ГЕНЕРАЛ
-Ты куда?
- На отработку.
- Когда дома будешь?
- Вечером.
- Здрасьте.
- Привет, ты кто.
- Вот приговор, здесь все написано.
- А. Вот, вот. Вижу, вижу. Могу сказать, что тебе повезло. Место для твоих работ самое-самое. Все мечтают о таком. Работа не пыльная. Ходи себе, за старичками, приглядывай. Твой фронт работы – отдел социальной защиты, собес, по-старому. Твоя задача: прийти к пенсионеру, выбросить мусор, прибраться, помочь по-хозяйству, покормить едой, которую тебе выдадут, а затем сдать посуду назад в собес. Понял?
- Понял.
- Понял-то понял, но… Вот здесь распишись, здесь, здесь еще здесь. Здесь ты предупрежден, здесь тебе разъяснено. Все. Бери документы и вперед. И учти, что в случае уклонения…
- Здрасьте.
- Здравствуйте. Вы у нас откуда? А… из этих?
- Что значит из этих?
- Ну, из этих, из «добровольцев». На самые ответственные участки фронта. Вот вам ваш фронт. Ваш подопечный – генерал каких-то там танковых войск. Никто не знает о его заслугах, никто не знает о его родственниках. Но все знают о том, что он проживает на обслуживаемой нами территории, не ходячий, нуждается в постороннем уходе. И еще от себя скажу вам, весьма склочный старик. Однако вам не выбирать, и, потому, успехов.
- Спасиба.
- Здрасьте.
- Пройди сюда, в зал, я тебя не вижу. Ты кто?
- Приговором нашего любимого гуманного суда я должен провести определенное количество суток и часов во имя … А уголовно-исполнительная инспекция направила меня по этому адресу ежедневно отбывать наказание. Что здесь нужно сделать? Вынести мусор? Где ведро? Там? Пока, до завтра.
- Стоять! Где обед?
- Чего? Это ты мне?
-Тебе, ублюдок.
- Ты охуел, растение?
- Стоять, мразь, тебе сказано.
- Пошел нахуй, дурак.
- Добрый день.
- А… это ты, ублюдок, тебе объяснили, как нужно разговаривать с людьми?
- Да, дед, мне все объяснили. Знаешь, мой инспектор, очень доходчиво все объясняет. Он мне все разъяснил. Он разъяснил мне, что если мною не будут исполняться мои обязанности по уходу за тобою, то меня могут посадить. Выражаясь его словами: мне заменят назначенное наказание на более суровое. Но вот в чем беда, дед. Мне ничего не разъяснили о том, как я должен с тобою общаться, как к тебе относиться. А я тебя, тварь, ненавижу. Поэтому готовься. Мои дни и часы ухода за тобою превратятся для тебя в ад.
- Все, ублюдок? Считай, что уже напугал. А теперь подойди и протри мне жопу. Уже более суток ее не подмывали. А я, как бы ты не удивлялся, живой человек, и также сру и ссу. Набери в тазик теплой (лучше потеплее) воды и подмой меня.
- Что ты говоришь, дед? Ты любишь, когда твою жопу омывают ледяной водой? Будет исполнено! Похолоднее, говоришь, все для тебя.
- Ладно, хоть так справился. Спасибо говорить не буду. Теперь я хочу есть. Что тебе передали для меня из продовольствия?
- Так, дед. Сегодня у нас салат из свеклы, х-р-р-тьфу в него. Дед, тебе нравится мой харчёк в этом салате? Затем, щи, хоть полощи, полоскать ничего не буду, но х-р-р-тьфу и в них – это вместо сметаны. Наш ресторан на горячее предлагает вам… Хотя нет, это я и сам сожрать могу. Гарнир – капуста тушеная (какая мерзость, это ты точно жрать не будешь, туда и харкать-то не надо).
- Ты накормишь меня, или так и будешь клоуна показывать?
- И ты будешь это жрать?
- А как ты хотел, ублюдок, у меня нет выбора.
