cp
Alterlit

Таёжные зарисовки (на конкурс)

Таёжные зарисовки

В дороге

- Когда выезжаете?                                                                                                        

- Завтра.                                                                                                                                                               

- Хорошо. Я завтра проеду через Читу.                                                        

- Ну, ладно. До встречи.                                                                                                                                  

В течение двух летних месяцев сын работал на космодроме "Восточный", великой стройке века, со студенческим отрядом из "Сибстрина". Так теперь называют Новосибирский архитектурно-строительный университет. Раньше он назывался Сибирский строительный институт. Отсюда такая аббревиатура - Сибстрин. Сын не приезжал домой на летние каникулы. Сразу после сессии он с друзьями поехал в Амурскую тайгу. Студенты возвращались на учёбу в Новосибирск.

- Ничего не забыли? - спросила сестра.                                                                   

- Вроде бы всё собрали, - ответила я.                                                                             

            Родственники приехали провожать нас на автобус. Попрощавшись со всеми, мы выехали.

            Предстояло работать учителем три года. Из-за острой нехватки медицинских, педагогических кадров, работников культуры Министерство социального развития обратилось к Правительству Хабаровского края. Было принято решение приглашать специалистов на договорной основе со сберегательным капиталом. Это государственная программа для привлечения квалифицированных кадров в сельскую местность. Врачи должны отработать пять лет, а учителя три года. Многие специалисты начали выезжать. И я выехала.                                                                                                                         

- Как приедете, позвоните, - сказала сестра.                                                                    

- Обязательно, - ответили мы.                                                                                                       

Автобус увозил нас до города Читы; мы прощались с родным степным солнечным краем на год, чтобы познакомиться с новыми местами нашей Родины, дальневосточной тайгой.                                                                             

- Увидим новые места, познакомлюсь с детьми, заведу ещё больше друзей. - говорит Баира.                                                                                                             

            Как только мы вышли из автобуса в Чите, побежали к поезду. На перроне мы увидели огромное количество весёлых, загорелых парней, немного уставших от долгого сидения, пропотевших в душном летнем вагоне поезда. Парни, упоённые хвойным ароматом Амурской тайги, закалённые рабочим потом на великой стройке века с уникальными объектами, о которых рассказали ребята, впервые вкусившие трудовой закал, набравшись незабываемых впечатлений о тайге, об интересных людях, о самой работе, первых трудовых опытах, возвращались на учёбу. Весёлая студенческая жизнь. Мы угостили их домашней едой. Уехал их поезд на Запад, а мы остались ожидать своего отъезда, перекусывая домашними пирожками в противоположную сторону света.                                                                                      

            Спустя некоторое время мы сели в поезд "Москва-Владивосток", и он тронулся в путь. Двое мужчин помогли мне закинуть багаж на третью полку. Всю ночь мужики в конце вагона шумели, кричали на весь вагон. Утром мы узнали, что их ночью высадили на одной из станций за распитие спиртных напитков и нарушение правил пребывания в вагоне.                                                      

Попутчики в нашем купе оказались интересными людьми. Ехала женщина из города "невест" Иваново на заработки, на остров Шикотан. Ехала она почти через всю страну, чтобы заработать деньги на хлеб. Собиралась работать на рыбозаводе.                                                                                                                                  

- Трудно ли Вам будет работать? - спросила соседка, сидевшая напротив. 

- Мне не привыкать. «Я ведь всю жизнь работала ткачихой», - говорит наша попутчица. У меня руки привыкшие работать на станке. За годы работы я подружилась со своим станком, и ткачиха, и наладчица в одном лице; пока ждёшь наладчика, сама всё сделаешь. С годами так привыкаешь, знаешь, где какой шуруп или винтик подкрутить, сделать маленький ремонт.                                                    

Видно было, что у женщины руки рабочие, натруженные, которые создали не один метр ткани нужные людям, без которых невозможна современная жизнь.                                                                                                                                   

