Памяти академика Страчунского Л.С., моего учителя.
Альтаир – одна из самых близких к нам звезд и одна из ярчайших на небосклоне. Двенадцатая по счету. Альтаир вращается так быстро, что скорость вращения сплющила звезду с обоих полюсов. Период полного оборота у Альтаир равен всего лишь 10,4 часа. А наше светило делает оборот вокруг своей оси за 25 часов. Это притом, что Солнце в 2,2 раза меньше. «Ну и что? - скажете вы - Нам лишь бы светило и грело. А как оно вращается вокруг своей оси… Это его проблемы». Однако скорость вращения звезды определяет скорость протекания кармических процессов в ее планетарной системе. На планетах в системе Альтаир следствие немедленно следует за причиной. Только кто-то обманул, как тут же обманули его. Только кто-то ударил, как тут же получил сдачу. А уж если убил... Там нет проблемы воспитания детей. Жизнь сама учит ребенка. Здесь, на Земле, причинно-следственные отношения растянуты во времени, иногда на многие десятилетия. Наказание не следует за преступлением немедленно. Создается иллюзия безнаказанности зла. Работать в таких условиях ангелу-хранителю очень тяжело. Я – ангел. Я занимаюсь духовным воспитанием отдельной личности, так сказать работаю по индивидуальной программе. Работа не из легких, поверьте мне. Я начал опекать Машу задолго до ее рождения. Это я организовал встречу ее будущего отца с ее будущей матерью. Маша родилась 29 апреля 1958 года в станице Красноречковской, расположенной на берегу Красной речки в районе Главного Кавказского Хребта, на самом юге России. Кавказ красив. Но каньон, по которому протекает эта речка, прекрасен особенно. Зажатая между скал, она злится, бурлит, пенится и плюется фонтанами брызг. В ущелье всегда прохладно и сыро. Здесь в изобилии растут реликтовые самшиты, источающие дурманяший запах. Могучие буки и грабы используют расщелины между скал, как плацдарм, для своего неудержимого роста. Все это вперемешку с елями и соснами, кустарниками и камнями, а также гигантскими папоротниками, образует замысловатый и неповторимый пейзаж. Ближе к воде сами скалы, а также огромные валуны, когда-то отколовшиеся от них, покрывают в вечном поцелуе плоские чешуйчатые лишайники, серые, чуть с перламутровым отливом, а темно-зеленые мхи свешиваются с веток причудливыми гирляндами и сосульками. Сама станица расположена ниже по течению реки, в долине. Она совсем небольшая. Ее жители занимаются выращиванием яблок, а местные сорта отличаются приятным вкусом и ароматом. В станице есть школа, фельшерский пункт, почта и клуб с библиотекой. Мать Маши Ксения работала на почте. Ей было уже 28 лет и она все еще была не замужем. Отцу Маши Аркадию Ивановичу Бледнолицеву в ту пору было 39 лет. Он жил в городе, Краевом центре, работал почтовым служащим и должен был приехать в Красноречковскую с инспекционной проверкой. Не скрою, это я организовал эту проверку. Он был женат, имел двоих детей. Дети подросли и отдалились, у них появились свои интересы. С женой отношения последнее время ухудшились. В общем Аркадий Иванович переживал так называемый кризис среднего возраста. Была середина августа, стояла немыслимая жара, в командировку ехать не хотелось. Накануне Аркадий Иванович в очередной раз поссорился с женой. Не скрою, я слегка спровоцировал эту ссору. Впрочем ничего экстраординарного делать не пришлось. Ссора была особенно неприятна для Аркадия Ивановича потому, что не имела видимой причины, по крайней мере он никак не мог вспомнить из-за чего она началась. Аркадий Иванович физически ощущал раздражение, которое он вызывал у собственной жены, и когда он сказал, что уезжает в командировку, она ответила «Слава богу, хоть пару дней от тебя отдохну». В автобусе было очень душно. Он пытался читать газету, но у него это не получалось. За окном проплывали пшеничные поля. Пшеница была уже скошена и убрана. И так сотни километров. Однообразный пейзаж. Однообразная жизнь. Как только автобус поднялся в горы все резко изменилось. Стало прохладней и приятней дышать. Пейзаж за окном напоминал декорации фильма, а не реальность, так все было неестественно красиво. Аркадий Иванович попал в другой мир. Дорога петляла между горами, покрытыми лесом. Внезапно горы расступились и открылась долина, на которой уютно расположились станица, окруженная яблоневыми