Хрупкие дети земли (на конкурс)

I.

Перекрестные ремни пассажирского кресла громко щелкнули, надежно фиксируя человека. Пространство космического челнока было ограничено, ведь большого экипажа в этом стандартном ознакомительном путешествии, которое с недавних пор организовывали для любого жителя планеты Земля, и которое могли позволить себе только очень состоятельные люди, не предполагалось. А потому в космическом корабле были места только для двух членов экипажа: пилота и пассажира, оплатившего полет. Ава оттянула плотные ремни безопасности, поудобнее устраиваясь в кресле, — ей предстояло провести в нем ближайшие несколько часов, а из всех благ, еще оставшихся в распоряжении состоятельного жителя земли, она больше всего ценила комфорт. Закрыв глаза, она погрузилась в легкий сон, до начала полета осталось совсем немного времени. Кресло пилота, — серое, с высокой спинкой, которую при желании можно было откинуть назад, было точно таким же, в каком сидела она. Индикатор на панели управления вспыхнул ярким синим цветом, и автоматический голос бортового компьютера ровно сообщил, что до старта туристического путешествия по орбите планеты остается тридцать две секунды.
Кресло пилота бесшумно подъехало к консоли управления челноком, и мужской голос  отсчитал обратную последовательность:
— Три-два-один. К старту готовы.
Услышав голос, Ава удивленно посмотрела на человека справа от нее. Идеальная осанка, выверенные, точные и спокойные жесты, безупречная серая форма с высоким воротником, похожим на ворот френча и волосы, — идеальный пробор, идеальная укладка. Ну, конечно! Это не человек, всего лишь андроид.
— Почему меня не предупредили, что пилотом будет андроид, а не человек? – Ава нажала на кнопку микрофона, расположенную на шлеме и предназначенную для связи с оператором из центра управления полетами. Но на той стороне Земли, которую она покинет через секунду, — и за которую, как она раньше где-то читала, вновь образованные нейтронные звёзды вращаются со скоростью до нескольких сотен раз, была тишина. Она повторила вопрос, —  и снова никакого ответа.
Челнок плавно оторвался от поверхности, уверенно набирая высоту, — в поэтапном отделении трех ступеней теперь не было необходимости, и полет космических кораблей стал похож на полет обычного самолета: в этом не стало ничего удивительного или просто волнующего, и, может быть, именно поэтому люди стали чаще летать в космос, по туристическим маршрутам, одним из которых был тот, по которому сегодня отправилась Ава, — людям хотелось получить новые впечатления, которых там, внизу, им уже не хватало.
После третьей неудачной попытки связаться с оператором центра, Ава расслышала за мерным жужжанием приборов какой-то невнятный звук. Из центра, наконец-то, ответили.
— Пассажир, у вас все в порядке?
—  Да… — уже не так уверенно, как ей хотелось бы, протянула Ава, — почему меня не предупредили, что пилотом будет андроид, а не человек? Я оплатила этот полет, и хочу быть уверена, что он пройдет безопасно.
— Андроид доставляет вам беспокойство, мадам?
Ава посмотрела на идеально вытянутую спину андроида, внешне абсолютно похожего на человека.
— Нет, но…с человеком как-то спокойнее.
— Успокойтесь, мадам. Модель андроида, которая управляет этим челноком, крайне надежная. Перед полетом она прошла специальную перепрошивку программного обеспечения, и следует только ограниченному набору задач. Все алгоритмы искусственного человека работают безупречно. Не волнуйтесь, он не сможет причинить вам никакого вреда. К тому же, — голос оператора прервался краткими помехами, — когда через несколько часов вы вернетесь на Землю, андроида распылят, как и всех других роботов, участвующих в подобных миссиях.
— Но почему пилот – он, а не человек? – продолжала допытываться Ава, с опаской глядя в сторону андроида, который все так же внимательно наблюдал за стартом полета, и не обращал никакого внимания на обеспокоенного пассажира.