- Итак, дед. Жопа у тебя подмыта, ты накормлен, в квартире у тебя чистенько. Значит, все указания моего инспектора я выполнил. Тебе понравилось наше сегодняшнее общение? Уверяю, теперь так будет всегда. Тем более, как сказал инспектор, твои жалобы ему до… одного места, поскольку ты «склочный старик». И это его слова. До завтра.
- Это ты, ублюдок?
- Привет, привет, старый пидарас. Соскучился?
- Жопу помой.
- Сейчас, сейчас. А знаешь, что я купил по дороге к тебе? Ты не угадаешь. Это мешочки для заморозки льда. И теперь твою обосранную жопку я буду протирать льдом. Это придает упругость коже. Уверен, тебе понравится.
- Давай уже быстрей, кожу стянуло. Вчера сразу после твоего ухода обосрался. Капуста была, действительно, отвратительна. Ты, видимо, спец по таким делам.
- Не торопись, дед. Все помоем, все отмоем. Только сейчас схожу, покурю. Да, кстати, где у тебя чайник? Чайку еще попью, а потом и жопку тебе помоем.
- Ну и тварь-же ты. Чайник на кухне в ящике под раковиной.
…………..
- Итак, дед. Жопа помыта, ты покормлен, в квартире у тебя беспорядка нет. Ты счастлив? Я да. Утри слезы, старик. Вот я не плачу, и тебе не советую. До завтра. Завтра будет еще веселее.
- Соскучился? Это опять я. Пришел окружить тебя своею заботой. Соскучился? По глазам вижу, что да.
- …
- Вижу, дед, ты не горишь желанием общаться со мною. А я и не настаиваю. Пойду на кухню, покурю, чайку попью. Ну, а ты, если чего кричи, или мычи.
…………………..
- Чего это там у тебя жужжит?
- Это танки, старик, но тебе не понять.
- Чего, чего?
- Дед, это игра такая на телефоне, но тебе, дураку старому это не понять, я тебе уже говорил.
- Подойди сюда, придурок, покажи, что ты там делаешь.
- Ты дебил, старик? Я подойду к тебе только для того, чтобы свой старый телефон с этой убогой игрушкой разбить тебе о голову.
- Подходи, не ссы. Это твой танк? Ты по этой территории катаешься, воюешь? Действительно, ты долбоёб. Ты можешь пушку поменять?
- Дед. Я подошел к тебе, чтобы разбить свой старый телефон о твою безмозглую голову. Про какую пушку ты говоришь? Зачем? У меня там оставалось немного монет на черный день. А что, действительно лучше пушку поменять?
- Слушай, что я тебе говорю. Меняй и бери вот это, теперь двигайся сюда, так, так, сюда, теперь вот так!!! Ты видишь? Вот так вот! Мы их всегда так делали.
- Охренеть. Дед, откуда ты знаешь, что так нужно было? Игровой что-ли, в танчики рубишься?
- А ты что знаешь обо мне, ублюдок?
- Мне сказали, что там какой-то генерал каких-то танковых войск, но никто ничего толком и не знает. И это, старик… давай больше ты не будешь называть меня ублюдком. Мне, знаешь-ли, не приятно.
- А и ты не будешь называть меня старым пидарасом.
- По-рукам.
- Старик, старик, дед! Генерал!!!
- Привет. Чего хотел. Когда в дом заходят, сперва здороваются.
- Генерал. Точно, генерал!!! Вчера мы так прокачали мой танчик, что сегодня на него нашелся покупатель. И я продал его, продал, генерал! А ты можешь еще мне помочь? Думаю, тебе и самому будет интересно.
- Сначала помоем жопу, и, потом, я проголодался. Помоги мне принять пищу. А в чем мой интерес?
- Наверное, тебе и самому будет интересно поиграть в танковые бои.
- Угадал, чертяка. Давай.
- Генерал. Я хочу купить новый телефон, этот такой старый. Ты сам вчера на него ругался. Давай я завтра с утра приду к тебе, и начнем.
