Своими руками

Ирвин.

Почтительный голос стюарда сообщил ему, что «Стрела» начинает снижение, и он отключился от космосети, заставив поперхнуться бравурностью выступавшего комментатора. Сразу перестали быть интересными и спортивные, и политические, и любые другие новости Большого мира, о чем он нисколько не жалел. Он ждал этого момента. Ждал спокойно, как умеют ждать только очень старые люди, утомленные бурным и шумным течением жизненных вод. Сейчас ему захотелось тишины. Хотя какая может быть тишина в каюте транспортника, пусть даже и люкс? Но и этот рабочий шум ему осталось слышать недолго. Капитан «Стрелы» славился аккуратными и быстрыми посадками. А потом…

***

– Господин Белл, правда ли, что вы решили прервать свое многолетнее затворничество и отправляетесь в межсистемное турне?

– Мне самому это все еще кажется невероятным, но – да. Я купил свой первый в жизни космобилет.

– И какие же планеты удостоятся чести принимать у себя такого знаменитого гостя?

– Все, для которых я спроектировал хоть одно здание.

Из интервью канала «Гертия» с нуль-архитектором Ирвином Беллом.

Кевин.

Когда шеф послал меня за билетом, я почувствовал, что мир сдвинулся с места. И это не профессор Белл отправляется в путешествие, а сама галактика идет ему навстречу, радостно распахнув объятия. Это было невероятно.

Все-таки я не был так уж удивлен. Возможно, я безотчетно ждал какого-то решительного шага или резкого поворота в его и нашей общей жизни. Шефа даже старым можно было назвать с большой натяжкой. Скорее – древним. И он только казался крепким, но рука стала уже не так тверда, да и зрение подводило. А в нуль-архитектуре без этого никак. Ошибка в пиксель на экране – с той стороны нуль-портала может превратиться в метровую трещину в основании дома или километровую промашку в расположении моста.

Но все же я не думал, что возраст вынудит его выйти на Большую дорогу. Я бы вызвал регенераторов и заказал новые глаза. Но я – не он. Я не гений и тем более не древний гений. Он хочет посмотреть на свои творения, пока еще может их видеть. Что ж, отлично. Кстати, я тоже!

***

Ирвин.

Кевин.

Голова трещит так, что, кажется, еще немного и рассыплется на тысячу звонких горошин. И поскачут они радостно по углам каюты, и некому будет сопровождать моего бедного шефа на торжественную встречу с местными заправилами. Хотя почему бедного? Ему-то сейчас явно лучше, чем мне. Иногда все-таки хорошо быть трезвенником. Но надо отдать должное вчерашнему вину – пилось оно пронзительно легко. Молодцы-виноделы с этой… как ее… Геи? Геллы? Рейны? Все время путаю. Спрошу потом у шефа. Хотя не удивлюсь, если он и сам запутается. Все-таки за последний год мы их посетили не один десяток. Надо же – то годами за рабочим столом, то мотаемся, как битло-такси по космотрассам в понедельник с утра.

Кстати! Надо же вставать, посадка скоро, а шеф там один скучает. Сейчас-сейчас, господин Белл, ваш верный помощник уже на подходе.

***

Цитата из «Космовикии»:

Ирвин Белл – землянин, первый нуль-архитектор. Создал теорию нуль-проектировки строений, а затем и первый применил на практике, построив Космобашню Рейны, не выходя из своего дома. В течение нескольких десятков лет занимался нуль-архитектурой зданий и городов для различных планет Солнечной и нескольких ближайших звездных систем. После внедрения автоматического нуль-строительства остался единственным нуль-архитектором, возводившим здания вручную. Гений архитектурного искусства. Рекордсмен по количеству спроектированных и выполненных строений.

Ирвин.

Посадка была действительно мягкой. Он поблагодарил капитана и терпеливо дождался у трапа секретаря. Досталось вчера бедняге. Зато сколько новых впечатлений! Он улыбнулся, увидев напряженно, но твердо вышагивающего Кевина. И улыбнулся вновь, когда по лицу его помощника медленно растеклось удивление.

Их никто не встречал. Никаких цветов, оркестров, красных дорожек. Вообще никаких дорожек. Только зеленая трава. Огромное поле травы с убойным мятным духом. И такое же огромное небо над головой. На горизонте виднелись деревья, холмы, но ни домов, ни дорог, ни людей поблизости не наблюдалось.

– Капитан перепутал планету? Он же вроде бы не пил с нами… – Кевин с подозрением осматривался.

– Нет, мой друг, никто ничего не перепутал, планета та самая. Мой последний проект. И последний пункт нашего путешествия. …Моего, конечно же.

– Но как же… А где же… Где же ваш знаменитый город Всех начал?

Архитектор молча улыбаясь, прошел несколько шагов и, присев на корточки, сорвал травинку.

– Не может быть, – пробормотал Кевин, трезвея также пронзительно, как вчера напивался. – Мы будем жить здесь?

– Я. Я буду жить здесь, в моем «городе». А ты отправишься домой и найдешь себе нового патрона. А может, и сам им станешь.

– Я вас не оставлю! – Кевин пафосно надулся и самоотверженно вздернул подбородок.

Белл медленно поднялся, подошел к своему верному соратнику и крепко обнял его. Потом также медленно повернулся и пошел прочь от «Стрелы» – уверенно, словно входя в невидимые врата своего последнего города.