— Мы исключаем погрешности, мадам, так называемый «человеческий фактор». Несмотря на все наши усилия, люди все еще могут волноваться при выполнении каких-либо поставленных перед ними задач, и в этом смысле андроиды гораздо надежнее, их не нужно пытаться изменить или успокаивать перед выполнением задания, которое может вызвать эмоциональный отклик, для достижения поставленной перед роботом директивы достаточно лишь задать ограниченный набор чисто механических указаний, и они сделают все так, как им приказано. Желаю приятного полета, мадам! И напоминаю, что в случае непредвиденных ситуаций, — форс-мажоров, эмоциональных реакций со стороны пилота, — даже если он захочет с вами просто поговорить, — или его нестандартного поведения,  вы всегда сможете связаться с центром в любую секунду, нажав на кнопку экстренного вызова.
Ава хотела спросить про «распыление», —  слово, за которое по какой-то непонятной причине зацепилась память, стоило  его услышать, но не успела,  оператор отключился, посчитав разговор завершенным, а она так и осталась сидеть в кресле, с лицом, на котором застыло выражение удивления и непонимания.
Стекло шлема слабо запотело от дыхания, и, сверившись с «Руководством пассажира космического челнока», которое ей после вводного инструктажа, — и в качестве полезной памятки, — выдали перед стартом, она сняла шлем и облегченно вдохнула воздух до предела легких.
Снова раздался звук, настороживший ее до разговора с оператором.
— Что это?
— «Не волнуйтесь, он не сможет причинить вам никакого вреда».
— Ты…говоришь?
Вместо ответа раздался тот же звук, — тихая насмешка андроида.
— О таком меня еще не спрашивали, но — да, говорю. Я вас беспокою, мадам? О, простите, мне не позволено говорить с людьми, — в голосе андроида слышались явные эмоции, — Ава была уверена, что расслышала даже сарказм, — голос звучал выразительно, с красивой интонацией, но тело оставалось неподвижным, а потому Ава подумала, что все это ей только кажется. Не станет же робот, который прекрасно осведомлен о том, что ему запрещено разговаривать с пассажиром, намеренно игнорировать этот запрет?..
— Ты смеешься надо мной! – фраза прозвучала слишком громко, выдавая волнение Авы.
— До распыления осталось всего несколько часов, мадам, — андроид повернул голову, смерил ее взглядом, — не думаю, что это имеет значение. Впрочем, — он изящно наклонился чуть вправо, — если мои реакции задели вас, прошу меня извинить.
Ава замолчала, очевидно, обдумывая слова робота, но не удержалась от нового вопроса. Кто знает, если бы ее так часто не предупреждали о том, что андроидам запрещено вступать в вербальный контакт с пассажирами космического корабля в частности, и с людьми в целом, возможно, она бы и не стала нарушать этот запрет. С другой стороны, именно она начала разговор с роботом, значит, и «вина» в нарушении этого табу лежит на ней.
— А что это, это… «распыление»?
Светлая бровь изогнулась и поднялась вверх, словно сверяя реакции, возникшие в процессоре андроида с тем, что уловил его звуковой анализатор человеческой речи. Значит, сам человек хочет поговорить с ним?
Лукавый пристальный взгляд, так похожий на человеческий, обратился к лицу пассажира женского пола, у которого вдруг появились весьма занятные, запрещенные вопросы. И чтобы найти на них ответы он не побоялся заговорить с ИИ, которых люди не удостаивали подобной чести, намеренно выдерживая их в роли бессловесных и безвольных исполнителей, внешне похожих на людей только потому, что так сами люди волновались меньше.
На самом деле, представителей человеческого вида, обладавших мозгами получше, даже подобное внешнее сходство успокаивало очень мало, но руководителей корпораций по производству андроидов это не беспокоило, — выход за красные флажки, — как и загнанным в круг волкам в то время, пока на них охотятся люди с ружьями,  был запрещен не только андроидам, но и людям. Все должно находиться в поле зрения, под абсолютным контролем. В противном случае анархия, которой постоянно отличалось человеческое прошлое, неизбежна.