            Много лет женщина посвятила себя ткацкой работе, изготавливала ткани для своей страны, трудилась не покладая рук, и, вдруг, она стала не нужна своей родине. И ей ничего не остаётся, как искать работу вдали от родного дома ради хлеба насущного. Бывшая ткачиха с огромной любовью рассказывала о своей работе на ткацкой фабрике, словно в тот момент находилась у ткацкого станка. Рассказывала, какое удовольствие доставляла ей работа. Делилась приятными воспоминаниями о ткачихах, коллегах, подружках, о дружном коллективе в своём родном цехе.                                                        

- В девяностые годы в нашем цеху, впрочем, как и на многих фабриках, заводах и колхозах Советского Союза, началась задержка заработной платы, - продолжает бывшая ткачиха. Начали оплачивать труд товаром. Если продал отрез какой-нибудь ткани, значит, деньги на хлеб есть. А потом ещё хуже стало. Пришёл начальник Петрович и сказал:                                                                              

- Закрывается наш цех ввиду финансовых затруднений. Вот, подпишите, и раздал нам бланки об увольнении. Бабы, конечно, покричали, выступали, обращались к начальству, но всё было безрезультатно.                                               

- Очень многие из моих коллег остались без работы, включая меня. Кого сократили, кого уволили, в общем, остались без работы, - вспоминает бывшая ткачиха.                                                                                                                  

Кто-то писал в органы, а, кто и в суд ходил. Ничего не смогли выиграть и доказать. Это далеко не единичные случаи по всей стране.                                                   

- Но, ткачихи - народ подневольный, ничего не поделаешь.                                                   

- Что Вы потом делали? - спросила одна попутчица.                                        

- Против системы не пойдёшь, - с сожалением о прошедших годах говорит женщина, - трудно стало, денег нет, жить как - то надо, кормить семью.                 

- После того, как ткацкий цех закрыли, я долго искала работу. Бралась за любую. Наконец, нашла работу технички в маленьком магазине. Зарплата - гроши. Одна с ребёнком, нелегко приходилось, - вздыхает она.     Одиночеством, конечно, никого не удивишь в нашей стране, несмотря на то, что холостяков много, но как поётся в одной известной песне: "потому что на десять девчонок по статистике девять ребят". Одинокие женщины с детьми в нашей стране принимаются как рядовой случай, это стало правилом жизни. В современное время одинокие женщины борются за всё наравне с мужчинами в любой сфере человеческой деятельности, не забывая об их семейном очаге, их детях, и, они не менее успешны, чем представители сильной половины человечества, как говорится, сила моя в немощи моей.                                                                                 

            Таким или подобным образом закрыли огромное количество заводов, фабрик и колхозов в стране, ликвидировав рабочие места и лишив целую армию трудового народа в колхозах, городах и рабочих посёлках ежедневного дохода, источника пропитания, жизни.                        

            Несколько лет назад я смотрела сюжет по телевизору. Речь шла о том, как один военный в отставке восстановил когда-то заброшенный колхоз. Он привёз бомжей из города в деревню, в которой давно никто не жил. Восстановили заброшенную пилораму, мужики начали работать, зарабатывать деньги, бросили пить.                                                                           

- Нам бы сюда баб, - просят мужики, - рассказывает организатор восстановленного хозяйства. Ну, я позже привёз женщин, тоже бомжей. Открыли ферму. Пилорама работает, коров доят. Семьи создались. Когда - то брошенная былыми жильцами, никому не нужная деревня ожила.

Таких военных стало бы больше, настоящих энтузиастов своего дела, с высокой гражданской и социальной ответственностью.                                                                                                                   

            Бывшая ткачиха вспоминает, как люди искали работу, выход из тяжёлой жизненной ситуации, в которую попали не по своей воле. Кто-то удачно нашёл работу, кто-то жил случайными заработками, а другие и вовсе запили, и потерялись в пучине этой жизни. У моей попутчицы одна дочь, которая удачно вышла замуж, чему ткачиха была бесконечно рада.                                 

- Пусть у неё сложится лучше, чем у меня, - желает она. 