садами. Упоительный аромат яблок врывался в ноздри вместе с ветром, дующим в открытые окна автобуса. Ранние сорта уже созрели и шла уборка урожая. Яблоки укладывали в ящики, которые ставили один на другой вдоль дороги. Ксения встретила его на автобусной остановке очень приветливо, даже слегка подобострастно. Начальник приехал. Она была сообразительной и добросовестной работницей, документация была в порядке. Они закончили работу за несколько часов. И тут выяснилось, что в станице нет гостиницы. Ксения, смущаясь, предложила свой дом. Баба Нюра, мать Ксении, встретила гостя очень радушно. Был накрыт стол, в глиняной миске подан горячий отварной картофель, посыпанный укропом, толченым чесноком и приправленный сливочным маслом, а также соленые огурчики, тонко нарезанные ломтики сала и неизменная водочка в стеклянном графине. На десерт баба Нюра подала только что испеченные блинчики со сметаной и наливку из яблок. Баба Нюра была большая мастерица по части кулинарии. Но яблочная наливка была ее фирменным угощением. После ужина Аркадий Иванович захотел посмотреть местные достопримечательности. Ксения охотно согласилась его сопровождать и предложила показать ущелье. Она переоделась в спортивный трикотажный костюм и кеды. Ксения была хорошо сложена. Она привыкшая к длительным пешеходным переходам, легко прыгала по камням. Аркадий Иванович отставал, иронизировал над собой и делал Ксении комплименты, которых она никогда раньше не слышала. Каньон ошеломил Аркадия Ивановича. Его первозданная мистическая красота лишала рассудка, запах реликтовых самшитов пьянил, кружил голову. А что сделал я? Мгновенно превратившись в очаровательного златокудрого амура я выпустил и в нее и в него эфирные стрелы любви. Стрелы всегда попадают в цель и действуют безотказно. А утром он уехал. Маша родилась, когда солнце находилось в зодиакальном знаке Тельца, а яблоневые сады вокруг станицы были в цвету. ***** Здесь, на юге России, в степях, никогда не было рабства. С древнейших времен нравы народов, занимающихся скотоводством, резко отличались от психологии народов, занимающихся земледелием. Скифы постоянно мигрировали со своими стадами с одного пастбища на другое, они не были привязаны к земле, они не строили оборонительных сооружений. Скорость перемещения в пространстве была их основным козырем в борьбе за выживание, их смыслом и целью жизни. Они были очень мобильны. В случае военных конфликтов с соседями они не брали пленных, они их просто убивали. Рабы не были им нужны, они ограничивали их подвижность. Но самых смелых и отважных врагов они женили на своих дочерях и делали равными себе. Они ценили военную доблесть. Скифы вихрем носились по бескрайним степям юга России. Великолепные наездники, бесстрашные воины, опытные животноводы, они оставили после себя курганы, в которых хоронили своих вождей, помещая рядом с ними оружие и прекрасные ювелирные украшения из золота. Они оставили после себя дух свободы и скорости. Дух, который продолжает витать над этой землей. Дух, который впитали в себя и передали по наследству своим потомкам другие народы, которым посчастливилось жить на этой земле. А северней, там, где Россия была покрыта бескрайними лесами, славяне с колоссальным трудом рубили вековые деревья, выкорчевывали огромные пни и расчищали землю для возделывания. Каторжный труд. Затем каждый год землю нужно было пахать, а потом собирать урожай. Для выполнения этой работы требовались рабы и они появились под названием крепостных крестьян. Рабы не любили и не могли любить ни землю, на которой они работали, ни окружающий лес, у которого нужно было эту землю отвоевать. Эта фаза развития была присуща всем земледельческим странам. Позор России в том, что она затянулась так неоправданно долго. Люди рождались и умирали рабами. Рабская психология в течение столетий витала над страной, пропитывала сознание, фиксировалась в генах и передавалась по наследству из поколения в поколение. Рабы и рабовладельцы периодически менялись местами, вспыхивали крестьянские бунты, восстания и революции, кто был никем, становился всем, одна форма рабства сменяла другую – рабство страха, рабство денег. И мало кто из россиян следовал совету своего гениального писателя «по капле выдавливать из себя раба» А в это время во Франции в среде французской аристократии возникла очень оригинальная доселе никогда на планете не существовавшая идея преднамеренной идеализации сельской жизни. Идея оформилась в виде направления в искусстве под названием пастораль. С чисто галльским изяществом художники стали изображать на фоне природы - деревьев и зеленой травы - пастушек, т.