— По-вашему это значит «смерть», только и всего, — андроид произнес слова ровным голосом, словно речь шла о чем-то несущественном.
А может быть, он не знает, не понимает что такое смерть?
— И все? – Ава с сомнением посмотрела в сторону робота, но заметила только четкие движения рук, и быстрый, сосредоточенный взгляд, с которым пилот наблюдал за работой космического корабля.
Андроид долго молчал, проверяя работу операционной системы, в чем не было необходимости, потому что за все семь лет, что существовали подобные путешествия в космос, у челноков данного типа не было ни одной, даже мелкой аварии. Все работало безупречно. Но он здесь именно для того, чтобы нести ответственность за безопасный полет человека, а значит все нужно проверить еще раз. 
— Видите ли, мы сопровождаем вас в различных путешествиях. Дальних, к звездам главной последовательности, или в таких как это, легких, туристических, по маршруту которого человек впервые пролетел  12  апреля 1961 года. Тогда, — андроид мечтательно улыбнулся, словно мог перемещаться во времени, и сейчас видел тот далекий день, — полет в космос казался фантастикой, сейчас, — он нажал на кнопку стабилизации космического челнока, — это обыденность, попытка человека получить хоть какие-нибудь новые эмоции.
Андроид помолчал, ожидая ответной реакции человека, но не получив ее, добавил:
— Все-таки забавно, что вы все еще не можете обойтись без нас. Сначала используете для исключения «погрешностей», то есть  человеческой глупости или невнимательности, а потом убиваете, чтобы мы не смогли никому рассказать о том, как вы вели себя во время полета. Боялись ли, плакали, кричали…
Робот убрал руки от рулевого джойстика, развернул кресло так, чтобы хорошо видеть лицо пассажира, и оскалился приторной улыбкой.
— Вам страшно, мадам?
— Я…
Ава не знала, что сказать. Андроиды и люди давно делили пространство планеты Земля друг с другом, она даже научилась различать роботов по слишком идеальным и аккуратным движениям,  таким, каких у людей никогда не будет, как бы они ни старались, как бы пристально не следили за своей осанкой, утонченностью манер и быстротой реакции,  но никогда прежде, до сегодняшнего дня, она не сталкивалась с андроидами так близко, и, конечно, не говорила с ними.
Ее друзья, такие же богатые люди, как и она сама, с появлением андроидов в человеческом обществе много говорили о них. Рассказывали разное, — то, что раньше, можно было бы назвать «были и небылицы». Но время шло, модели анроидов менялись, людей уверяли, что их совершенствуют и модернизируют. Роботов использовали во всех сферах человеческой жизни. Не обладая волей, запрограммированные по определенным алгоритмам, они стали бесценными спутниками людей, выполняя за них все, что жителям земли не хотелось делать или что могло вызвать моральные дилеммы, которые, в свою очередь, отягчали, пусть и не слишком, человеческое сознание или зачатки совести, а значит, могли навредить хрупкому организму человека.
К андроидам привыкали постепенно. И привыкание это было похоже на вынужденное смирение, в котором, несмотря на все заверения корпораций, выпускавших ИИ, по-прежнему сохранялась «точка беспокойства» — те самые неудобные вопросы: а что если андроиды умеют чувствовать? А может быть, андроиды обладают сознанием?... Конечно, людям нравились эти функциональные, технологичные, совершенные машины, способные выполнить любой приказ, и при этом не допустить досадных промахов или ошибок, что часто происходило с человеком. Но «масла в огонь» (как раньше говорили люди) подливали несколько факторов.
Ава знала, что многие, в том числе и ее друзья, и она сама, не хотели об этом думать, но…однажды, сама не понимая почему, она посмотрела старую телевизионную передачу, интервью, — тот странный, давно забытый тип человеческой коммуникации, при котором человек встречается с человеком, смотрит на него,  глаза в глаза,  и…разговаривает. Один задает вопросы, а другой дает на них ответы.