Мечта родителей видеть своих детей успешными, устроенными в этой жизни, и исключительно счастливыми людьми. Герой Всеволода Санаева из фильма "Белые росы" говорит, обращаясь к солнцу: "Пошли моим детям тепла и света. Согрей их. Спасибо. Спасибо. Спасибо". Да, действительно, родители до самой смерти переживают и беспокоятся за своих детей.                                                                                           

            Прямо напротив нас была женщина, которая ехала к сыну в Хабаровск после получения химиотерапии. Сама она работала в Чите врачом много лет. Вот он, сапожник без сапог. Людей лечит, а до своего здоровья нет времени.                                                                                                                                 

- Всё времени нет, работа и работа. Дома что - то надо сделать. Времени катастрофически не хватало. В итоге операция, лучевая и химиотерапия. Её сын собирался давать присягу, который поступил в пограничный институт. Моя попутчица с огромным умилением рассказывала о сыне. Конечно, она видела в сыне будущего разведчика, достойного гражданина своей Отчизны.                                                                                                   

            Поезд мчался по рельсам нашей необъятной родины на Восток. Чем дальше ехали, тем сочнее и выше становилась трава, тем стройнее и пышнее деревья, тем гуще становился лес. Настоящая дальневосточная тайга. Вот на опушку тайги выбежала молоденькая косуля. Гордо держит голову и стремглав исчезает за высокой зеленью. Стало быть, она, сама того не зная, встретила гостей.                                                                                                                                                                                                 

            Хабаровск. Проехали по одному из уникальнейших мостов России через легендарную реку Амур, являющимся свидетелем открытия, становления и развития Дальнего Востока нашей страны. Уникальность моста заключается в том, что он "двухэтажный". На втором ярусе по автомобильной дороге туда, сюда несутся машины. Он и изображён на пятитысячной купюре нашей страны.                                                                              

- Ну, ладно. Спасибо за компанию. Счастливо Вам!                                                                                   

- И Вам счастливо!                                                                                                                                                                                             

Мы попрощались со своими попутчиками, собрались выходить.  

В Долми

            Как только поезд остановился, Баира выскочила из поезда первой. Я, конечно, с багажом вышла позже. У вагона стояла приятная женщина в очках, среднего роста, лет пятидесяти, директор школы, Мочалина Алсу Шафиковна. Родом она из Татарстана. Училась в Челябинском педагогическом институте. После окончания института Алсу Шафиковна приехала по направлению работать в эту таёжную деревню учителем физики. На посту директора школы, здания которых находятся в трёх населённых пунктах Долми, Катен и Южный, она уже на протяжении многих лет. Вышла замуж, с мужем  вырастили  и  выдали  замуж двух  дочерей. Вся жизнь связана с Долми, и далёкий таёжный посёлок стал второй родиной для Алсу Шафиковны.                 

Худощавый с волнистыми волосами мужчина в усах водрузил наш багаж в машину, и мы отъехали от вокзала. Автомобиль то поднимался, то спускался по холмам. Хабаровск расположен на обширной надпойменной террасе могучей реки Амур. Город назван в честь землепроходца Ерофея Павловича Хабарова, который совершил два похода с целью присоединения Амура к России в 1651-1653 годах. Мы должны были ехать прямо из Хабаровска до Долми. Автобусом можно было доехать до районного центра Переяславка, дальше своим ходом, а это сто двадцать четыре километ

  • 2
    2
    48

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • levr
    Лев Рыжков 05.07 в 17:50

    Прочёл. Колорит и фактология - очень интересны. И тигры, и гадюки, и шершни, и местные жители. Срез общества - тоже хороший, тут и молодёжь, и чиновники, и алкаши.

    Но стиль повествования - районная газета.

    "Коллектив школы создаёт максимально возможные условия для развития сознательного отношения к жизни детей в школе. Безусловно, очень много зависит от природных способностей учащихся и всемерной поддержки родителей".

    Я о том, что художественные произведения надо писать более образным, что ли, языком.

  • Litpotok--
    Цырегма 06.07 в 07:29

    Лев Рыжков Спасибо за отзыв. Я, наверное, как учитель пишу