерших и поведал ему волю Бога Зевса.

Далее Агапиос подхватил:

- Бог Аид согласился отпустить Персефону к матери, но предварительно дал ей проглотить зерно плода граната, которое является символом брака. Взошла Персефона на златую колесницу мужа с Богом Гермесом, помчались бессмертные кони Бога Аида, никакие препятствия не были страшны им. В мгновение ока достигли они портового полиса Элевсина.

Аспасия улыбнулась м продолжила:

- Забыв всё от радости, Богиня Деметра бросилась навстречу своей дочери и заключила её в свои объятия. Снова была с ней любимая прекрасная дочь Персефона. С ней вернулась Богиня Деметра на Олимп. Тогда Великий Бог Зевс решил, что две трети года Персефона будет жить с матерью, а на одну треть - возвращаться к мужу своему Богу Аиду. Великая Деметра вернула плодородие земле, и снова все зацвело, и зазеленело. Нежной весенней листвой покрылись все леса; запестрели цветы на изумрудной мураве лугов. Вскоре заколосились хлебородные нивы, зацвели и заблагоухали сады, засверкала на солнце зелень виноградников. Запели птицы. Пробудилась вся природа, Всё живое и ликовало, и славило Великую Богиню Деметру и дочь её Персефону.

Агапиос завершил изложение известного всем в общих чертах важного поучительного мифа:

- Однако каждый год покидает свою родную мать Богиня Персефона, и каждый раз Богиня Деметра погружается в печаль и снова облекается в тёмные одежды. И вся природа горюет об ушедшей. Желтеют на деревьях листья, и срывает их осенний ветер. Увядают цветы, нивы пустеют, наступает зима. Засыпает природа, чтобы проснуться в радостном блеске весны тогда, когда вернётся к своей матери из безрадостного царства Бога Аида Богиня Персефона. Когда же возвращается к Богине Деметре её дочь, тогда Великая Богиня плодородия щедрой рукой сыплет свои дары людям, благословляет труд земледельца, одаривает его богатым урожаем.

Наступила пауза, когда каждый делал свои выводы, которые в семейном кругу могли вполне совпадать.

- А ты сам являешься Посвящённым? – спросила Гликерия.

- Конечно, дорогая моя доченька, только я не каждый раз могу принять участие в Великих Элевсинских мистериях, поскольку меня достаточно часто не бывает здесь в нашем славном полисе - в Афинах из-за того, что на биремах (торговые суда) мы ходим по морю и продаём различные товарами, которые у нас в Афинах дешевле. Мы закупаем дешёвые товары, что у нас ценится подороже.

- А что происходит при мистериях?

- Каждый из праздников сопровождается заключением священного перемирия, как и в Олимпийские игры. Эти меры предназначались для безопасного прибытия участников праздника в полис Элевсин и для подготовки к мистериям. Срок перемирия составлял 55 дней как для Малых, так и для Великих мистерий.

- Время без войны! – воскликнула дочь.

- Дело ещё и в том, Гликерия, что все участники, мисты, Посвящённые обязаны хранить таинство обрядов, для того, чтобы обряд правильно выполнил своё предназначение. За раскрытие тайны обряда полагается смертная казнь. Разве ты хочешь, чтобы я погиб из-за разглашения таинства?

- Нет, конечно, любимый папочка. А хоть что-нибудь не секретное ты можешь нам рассказать?

- Сладкая моя доченька через год, поскольку ты подрастёшь, сама сможешь пойти вначале на Малые Элевсинские мистерии и со временем ты сможешь пережить непостижимое, познать многое, что приводит в трепет. Сейчас я смогу тебе рассказать только то, что известно всем людям, что ты и сама, может быть, слышала или представляешь. Поскольку в нашей стране много гор, но мало сельскохозяйственных угодий, крестьяне или фермеры, что обрабатывают землю или ходят за домашней скотиной всегда молились Богам о благополучии урожая. И данные мистерии направлены в основном на это. Ведь всем же хочется быть здоровыми, сытыми и довольными. В Великих Элевсинских мистериях все мы просим Богиню плодородия Диметру и её дочь Богиню Персефону быть благосклоннее к земле и к тем, кто на ней трудится. В различных мистериях более подробно и более доходчиво раскрываются мифы и легенды о наших героях и наших Богах и Богинях. В различных мистериях люди видят, что Боги совершают поступки, как и обычные люди, и, как обычные люди, страдают и погибают. Кроме того, Посвящённые в мистерии приобретают уверенность на лучшую жизнь в ином мире после ухода с этого.