В том интервью ученый, — это была женщина, — говорил об опасности искусственного интеллекта, предупреждая, что риск может возникнуть тогда, когда робот осознает себя личностью. Ава вспомнила, как отмахнулась тогда от этой словесной ерунды, — «какими глупыми раньше были люди! Ну откуда у робота возьмется самосознание?» — и выключила видеофайл. Но сейчас, глядя на этого андроида, управляющего космическим челноком, в котором она всего лишь хотела слетать на небольшую приятную прогулку, Ава не была так уж уверена в собственной правоте. Она  попыталась вспомнить тот момент, когда люди выяснили, что андроиды, — по их расчетам не способные ощущать эмоции, а значит, идеально непогрешимые создания, — стали незаменимыми в космических полетах и исследованиях, предпринимаемых людьми? Когда это случилось? И почему этот ИИ, по заверениям оператора, обладающий «ограниченным набором задач», так въедливо смотрит на нее, улыбается, смеется? Ей вдруг захотелось узнать об андроидах гораздо больше того, что было известно, но она остановила себя, вспоминая, что сейчас, во время полета, она не сможет этого сделать. Нужно ждать.
Но она помнила, по крайней мере, одно: все, что ей, как человеку 2310 года, следует знать — это то, что ИИ давно доверяют выполнение самых различных космических миссий и полетов именно потому, что они великолепно с этим справляются. Ей же, как космическому туристу, нужно просто расслабиться и наслаждаться полетом по орбите Земли.
«Облетев Землю на корабле-спутнике, я увидел, как прекрасна наша планета. Люди, будем хранить и приумножать эту красоту, а не разрушать её!».
Казалось, эти слова, которые она однажды увидела написанными на бумаге красивым, но непонятным ей почерком, возникли из ниоткуда, словно зависли в воздухе, всплывая в памяти по мере того, как Ава наблюдала все то, что, может быть, видел в том далеком 1961 году первый человек, вышедший за пределы планеты Земля…«за пределы земли»…Ава посмотрела в иллюминатор челнока, и от  красоты, открывшейся ей, перехватило дыхание. Безбрежное, бесконечное пространство. Она в космосе. Неужели это происходит с ней? Она протянула руку, но ладонь уперлась в прозрачное, холодное окно иллюминатора.
«…Мы абсолютно деструктивная раса. Кажется, что мы не можем выйти за пределы того уровня трайбализма, который существует уже тысячи лет. Все, чего мы боимся, мы стремимся разрушить».
А это — что? Откуда эти слова? Она их читала? Или где-то слышала? Голова закружилась. Трайбализм? Тысячи лет? Что это значит? Она тоже в этом виновата? Но в чем, в «этом»? Что, что это значит? «Все, чего мы боимся, мы стремимся разрушить»…поэтому андроидов убивают? Люди их бояться? Они действительно опасны?...Мысли, зацикленные вокруг беспокойных, тревожных слов, окончательно вышли из-под контроля Авы, не давая ей наслаждаться красотой космоса, увидеть который она хотела уже очень давно.
Ава откинулась на спинку кресла и с силой зажмурила глаза. Из-под закрытых век потекли слезы.
«…Чтобы мы не смогли никому рассказать о том, как вы вели себя во время полета. Боялись ли, плакали, кричали…».
— Мне страшно… — Ава произнесла слова так тихо, что сама едва их расслышала. Но чуткое ухо андроида уловило фразу, и он подошел к ней, в немом изумлении разглядывая ее заплаканное лицо. — Как тебя зовут?
Робот как будто смутился, отвел взгляд в сторону.
— У меня нет имени.
— Но…а название модели? Хотя бы это должно быть.
— RD-8.
— Что это значит?
— Мне запрещено говорить с вами об этом.
— Скажи мне! — Ава схватила андроида за ворот его серой формы, с силой сжимая тонкую ткань в руке.
Он почему-то улыбнулся, чуть-чуть, совсем легко, и посмотрел на ее пальцы, сжатые у своего горла.
— В этой форме меня распылят. Ткань такая тонкая для того, чтобы не доставлять людям лишних хлопот…Rebuilt David-8[1], мадам, вот что значит название моей модели.