е обыкновенных крестьянок в красивых одеждах, непременно с букетом цветов в руках и венком на голове и пастухов с дудочной. Пастушки были очень хороши – тонкая талия затянута в корсаж со шнуровкой. Шнуровка небрежно и как бы невзначай развязалась на груди, обнажая ее довольно откровенно, ножка в изящном башмачке была видна из-под кружевной юбки. Умелые ткачихи ткали пасторальные сюжеты на гобеленах. Из тончайшего фарфора искуснейшие мастера изготавливали изящные статуэтки, изображающие очаровательные сцены: то пастушок стоит перед пастушкой на коленях и играет на дудочке, то она дарит ему венок, то он дарит ей букет, то они уже обнимаются, а симпатичная козочка смотрит на них с умилением. Музыканты создавали пасторальную музыку, в театрах ставили оперы, в которых главными героями были пастухи и пастушки. Возникла и распространилась своеобразная мода. В аристократических салонах Парижа знатные дамы и благородные кавалеры наряжались пастушками и пастухами и разыгрывали пасторальные сценки. Мода быстро распространилась на другие столицы Европы. Будущие искусствоведы скажут – это было совершенно неправдоподобное, вычурное искусство, оторванное от реальной жизни. Но именно в этом и была его прелесть. Идеи правят миром. Множество людей различных профессий вложили свой талант, трудолюбие, выдумку и мастерство в одну идею – идеализацию крестьянского труда. Каков итог? Европа сыта, Сельский труд максимально механизирован. Вы скажете - Но ведь прошло 300 лет. А я вас спрошу – разве это много? Были ли другие прецеденты? Да, были. И это была Америка. За идею идеализации сельского труда взялся Голливуд. И возник он, Ковбой, герой вестерна. Прекрасный наездник, меткий стрелок, хозяин ситуации. Он смел, немного циничен, очень динамичен и всегда побеждает. Берегитесь индейцы, бандиты и несправедливые шерифы. Он все время в седле, все время в погоне, все время стреляет и всегда попадает, иногда пьет виски в таверне. Непонятно, когда же он доит коров? Но это и неважно. Над его образом работали сценаристы, режиссеры, дизайнеры, специалисты по костюмам, макияжу и спецэффектам. Тратились очень немалые деньги. Деньги оправдали себя. Весь мир с замиранием сердца смотрел на экраны кинотеатров, восхищаясь американским кумиром. Его профессиональная одежда – джинсы - завоевывала планету в качестве самой популярной и функциональной. В престижных магазинах Америки стали продавать по очень недешевой цене джинсы, в которых ездили ковбои, джинсы, которые впитали в себя запах лошади и запах пота, капельки мочи и спермы настоящего мужчины. И респектабельные американцы покупали этот секонд хэнд, чтобы быть похожим на него, на Ковбоя. Америка обожает своего кормильца и Америка была сыта. Даже чересчур. А что Россия? Все решает продовольственные проблемы. И никакие царские указы, реформы императора, решения съезда народных депутатов, постановления партии и правительства, законы, принимаемые Думой, никакие предвыборные программы различных кандидатов от различных партий не смогут изменить ситуацию, пока в трудовой книжке животновода в графе профессия написано «Скотник». Это слово режет ваш слух, дорогой читатель? Не правда ли ковбой звучит привлекательней? А когда одна учительница говорит другой «Ну что ты оделась как колхозница» то здесь вы не услышите пасторальные мотивы, не так ли? Если русская интеллигенция не испытывает ни любви, ни благодарности к людям, которые ее кормят, то пусть не жалуется на гастриты, холециститы, запоры и свою духовную импотенцию. Ну не повезло россиянам с интеллигенцией. А с чем повезло? Можно сказать с православной церковью. В отличии от католической никакой тебе инквизиции. Никакой охоты на ведьм. Никаких индульгенций. Никаких крестовых походов. Ну подумаешь предали анафеме гениального русского писателя. Ну и что с ним стало? Дожил до глубокой старости. Его имидж в глазах прогрессивной мировой общественности того времени только вырос. Сейчас бы сказали сделали ему пиар.