………………
- Генерал! Жопку мы уже помыли, чайку с вашими любимыми творожными печеньками попили. Генерал, опять в бой! Посмотрите, прошло немного времени, и мы уже самые-самые в этой игре. Ваш опыт, он бесценен!
- Генерал! Я продал все наши танки, которые мы с вами прокачали, и купил вам небольшой подарок! Генерал, это Ваш ноутбук. Я здесь все установил, вы можете сами гонять на танках по любым территориям. Но, я надеюсь, мы останемся союзниками? Такого врага я не желаю иметь.
- Не ссы.
- Генерал, мы с вами много уже обсуждали, но, скажите мне как танкист танкисту. Как вы относитесь к танкам стран Варшавского договора, вторгнувшимся в Прагу? Интересно ваше мнение.
- Что тебе об этом сказать… Я был в одном из этих танков.
- Как, генерал? Вы гусеницами своих танков меняли другую (не вашу) страну?
- А как ты гусеницами своих танков меняешь ландшафты других полей, территории других стран?
- ???
- Мы тобою только что разгромили фашистскую германию, а затем и америку. Мы с тобою вдвоем уничтожили более сотни танков противника. А сколько человек находится в одном танке? Сколько человек мы с тобою, вдвоем, сожгли, уничтожили? Подсчитай!
- Генерал, но это-же игра! Мы просто играли!!!
- Это неправильное отношение. Мы с тобою не играли. Мы жили этой войной. Сколько раз ты прокусывал свою нижнюю губу до крови во-время этой «игры»? Сколько раз во-время этой игры у тебя зашкаливал пульс? Ты считаешь, что ты просто играл? Ты не воевал? Ты не уничтожал противника? Ты считаешь, что это все понарошку? Что тобой двигало, когда ты играл в эту игру? Просто азарт, жажда риска, ну, и, чувство безответственности (тебе за это ничего не будет).
- ???
- А я тогда, в 1968 году воспринимал все это по-настоящему. Мои родители прошли войну. От них я знал, какое зло может наступить, если поступить иначе. Более того, я военный, я обязан исполнять приказ. Я руководствовался своими внутренними убеждениями, привитыми мне родителями и Родиной. А ты? Азартом и риском? Ты сам не хочешь сказать себе, что ты такой-же, как и я убийца? Ты боишься этого слова! Только мотивы твои более низки.
- Генерал, вы опять?
- Чего.
- Вы опять пытаетесь унизить меня?
- Нет. Это неправильное рассуждение. Давай поступим так. Сегодня мы расстанемся (а то не дай Бог поругаемся), а завтра я жду тебя, желательно, не с пустыми руками, а с печеньем, и под утренний чай мы с тобой договорим то, чего сегодня не договорили.
- Принимается, генерал.
- Мой генерал. Приподнимаем жопку и готовимся обмыть ее. А затем, пить чай. Генерал, я купил ваш любимые творожные печеньки и, конечно-же ириски для ваших сокрушительных десен. Генерал, не обижайтесь, полно-те вам, это я для себя.
Генерал, что с вами. Почему судно посередь комнаты? Генерал, вы опять воевали с капиталистами?
Генерал не отвечал. Он лежал по центру кровати, прямой, как стрела, его руки были вытянуты вдоль тела.
- Алло. Скорая. Тут человеку плохо. Улица Ленина…
Генерал ушел.
Похороны.
Я был очень удивлен, когда увидел, что у генерала было так много родственников, близких родственников, друзей, боевых товарищей, и прочей бесполезной шелупони.
Ко мне подошла одна из таких (из ее сумки торчал знакомый ноутбук), долго плакала о своей любви, спрашивала о его последних днях. Я ничего ей не отвечал, потому что понимал, что не получу от нее ответа на один лишь вопрос: а где ты была вчера.
Прошло несколько дней.
Эти дни я помню смутно: алкоголь, героин и прочие гадости.
Я не был на отметке.
Я опять рискую попасть. Наверное, я поеду отсюда.
Куда?
Туда?
Ну, значит туда.