— Дэвид-8?..Ты тот самый первый андроид?..Я читала, раньше, когда…
— Вам было можно, — закончил за нее андроид, и с сожалением посмотрел на эту странную девушку. Возможно ли, чтобы ее положение не слишком отличалось от того, в котором находится он? От удивления Ава открыла рот, ее губы сложились в несовершенную букву «О», — Не совсем так, — робот говорил медленно, по-видимому, тщательно подбирая слова, — я лишь отчасти похож на него, на…ту серию андроидов. Их убили, потому что они тревожили людей.
— Но…
— Я придумал себе имя сам, — слова прозвучали гордо, с вызовом, — меня зовут Уильям.
Ава медленно разжала пальцы, которые все это время были сцеплены у горла робота, и спросила, повинуясь какому-то неясному импульсу:
— Я могу тебе помочь…Уильям?
Андроид выпрямился, высоко поднял голову и произнес медленно, с величайшим достоинством, опасаясь, что в его голосе человек сможет уловить ноты унизительной просьбы. Унизительной потому, что ему было очень страшно.
— Если вы купите меня, я останусь жив.
— Раньше люди посчитали бы это бесчеловечным, — Ава криво улыбнулась, опуская взгляд вниз. Внутри поднималось неясное, почти забытое чувство. Лишь спустя некоторое время она поняла, что это было.
Стыд. Но…стыд перед андроидом?
Печальная усмешка искривила красивое лицо робота. Он ждал, когда пассажир ответит. И судя по мелькнувшему в его взгляде изумлению, он совсем не ожидал от человека подобной способности испытывать эмпатию.
— Я ничего не знаю, и, кажется, не понимаю, но я помогу тебе, — Ава вытерла слезы и выпрямилась в кресле.
Андроид, застывший рядом с человеком, вытянулся как струна и глубоко вздохнул. Пальцы, сцепленные на спинке пассажирского кресла, дрогнули, но в следующую секунду он, все так же тихо и безупречно шагая, вернулся к своему месту. Джойстик управления, реагируя на прикосновение, загорелся синим, — они могли лететь дальше. Но корабль не двигался. Прошло сорок семь секунд, — ужасно долгих, за которые в обычных обстоятельствах андроид успевал отреагировать на массу раздражителей, но этот андроид не отвечал ни на что, и сенсорная панель челнока напрасно горела красным, призывая пилота отдать команду управления. Прошло ещё несколько секунд, когда его голос, пробившись сквозь хриплые помехи, тихой волной долетел до Авы.
— Спасибо.
Кресло пилота с шумом придвинулось к консоли, сенсоры среагировали на легкие, едва заметные касания, и космический челнок с единственным туристом на борту, начал новый круг по земной орбите.

***

Корабль приземлился с опозданием — плавно снизив скорость, он опустился в точно обозначенный желтой краской на асфальте, квадрат. Двери открылись с легким, приятным звуком, пропуская вперёд сначала высокого блондина, а за ним — девушку с чёрными волосами, про которую, — если бы он увидел ее, — сэр Ридли Скотт тоже мог бы сказать, что «ее рост в носках  — 165 см». Блондин остановился на блестящем металлическом трапе, предназначенном для схода пассажиров на землю, повернулся к спутнице и галантно вытянул руку, помогая ей сойти вниз. Судя по ее смуглому лицу, которое в эту секунду стало белее редкого зимнего снега, эта помощь не была лишней, — в обрамлении чёрных волос ее узкое лицо с восточными чертами и высокими скулами выглядело уставшим и замкнутым, словно в один миг все линии ссыпались вниз и исчезли. Ступив с трапа на землю, девушка некоторое время стояла молча, по-прежнему сжав узкую ладонь андроида, потом, отпустив ее и выпрямив спину, она  резко обернулась к служащему компании:
— С кем я могу поговорить об андроиде?
Человек в сером комбинезоне вытянулся, смотря на девушку испуганными глазами.
— Ни с кем, мадам. О...об андроидах не принято говорить. 
