Мамка

Бухала. С утра по подъездам и с прочими.
Лечилась. В спирали крутилась, короче, и...
Она была матерью... Что же — простить, понять.
Сынок меж соседей. Сыночку примерно пять.
Худой и с глазами просящими — мамкиин сын!
Сандалики сжались — пока походи босым.
Сегодня покушал у бабушки... 
А, вчера?
Иди, полежи-ка с мамулей. 
Поспи. 
Пора...

И снились мальчонке ночами плохие сны —
в них он по дорожкам бежал и бежал лесным.
Но выхода нет, что-то станет сегодня с ним —
темнеет... чернеет, а он как и был — один.
Нет разницы больше, слились воедино сны.
Он выбежал где-то в районе сплошной весны.
Подсолнухи, маки и так хорошо босым...
Устал? 
Посиди, отдохни — 
это выход, 
сын!

Как плакала мамка, как в горе лила вино!
И девять, и сорок и дальше — уже давно.
Но слезы усохнут — бог дал, бог оставил след...
Давай за сыночка, печально сказал сосед.