***** Здесь, на юге России, никогда не было рабства. В 1792 году на эту землю по указу императрицы Екатерины Великой были переселены запорожские казаки. Это был насильственный акт. Депортация целого народа. Им и в Запорожской Сечи неплохо жилось. Они оказались в голой степи. Под пулями умелых стрелков. С детьми и женщинами, которые рожали в повозках. Много лет спустя Сталин повторит этот опыт с другими народами - чеченцами и крымскими татарами. Он не будет издавать указы, сделает это тайно, в свойственной ему манере и на веки вечные вызовет к себе ненависть репрессированных народов. Екатерина Великая поступила по другому. Она издала указ. В своем указе она решила сделать казакам подарок. С царской щедростью она подарила то, что ей не принадлежало - эту землю. Эту землю, которую еще только предстояло отвоевать и отстоять в длительных и кровопролитных боях у опытного противника. Позже ее именем назовут южную столицу и установят ей памятник. Вот что значит женский ум и правильное оформление документации. Впрочем я отвлекся. Казаки носили широкие штаны - шаровары, брили головы, оставляя на макушке смешной и нелепый чуб – оселедец. Они говорили на диалекте, мешая русские и украинские слова, произнося звук «г» слегка с придыханием, «гутарили». Им удалось достичь того, что так редко и так не надолго удается достичь на планете Земля – гармонии. У них не было частной собственности на землю. Земля принадлежала куреню. Они не понимали как ее можно продавать или покупать? Они просто любили ее. Да и как ее было не любить? Самая лучшая в мире земля. Самая плодородная. Пройдут годы и кубанский чернозем будет занесен в книгу рекордов Гиннеса, как имеющий самый толстый слой химуса. Тогда здесь не было зловредного сорняка с ангельским названием амброзия. Казаки получали прекрасные урожаи. Их пшеница на Нижегородской ярмарке была самой лучшей и самой дорогой. Их шорники мастерили очень удобные казацкие седла. Они не носили шпор, которыми так гордились гусары и так эффектно бряцали ими на балах, вызывая восторг у дам. Казак относился к лошади как к лучшему другу. Ему было достаточно шепнуть на ухо кобыле «Не подведи, милая» и она неслась в бой, навстречу гибели, преодолев страх смерти и животный инстинкт самосохранения, испытывая единственное желание – угодить своему седоку. Во время Отечественной войны 1812 года казаки проявили чудеса героизма и военного искусства. Непобедимый дух скифов вселился и ожил в них. Их физическая сила была фантастической, а искусство владения оружием виртуозным. Они умели трансформировать кинетическую силу скачущей лошади в механическую силу удара сабли. Одним ударом на скаку они рассекали человека пополам. Они действовали небольшими отрядами. У них не было жесткой дисциплины, как в регулярной армии. Приказы выполняли творчески. Инициатива поддерживалась. Ответственные решения принимались коллективно, после обсуждения. Одобрение выражали коротким словом «Любо». Передвигались совершенно бесшумно, обвязав копыта лошадей тряпками, и внезапно появлялись там, где противник их никак не ожидал. Царское командование поручало им самые ответственные и рискованные задания. Они могли взять в плен самого Наполеона. И они увидели его, неказистого человека маленького роста. «Шо це и есть Наполеон? Не гарный». Они решили, что ошиблись. Не может Наполеон быть таким плюгавеньким и взяли в плен красавца-адъютанта. Когда в России было царское самодержавие и крепостное право, здесь, на юге, было местное самоуправление. Казаки выбирали атамана путем прямого голосования на альтернативной основе. В воскресный день они шли в церковь помолиться и попросить у бога помощи в принятии правильного решения. Каждому казаку старейшины в руку вкладывали камешек. Два претендента стояли у входа в церковь. На земле перед каждым кандидатом лежала папаха. Выйдя из церкви казак бросал камешек в папаху одного из претендентов. Избирательная комиссия в составе старейшин подсчитывала камешки. Выигрывал тот, кто набирал простое большинство голосов. Женщины не имели права голоса. Казаки объясняли эту дискриминацию просто: «Жинка выберет не того, что умны, а того, кто гарны». Казачки не отрицали, да они таковы. Чувствительны к мужской красоте и объективными быть не могут. За избирательные права они не боролись. Здесь не