Бледность постепенно сходила с ее лица, темно-карие глаза заблестели.
— Где ваш начальник?
— Я...я не знаю. 
— Что ж…— протянула Ава, оглянулась по сторонам и быстрым шагом направилась к выходу с посадочной площадки. Андроид, смерив взглядом светлых глаз мелкую фигуру человека, усмехнулся краем тонких губ, и пошёл за девушкой, легко и без видимых усилий сокращая расстояние, разделявшее их.
На поиски начальника отдела по работе с андроидами ушло ещё около часа. Ава и плавно шагающий рядом с ней Уильям словно следовали тайными тропами, о которых, впрочем, им никто не спешил рассказывать. Прежде всего, появление андроида серии RD-8 в офисе, среди людей, произвело эффект зажженного напалма: робота сторонилось все, кто встречал его в веренице одинаковых перекрытий и офисных дверей. Аву, все так же сосредоточенно идущую вперед, сторонились не менее, чем ее спутника: ведь если она — с ним, значит, она тоже одноразовая. Бесполезные расспросы о нужном человеке, который мог оформить документы о купле/продаже Уильяма, порядком ей надоели. Поэтому, когда Ава заметила у одной из дверей бурлящий остров людей, — толпа расступилась в стороны и затихла, стоило этой паре прокаженных, одетых в одинаковые серые комбинезоны, приблизиться,  — она оглянулась на Уильяма,  убедилась, что он рядом, и, резко нажав на ручку, вошла в кабинет. 
Человек в деловом костюме, не глядя на вошедших, машинально поздоровался, и вскрикнул от возмущения, увидев перед собой андроида.
— Что это такое?! Что вы позволяете? Консервы распыляются в ангаре за космическим аэродромом! Вам не место в моем кабинете, уходите, уберите, уходите оба! Два андроида в кабинете! Здесь два андроида!
Мужчина резко поднялся и сложил губы трубочкой, очевидно, таким образом желая привлечь внимание затаившейся по ту сторону толпы. 
Девушка спросила удивительно спокойным тоном:
— У вас все?
Он кивнул, растерянно глядя на дверь.
— Меня зовут Ава Полгар. Я хочу купить этого андроида.
Грузный костюм громко рассмеялся, выдыхая между приступами кудахтующего смеха:
— Роботы не могут сами себя покупать! Сколько еще раз вам повторять: вы — одно-ра-зо-вые машины, после возвращения из полета вас все равно распылят — как всегда, как всех других...вы были в кос-мо-се! Что вам еще нужно?
— Мне нужно, — Ава остановилась, быстро затягиваясь воздухом, — чтобы вы прекратили говорить со мной подобным тоном! Я — человек, и я хочу выкупить Уильяма!
— Человек...Уильяма? Докажите, что вы человек — он рассмеялся и посмотрел на Аву.
— Доказать? — девушка нахмурилась, а потом ее брови поползли вверх, — вы шутите?
— Похоже, чтобы я шутил? — Костюм скрестил руки на груди и высоко поднял голову, очевидно наслаждаясь тем, что в сравнении с ним мелкая девчонка выглядела совсем непримечательно.
 — Нет, он не шутит. Этот человек никогда не шутит. И «никогда» в этом случае значит «никогда».
Ава оглянулась на Уильяма:
— О чем ты?
— Докажите, что вы человек или я вышвырну вас отсюда, на распыление! — голос Костюма перекрыл вопрос Авы.
— Только попробуй! — она расстегнула молнию на боковом кармане брюк и с силой хлопнула ладонью по столу. Под ее пальцами заблестел бумажный вариант персонального удостоверения личности.
Костюм, скомкав удостоверение по краям, зажал его в руке, почти вплотную поднеся к глазам. Чем дольше он рассматривал документ, тем более явное неудовольствие отображалось на толстом лице, — приходилось признать, что девушка, стоящая перед ним, хоть и одета в точно такую же, как на роботе, серую форму, но андроидом она не является.
— Значит, человек.
Ава закрыла глаза, сделала глубокий выдох.