 

- Лично я люблю всех Богов, но более всего я преклоняюсь перед девой-воительницей Богиней Афиной Палладой, которой я всегда молюсь, чтобы она помогала мне и всем нам на поле брани в боевых действиях, - высказался Стефанос и мечтательно вздохнул, - Богиня Афина даёт мудрость и знание, учит людей искусствам и ремёслам. Да и девушки Греции чтут Богиню Афину за то, что она помогает в обучении их рукоделию.

Агапиос согласился:

- И от воинов, которым она помогает, она также ожидает умения и мудрости в поступках. Не только своей мудростью отличается Богиня Афина Паллада от всех других бессмертных Богов, которые живут на Олимпе. Не только тем, что с самого своего рождения больше всего на свете любит она воинские утехи. Даже и не тем, что, в отличие от других бессмертных Богов, у неё не имелось матери. Мать у неё, конечно, имелась, но в то же время как бы и не имелась. Богиню Афину Палладу родил отец, сам громовержец Зевс. А произошло это следующим интересным образом. - Уже давно царствует над миром Великий Бог Зевс, и нет никого, кто бы мог поспорить с ним в могуществе. Но все это время что-то неспокойное тяготило сердце великого громовержца. Богиня Гея предсказала ему, что ждёт его участь отца - великого Бога времени Крона.

– Как и отец, он тоже потеряет власть над миром, - так сказала мудрая Богиня Гея, и никак нельзя не верить ей.

Постоянно твердит об этом и могучий титан Прометей.

– Вы думаете, новоявленные цари, что вечно вам блаженствовать в мире. Но разве я не видел, как с Олимпа упали два тирана? И увижу, как скоро третий упадёт!

Напрасно добивался Бог Зевс, чтобы Прометей открыл ему роковую тайну, кто из его сыновей свергнет его с престола и когда он родится. – Прометей - защитник людей от произвола богов - упорствовал:

- Пусть он сколько угодно мечет молнии, гремит ужасными громами. Пусть все небо смешает в белокрылую метель и все до основания уничтожит, меня не сломит он, и не скажу я, от чьей руки он потеряет власть!

- Оказывается, Бог Зевс тоже встречал сопротивление, - искренне удивилась Гликерия.

- Что же оставалось делать Богу Зевсу? – продолжил Агапиос. - Решил он защищаться, как умеет. Богини судьбы Мойры, которые никогда не ошибаются, сообщили Громовержцу Зевсу, что у Богини разума Метис будет от него двое детей: сначала родится дочь Афина, а потом и сын, необычайного ума и силы. И вот он-то, когда вырастет, отнимет у Бога Зевса власть над миром. Обеспокоился Бог Зевс: ведь Богиня Метис уже должна вот-вот родить. Усыпил он её ласковыми словами и проглотил вместе с нарождёнными детьми.

- После этого все пошло по-прежнему, - сообщил Агапиос. - Пировал Бог Зевс и развлекался в своём золотом дворце на Олимпе, как вдруг через некоторое время почувствовал странную головную боль, да такую, что разрывала его голову буквально на множество частей. Позвал он своего сына, славного кузнеца Бога Гефеста, и приказывал тому:

– Ударь, сынок, твоим остро наточенным топором мне по голове и разруби её пополам.