было тюрем, потому что практически не было преступности. Если казак совершал преступление, то его выгоняли из куреня. Отнимали оружие и отпускали на все четыре стороны со словами: «Господь тебе судья». И не было наказания страшнее. Казаки повернули русло самой большой реки, протекающей в этих краях, Кубани. Тогда она впадала в Черное море. Они прорыли ей новое русло в Азовское. Это уменьшило весенние разливы Кубани и вызванные разливами наводнения. Все было выполнено исключительно технично, соблюдая принцип разумной достаточности. В отличии от их будущих потомков, которые заболеют гигантоманией. «Як так и було» - сказали они, когда работа была сделана. В те времена, в России, если мужчина бросал взгляд на девушку, то ей полагалось зардеться румянцем и скромно потупить взор. Не таковы были казачки. Дерзкие и острые на язык. Мужчин оценивали критически и критерием оценки являлась лихость. Лихой казак имел шанс понравиться. Национальный русский костюм казачек не устраивал. Длинный прямой льняной сарафан срывал красоту фигуры. Их мастерицы-дизайнеры создали свой костюм под девизом «Дывитесь, як гарно!». Он состоял из кофточки, сшитой из бархата или плотного шелка, с облегающим лифом, подчеркнутой талией и небольшой баской. Юбка была не слишком длинной. Когда казачка кружилась в танце, то юбка разлеталась колоколом, обнажая нижнюю юбку, полотняную с кружевами. Эта нижняя юбка была очень короткой, выше колен, так что казаки могли любоваться обнаженными стройными ногами казачек. Возможно еще и поэтому они обожали устраивать народные гулянья. Одержав убедительные победы над турками и местными племенам и укрепив свои рубежи, казаки поделили земли вдоль реки Кубань, где река стала естественной преградой и границей с черкесами. Они не навязывали местным жителям ни своей религии, ни своего языка. Но к чужой культуре относились с интересом, быть может несколько прагматическим. А почему бы нет? Казаки переняли у горцев их головной убор папаху и их верхнюю одежду бурку. Зимой бурка согревала, как шуба, в дождь выполняла роль плаща. Во время боя не ограничивала движений. Могла играть роль щита, так как она не плотно прилегала и телу и тем самым амортизировала удар. В ее густой шерсти иногда застревали даже пули на излете. Во время сна на голой земле бурка служила казаку и матрацем и одеялом. Они перестали брить головы и стало видно, что у них густые черные волосы. Но усы они носили всегда. Красивый народ. Очень красивый. Внутри огромного имперского государства рабов они умудрились создать свое самобытное мини-государство, основанное на других принципах – свободы, коллективной собственности на землю и самоуправлении. Они не писали книг о гармоничном устройстве общества, не вели философских диспутов о путях построения такого общества, не изучали опыт других народов в историческом аспекте. Они были практики. Они просто сделали это. Они смогли. И они были счастливы. Они пели «Любо, братцы, любо, любо, братцы, жить» Их уникальное государство в государстве просуществовало 125 лет и было смыто потоками крови. Первая мировая война. Революция. Гражданская война. Голод. Сталинские репрессии. Отечественная война. Снова сталинские репрессии. Слишком много крови. Слишком много.
***** Маша росла здоровой девочкой. Болела мало. В основном детскими инфекционными заболеваниями в легкой форм. Только два раза ее жизни угрожала опасность, которая потребовала моего вмешательства. Один раз соседские мальчишки Миша и Гриша. прыгали через костер и Маша в возрасте 5-ти лет, пытаясь не отстать от них, тоже прыгнула. Я подхватил ее своими астральными руками и перенес через костер. Ее коротенькая юбочка загорелась. Дети закричали. На их крики прибежал Петр, отец мальчиков. Рукавом куртки оп быстро сбил пламя, затем стащил с Маши тлеющую юбку и трусики и побил ее по голой попке. Его жалостливая жена Екатерина причитала: «Изверг, сиротку избивает». Однако Петр цыкнул на нее «Молчи женщина, не мешай воспитательному процессу». Затем воспитательный процесс был перенесен на Мишу и Гришу, причем Мише досталось больше всех, так как он старший и должен думать о младших, тем более девочках. Второй раз в возрасте 14-ти лет Маша упала с лошади. В станице Красноречковской была небольшая конюшня. Миша и Гриша помогали колхозному конюху