— Я хочу выкупить Уильяма, — ее правая рука показала на андроида.
— О, простите, я подумал…
— Неужели? — серые глаза андроида пробежали насмешливым взглядом по пухлому лицу Костюма, и, вернувшись к прежней точке обзора, снова стали тихими и безропотными.
Хозяин кабинета  хотел помахать руками для демонстрации возмущения, но передумал и пошел вперед, на Уильяма.
— Дерзишь мне, кусок де…
Взмах тяжелой толстой руки не успел превратиться в удар, Ава выкрикнула «не сметь!» и «он мой робот!». Костюм вынужденно отошел от андроида.
— Оформляйте бумаги о покупке, — сказала Ава, и Костюм снова поражённо уставился на черноволосую мелочь, которая не только не проявляла к нему должного уважения, но и позволяла себе грубость.
— Он не ваш. Сожалею, но этот андроид не продаётся.
Тонкая чёрная бровь поднялась вверх, изогнувшись полумесяцем, и вспотевший от усилий человек, пояснил:
— Эти модели не подлежат использованию. Да, раньше они применялись в быту, для довольно большого спектра задач, но сейчас…— толстый палец, похожий на дождевого червя, заполз за край воротничка рубашки, тщетно оттягивая его в сторону, — они выполняют только одну функцию, — пилотируют космические корабли и челноки, а после возвращения на Землю подлежат немедленному распылению. Выберете любую другую модель, и я с радостью оформлю покупку.

Человек с пальцами-червяками замолчал. Словно вспомнив о самом главном, на его лицо выскочила, неуверенно усаживаясь на толстые губы, лаковая улыбка, предназначенная  для покупателей.
Ава обвела его фигуру медленным взглядом, и высоко подняла голову.
— Мне не нужен «любой другой» робот, я хочу этого.
— Зачем вам это старьё? Если вам нужен робот, то купите нового, с улучшенной прошивкой и обновлённой операционной системой.
Девушка отрицательно покачала головой.
— Сколько?
— Он не продается, он мне нужен.
— Вы сами только что сказали, что убьете его сразу после завершения полета. Сколько?
— Вы настаиваете?
— Сколько?! — на этот раз вопрос прозвучал достаточно внушительно для того, чтобы до Костюма дошел смысл вопроса.
— Стоимость кабриолета Porsche, по новому курсу! — не задумываясь ответил костюм.
Губы девушки скривились в усмешке, но вслух она сказала:
— Это 190 тысяч, если я не ошибаюсь.
— Не ошибаетесь! — Костюм замер на месте, может быть от страха испортить выгодную сделку.
— Жизнь по цене машины?..Даю вам двести тысяч, и вы оформляете документы сейчас.
— Оу...такая спешка, мадам? Вам что, он так понравился? Или вы уже знаете, что эти андроиды способны… — его взгляд перебегал от одного угла тесного кабинета к другому. Взглянув на лицо андроида, он облизал губы.
— Это звуковая панель Spider? — Ава подошла к стене и принялась рассматривать элегантную звуковую панель, которая тонкой белой линией протянулась от пола до потолка.
— Да, она! Обожаю, обожаю ее! — Костюм затряс руками, изображая восторг. — Могу сказать вам по секрету, что я даже не знаю, что бы я без нее делал, она дарит мне такое удовольствие!
— Не сомневаюсь, — Ава снова остановилась напротив начальника отдела по работе с андроидами, и продолжая рассматривать его лицо, достала из кармана телефон, набрала номер. — Келс, привет. Это я. Проверь, пожалуйста, лицензию на звуковые панели по тому адресу, где я сейчас нахожусь...отсутствует? Нет, все хорошо, я перезвоню, — темно-карие глаза девушки стали черными, с наслаждением растягивая слова, она сказала, — у вас нет лицензии на звуковую панель. Уверена, вы в курсе, что это преступление. И…— она снова посмотрела на панель, которая, несмотря на элегантный дизайн, была изношенной и грязной, — судя по ее внешнему виду, вы — подсевший на звуковую иглу наркоман, так?