Услышав такую удивительную необычную просьбу, Бог Гефест спрашивает своего родного отца:

– Ты, кажется, хочешь убедиться, в своём ли я уме? Прикажи мне сделать что-нибудь другое, что тебе нужно. - Мне нужно именно то, о чём я прошу тебя, - отвечает ему рассерженный Бог Зевс, - если ты сейчас же этого не выполнишь, то тебе придётся испытать немало огорчений.

Выполнил Бог Гефест странное требование своего царственного отца, взмахнул он топором и опустил его на голову Бога Зевса.

- Что это такое, - воскликнул поражённый Гефест мгновение спустя. - Дева в полном вооружении! Тяжёлая штука сидела у тебя в голове, Бог Зевс, не удивительно, что ты был в дурном расположении духа. Носить под черепом такую большую дочь, да ещё в полном вооружении - это не шутка. Что же, у тебя военный лагерь вместо головы? О, да ты посмотри, она в одно мгновение уже и взрослой стала, да какая красавица! Бог Зевс, в награду за то, что я помог тебе родить такую дочь, позволь мне на ней жениться!

- Это невозможно, мой славный Бог Гефест, - признался ему отец, – она никогда не выйдет замуж и пожелает навсегда остаться вечной девой.

- Жалко, - посетовал Бог Гефест, - но, если ты не возражаешь, я все-таки попробую с ней справиться.

- Какие странности, - промолвил Стефанос.

Пока они обсуждали дальнейшую судьбу новорождённой Богини, - с удовольствием улыбался Агапиос, - она уже выскочила из головы Зевса и от радости, что родилась и видит свет, начала скакать и отплясывать военный танец в блестящем шлеме, потрясала щитом и взмахивала сверкающим копьём. Взглянул на свою воинственную дочь Бог Зевс и ответил кузнецу:

– Я-то не против, но, думаю, тебе будет нелегко.

Вот так и родилась Богиня Афина Паллада. Но не только воинской отвагой славится она, защищая всех несправедливо обиженных. Она покровительствует греческим героям, хранит греческие крепости и полисы, а по уму и мудрости сравнивается с самим Богом Зевсом. Её так и называли – Богиней мудрости и справедливой войны. Воинственный клич её раскатился далеко по небу, и до самого основания потрясся светлый Олимп. Прекрасная, величественная, стояла она перед Богами. Голубые глаза Богини Афины горели божественной мудростью, вся она сияла дивной, небесной мошной красотой. Славили Боги рождённую из головы отца-Зевса любимую дочь его, защитницу полисов, Богиню мудрости и знания, непобедимую воительницу Богиню Афину-Палладу.

 

И ещё у неё имелось одно любимое дело, в котором не существовало ей равных. Она очень любила ткать полотно, и никто не мог превзойти её в этом искусстве. Состязаться с ней представлялось опасным делом. Все знают, как поплатилась Арахна, дочь прорицателя и аргонавта Идмона, которая захотела стать выше Богини Афины в этом виде деятельности.

- По поводу соперничества Богини Афины и Арахны известна следующая легенда, - пояснила Аспасия. - На всю Лидию славилась Арахна своим искусством. Часто собирались нимфы со склонов горы Тмол и с берегов золотоносного реки Пактол любоваться её работой. Арахна пряла из нитей, подобных туману, ткани, прозрачные, как воздух. Гордилась она, что нет ей равной на свете в искусстве ткать. Однажды воскликнула она: «Пусть приходит сама Афина-Паллада состязаться со мной! Не победить ей меня; не боюсь я этого». Однажды под видом седой, сгорбленной старухи, опершейся на посох, предстала перед Арахной Богиня Афина и сказала ей: «Не одно зло несёт с собой старость, Арахна, годы несут с собой опыт. Послушайся моего совета - стремись превзойти лишь смертных своим искусством. Не вызывай богиню на состязание. Смиренно моли её простить тебя за надменные слова. Тех, кто извиняется, прощает Богиня». Однако Арахна выпустила из рук тонкую пряжу; гневом сверкнули её очи. Уверенная в своём искусстве, смело ответила она: «Ты совсем неразумна, старуха. Старость окончательно лишила тебя разума. Читай такие наставления твоим невесткам и дочерям, меня же оставь в покое. Я сама сумею дать себе совет. Что я сказала, то пусть и будет. Что же не идёт Афина, отчего не хочет она состязаться со мной?». Тогда Богиня приняла свой настоящий образ и воскликнула: «Я здесь, Арахна!» - Нимфы и лидийские женщины низко склонились пред любимой дочерью Бога Зевса и славили Богиню Афину. Одна лишь Арахна продолжала молчать. Подобно тому как алым светом загорается ранним утром небосклон, когда взлетает на небо на своих сверкающих крыльях разношёрстая Заря-Эос, так зарделись краской гнева щёки Богини Афины. И стоит на своём решении Арахна, и по-прежнему страстно желает она состязаться с Богиней Афиной, и не предчувствует, что грозит ей скорая гибель. - Началось состязание.