ухаживать за лошадьми, купали их в Красной речке, убирали конюшню. За это им разрешалось скакать, сколько душе угодно и мальчишки вихрем носились по станице, вызывая ужас у матери и гордость у отца. Петр, сам хороший наездник, обучил Машу держаться в седле и правильно падать. Маша оказалась способной ученицей. А Миша с Гришей тем временем начали осваивать элементы джигитовки. Маше старалась от них не отставать, ее снова подвел инстинкт подражательства. Она прыгнула с лошади, ее ногу заклинило в стремени и лошадь потащила ее по земле. Я, Ангел, слегка растянул время и вызвал в ее памяти слова Петра: «Если упадешь с лошади не паникуй и не тяни ногу на себя. Наоборот пропихни ее в стремя, разогни в голеностопе, вытяни носочек и только после этого вынимай из стремени. И сразу же пяткой отталкивайся от брюха лошади и резко откатывайся в сторону, чтобы лошадь не наступила на тебя задними копытами». Маша выполнила все правильно. Умница. Других поводов волноваться за ее жизнь в ту пору у меня не было. До 14 лет было даже как-то немного скучно. Не то, что с Василием.
***** Василий был мой предыдущий опекаемый. Я очень волновался, что не смогу наладить с ним должный контакт. Нам, Ангелам, легко удается установить контакт с религиозными людьми, потому что когда они обращаются к богу и просят «Господи помоги, господи научи». Помощь им оказываем именно мы, представители светлых сил. Советский Союз после Октябрьской революции представлял собой уникальное дьявольское государство, имеющее своей официальной идеологией безбожие. Доселе на планете таких государств не существовало. Работать в таких условиях нам, Ангелам, было чрезвычайно тяжело. Василий, как и все его ровесники, воспитывался в атеистической среде и не верил в бога. Ему предстояло стать военным летчиком и воевать в самой жестокой и кровавой войне всех времен и народов. Одна из моих основных задач, как Ангела-хранителя, это защита и охрана своего подопечного на физическом плане и выполнить эту задачу без контакта с ним практически невозможно. Я был приятно удивлен и не перестаю удивляться до сих пор той степени понимания и духовной близости, которая установилась у нас с Василием. Он был очень интуитивен и чувствителен и ощущал мое присутствие как помощь, поддержку, как свою удачу и счастливую судьбу. Слушайте свою интуицию, господа. Это голос вашего ангела. Василий был отчаянно смелым человеком. Мы, Ангелы, очень любим таких. (да что же их не любит?), хотя они и создают нам массу проблем. Мы (Василий, я и его истребитель) составляли единое целое. При таком контакте возможны совершенно невозможные вещи. Василий в нужный момент на долю секунды закрывал глаза и свет прожектора не мог его ослепить, он вовремя поворачивал голову в ту сторону, откуда ему грозила опасность. Василий относился к самолету, как его предки-казаки к лошадям. Любил, понимал и чувствовал. Он совершил божественный мистический акт, который я называю одухотворением материи. Я не могу найти других адекватных слов в русском языке, да и в других земных языках тоже. Он вложил свою душу в самолет и самолет ожил. Только благодаря столь тесной связи с Василием я, астральное существо, смог испытывать чисто физические чувства - вибрации самолета, холод ветра, дующего в лицо, перегрузки, свинцовой тяжестью наваливающихся на тело, когда становится невероятно трудно поднять собственную руку и ни с чем не сравнимое упоительное чувство потери собственного веса, когда Василий на короткое время отпускал самолет в свободное падение. Мы исполняли волшебный фантастический по красоте воздушный танец. В голове у нас звучала божественная музыка небесных сфер, а звезды были безмолвными свидетелями этого действа. Мы упивались скоростью и победой. Нам всегда хватало горючего, даже если мы находились в воздухе намного больше расчетного времени. У нас исправно работал двигатель. Пули отскакивали от обшивки самолета. Я отмахивался от них своими астральными руками и крыльями как от назойливых мух. Василий прирожденный лидер, в 27 лет в звании полковника ВВС уже командовал эскадрильей и обладал особым чутьем, когда нужно бросится на выручку свом ребятам. Многие были обязаны ему жизнью. Василий внушал мистический ужас своим врагам. В штабе противника разрабатывались специальные планы по его