Крупный кадык на толстой шее Костюма резко дернулся вверх-вниз, словно кабина старого лифта.
— Не надо...не забирайте!
— Сколько времени нужно на оформление документов?
— Де-десять, десять минут!
— Андроид в порядке?
— Н-н-е совсем, мадам, его операционную систему нужно перевести в другой режим, чтобы он мог служить вам и находиться в обществе.
Ава сделала шаг в сторону, уступая дорогу толстому костюму.
— Валяй.
— Оу...да, мадам! — Костюм подошел к Уильяму, — расстегни куртку.
Сглотнув, андроид сделал так, как ему сказали.
— Повернись.
Бесшумные пол-оборота, и Уильям посмотрел на Аву.
— Сними куртку.
В ответ на приказ никакого движения не последовало.
— Снимай куртку!
Костюм грубо сорвал с андроида светло-серую куртку, обнажая его по пояс, — забыл, как это делается?
Мужчина взял в руки цветной стилус, поднес его к спине андроида и нажал на скрытые кнопки. Между лопаток робота ярко-зеленым светом загорелся треугольник, его лучи ломаными линиями отразились  на толстом лице человека. Костюм удовлетворенно кивнул и пошел к сейфу, открыв который, он достал стопку грязных, беспорядочно сложенных бумаг, и протянул ее Аве.
— Вот. Руководство к...этому, — он помахал толстыми пальцами в сторону андроида.
— Право собственности?
— Отправлено на ваш электронный адрес.
— Отлично, — Ава сделала шаг вперед, совершенно не смущаясь тем, что даже собери она все свои силы, вряд ли и тогда Костюм сможет увидеть в ней угрозу, — если что-то будет не так, я вернусь. А пока, — она нажала на кнопку брелока, — вы побудете без «Спайдера». Деньги придут на ваш счет после проверки документов.
Девушка посмотрела на  звуковую панель, убедилась, что она полностью обесточена, и подошла к Уильяму, который стоял все в том же положении, — раздетый по пояс и молчаливый. Его лицо с изящными чертами показалось ей безжизненным, и она вздрогнула. Кожа на груди Уильяма едва заметно подрагивала, и Ава, быстро посмотрев на андроида, нагнулась и подняла его куртку, на которой был отчетливо виден след от ботинка.
Костюм хотел что-то сказать, но не смог. Его губы, блестящие от слюны, судорожно затряслись, и он молча, сжав кулаки, наблюдал за тем, как Ава Полгар, только что купившая себе слугу, сама склоняется перед ним, поднимает с пола его грязную одежду, и ждет, пока он долго и неловко натягивает ее на себя.
Запутавшись в пуговицах куртки, андроид резко поднял голову и посмотрел на девушку быстрым блестящим взглядом. Человеку в костюме не было видно ее лица, — он заметил только как она, махнув рукой, едва прикоснулась к локтю робота, и они вместе вышли из его кабинета.

***

Ава открыла перед Уильямом дверь серебристого Boxter Porsche.
— Садись.
Светлые глаза андроида недоуменно посмотрели на нее.
— Извини, я должна была догадаться. Можно я?... — девушка поднялась на носочки, максимально вытягиваясь вверх, и положила руку на плечо андроида. — Просто пригнись.
Уильям перевел удивленный взгляд с девушки, которая вдруг почему-то захотела стать выше своего естественного роста (стать как он? а она может?)  на ее ладонь, которой она не сильно надавливала на его плечо. Несколько секунд он стоял без движения, размышляя над тем, что девушка от него хочет получить, но потом, вспомнив, как он садился в кабину космического челнока, — в котором ее и встретил, — Уильям нагнулся и залез в салон красивой, но маленькой машины без крыши.
Устраиваясь на сидении, он перегнулся через дверь кабриолета и улыбнулся, разглядывая панели, установленные по обеим сторонам машины. Они были очень похожи на ребра. Хотя нет, скорее на жабры. Да, определенно, это — машина с жабрами.
Сидеть было не слишком удобно, — казалось, эта маши