- А соперничество украшает только одного победителя, - высказалась осторожно Гликерия.

- Великая Богиня Афина выткала на своём покрывале посередине величественный афинский Акрополь, а на нем изобразила свой спор с Богом Посейдоном за власть над Аттилой. Двенадцать светлых богов Олимпа, а среди них отец её, Зевс-громовержец, сидят как судьи в этом споре. Поднял колебатель земли Бог Посейдон свой трезубец, ударил им в скалу, и хлынул солёный источник из бесплодной скалы. А Богиня Афина, в шлеме, с щитом и в эгиде, потрясла своим копьём и глубоко вонзила его в землю. Из земли выросла священная олива. Боги присудили победу Богине Афине, признав её дар Аттике за более ценный. По углам изобразила Богиня, как карают боги людей за непокорность, а вокруг выткала венок из листьев оливы. Арахна же изобразила на своём покрывале много сцен из жизни Богов, в которых Боги являются слабыми, одержимыми человеческими страстями. Кругом же выткала Арахна венок из цветов, перевитых плющом. Верхом совершенства была работа Арахны, она не уступала по красоте работе Богини Афины, но в её изображениях отчётливо виднелось неуважение к Богам и даже презрение к ним. Страшно разгневалась Богиня Афина, она разорвала работу Арахны, а её саму ударила челноком. Несчастная Арахна не перенесла позора; она быстро свила верёвку, сделала петлю и повесилась. Но Богиня Афина освободила из петли Арахну и сказала ей: «Живи, непокорная. Но ты будешь вечно висеть и вечно ткать, и будет длиться это наказание и в твоём потомстве». Затем Богиня Афина окропила Арахну соком волшебной травы, и тотчас тело Арахны сжалось, густые волосы упали с её головы, и обратилась она в паука. С той поры и висит паук-Арахна в своей паутине и вечно ткёт её, как ткала полотно Арахна при жизни.

 

- Ткачество - это хорошо. - А разве наша нежная мама никогда не участвовала в мистериях?

- Я, дорогая, дорогая Гликерия, участвовала в иных мистериях на небольшом скалистом острове Самофракия. Там к церемониям посвящения в мистерии допускались все - и женщины, и дети, и грешники.

- А там почитают иных Богов?

- Богов много, Гликерия. При Самофракийских мистериях праздничные церемонии проводятся ежегодно в больших храмах, в святилищах, где имеются апсида (выступ здания) и священный камень, и жертвенная яма. Мисты делятся на Посвящённых первой и второй ступени. Наряду с Богиней Деметрой и Богиней Персефоной там почитается Богиня Кибела.

- А можно о ней узнать поподробнее?