уничтожению. Василий знал, что на него ведется планомерная охота. Наше руководство периодически информировало его о содержании перехваченных радиограмм и просило быть осторожней. Однако ему нравилось дразнить своих противников. Он откровенно демонстрировал свою уязвимость, когда слишком далеко отрывался от своей эскадрильи, играя роль подсадной утки. Немецкие пилоты бросались на него, пытаясь окружить со всех сторон. Однажды им удалось это сделать. И тут Василий уходит в резкое пике, черная земля стремительно приближается к нам, кажется, что сейчас мы в нее врежемся носом, но в самый последний момент мы взмываем вверх и уходим от погони. Гоняясь за Василием, немцы теряют инициативу и проигрывают воздушный бой. В другой раз, когда он снова позволил им себя окружить, немецкие летчики резко сбросили высоту, ожидая, что Василий снова уйдет в пике и тут они его подкараулят, однако он, как ракета, взмыл вертикально вверх. Он был непредсказуем. Он всегда импровизировал. Он выполнял в небе акробатические трюки – сальто и пируэты. Мне было очень обидно, что у нас не было зрителей. Никто не видел этого великолепного авиа-шоу, никто не задирал вверх головы. Никто не восхищался, не рукоплескал. Никто не снимал на видеокамеру. Впрочем, нет. Однажды военный немецкий кинооператор получил специальное задание штаба ВВС Германии –зафиксировать на пленку полет Василия, чтобы затем изучить секреты его мастерства. Оператор находился в немецком истребителе, который в тот день не принимал участия в боевых действиях, а только занимался киносъемкой. В тот день Василий был в особом ударе. Подсознательно он почувствовал себя кинозвездой, и эта роль ему откровенно нравилась. Отсняли километры кинопленки. Пленка была доставлена в штаб немецких ВВС, где эксперты занялись ее тщательным изучением. И тут обнаружилось, что самолет Василия способен развить скорость, которая намного превышает максимально доступную для машин этого класса, даже с учетом попутного ветра, а в нескольких эпизодах, о ужас, превышает скорость звука. Его «ЯК-9» меняет направление под углом, под которым такой летательный аппарат направление менять не может. Его самолет зафиксирован на высоте, на которую машины этого класса подняться не могут. Периодически его истребитель исчезал из поля зрения кинокамеры, как бы становился невидимым, а потом вновь появлялся совершенно в другом месте, в котором он, не нарушая законы земного притяжения, появится не мог. Мнения экспертов разделились. Одни считали, что хотя внешне Василий летает на обыкновенном советском девятом «Яке», на самом деле – это экспериментальная модель с совершенно новыми возможностями и летными характеристиками, а обычный внешний вид специально задуман коварными русскими для обмана противника. Тут возникал другой вопрос, как летчик может переносить перегрузки в 10 раз превышающие ускорение свободного падения? По расчетам получалось именно так. Однако другие эксперты полагали, что никакой суперсовременный летательный аппарат не способен выделывать в небе такие штуки, так как это противоречит фундаментальным законам физики, а посему с позиций материализма объяснить такое невозможно и что Василию явно помогает какая-то мистическая сила. Консенсус достигнут не был и оба заключения легли на стол генерального штаба ВВС 3-его рейха. И вся эта информация под грифом «Совершенно секретно», а также сама кинопленка, были положены в сейф. Ни один из вариантов не годился ни для совершенствования приемов и навыков летного мастерства, ни для целей поднятия боевого духа немецких летчиков, ни для дальнейшей разработки планов уничтожения Василия. Во время полетов сквозь грохот и невероятные помехи мы часто слышали в наушники крики руководителя полетов Филлипыча «Ты что вытворяешь, сукин ты сын. Вот ты у меня вернешься на базу». В ответ Василий кричал в микрофон «Я ничего не слышу. Вас не слышно». Никто не хотел огорчать Филлипыча, одного из первых русских авиаторов, летавшего еще на «этажерках», которые он сам и мастерил в своем сарае. Потом Василий возвращался на базу. Два сбитых вражеских истребителя были у нас в качества трофея. Он вылезал из кабины самолета, спрыгивал на землю. Не герой, не победитель, а нашкодивший мальчишка, школьник с виновато опущенной головой. Он подходил к Филлипычу, бросался ему