- Хорошо, Гликерия, расскажу, что знаю. Богиня Кибела - фригийская Богиня - мать всего сущего - олицетворение плодородия и женского начала. Рядом с Богиней Кибелой всегда находились её символы: лев и сосна. В руках Богиня держала тимпан - ударный музыкальный инструмент, а также скипетр или колосья пшеницы. В горной местности Бог Зевс нашёл Богиню Кибелу, свою мать, спящей и, влекомый к ней кровосмесительной похотью, попытался овладеть ею. Богу Зевсу это не удалось, и он излил своё семя на горный чёрный камень. Этот камень зачал ребёнка, и родилось существо муже-женской природы, наделённое гигантской силой и безграничным вожделением к обоим полам - родилось двуполое чудовище гермафродит Агдитис. Из крови гермафродита произросло миндальное дерево. Нана - дочь реки Сангариос, отведав миндального плода, забеременела и родила ребёнка Аттиса. Когда выросший Аттис праздновал свадьбу с дочерью царя, в зал, где проходило пиршество, проник Агдитис, любивший Аттиса.

Присутствующими овладело безумие, царь отсек себе детородные члены, а Аттис бежал, оскопил себя под сосной и умер. В отчаянии Агдитис пытался воскресить его, но Бог Зевс воспротивился этому; он позволил только, чтобы тело Аттиса оставалось нетленным. У него росли волосы и шевелился мизинец - единственные признаки жизни. Так как Агдитис оказался не чем иным, как явлением обоеполой Великой Матери, Аттис одновременно являлся и сыном, и любовником, и жертвой Богини Кибелы. Богиня сожалела о своей ревности, каялась и оплакивала своего возлюбленного. Так складывались Самофракийские мистерии, проводимые в канун дня весеннего равноденствия.

- Но бывает же такое, что никак, никогда, никому не придумать, - поделился Стефанос.

Аспасия продолжила:

- К ритуальным действиям - музыка, танцы, татуировка, травы - мистерии обращаются с тем, чтобы усилить переживания, возникающие у посвящаемых - близость божества или даже достичь с ним мистическое единение. В мистериях Аттиса пост, налагается на новичка и заключается, главным образом, в воздержании от хлеба, так как Бог есть колос, сжатый зелёным. Первая трапеза в обряде посвящения сводилась, в целом, к переживанию принятого значения хлеба и вина. Что же касается самооскопления жрецов и верующих, то это было залогом их совершенного целомудрия, иначе говоря, полной преданности богине. Так осуществлялось желание увеличить свою священную силу через необычное, через вызывающее увечье, через полное подражание богу. Мистерии в честь Аттиса и Богини Кибелы возвращали религиозную ценность тайне пола, физическим страданиям и крови.

- Мистерии случались разные у разных народов, имелись свои мистерии у египтян, у сирийцев - проинформировал Агапиос.

Аспасия завершила легенду:

- История Богини Кибелы и Аттиса говорила о том, что человек - Аттис словно привратник в храме духа - подвержен слабости, раздробленности, он близок к божеству, но не являлся им. Он словно часть - потерянная и ищущая, жаждавшая увидеть свой истинный облик и, одновременно, боявшийся этого. Ужасавшийся своей принадлежности к первозданному, истинному - Богине Кибеле. Ведь именно она является ему в своём тёмном величии, в обнажённости Духа. Отчего все остальные сошли с ума и сам Аттис бежал в страхе по мрачным предгорьям погруженной во мрак земли, забыв, что от своей природы не убежишь.

- От природы не убежать, - согласилась Гликерия и кивнула головой в знак согласия.

- Точно, - подтвердила мать, - почитались кабиры - божества отвечали за плодородие земли. По мифам, кабиры - мощные божества, дети Бога Гефеста и нимфы Кабиро. В мистериях кабиров превозносилось братоубийство, поскольку один из трёх братьев-корибантов оказался убитым двумя другими и для сокрытия преступления похоронен ими у подножия горы Олимп. Этот убитый и есть тот Кабир, которому поклонялись, воздевая кровавые руки к окровавленному. При Самофракийских мистериях имелся жрец, очищавший убийц. От посвящаемых требовалось исповедание грехов. Эти мистерии, по верованию древних, предохраняли от опасностей, особенно на море, которое опасно не только ураганами и штормами. Среди при