Змеиный узел. Глава VIII (окончание)

Поминки, куда волей-неволей попали участковый и следователи, проходили в столовой. Людей стало заметно меньше.

— У всех налито? — спросил Родин-старший. — Тогда помянем. Земля ему пухом.

Люди сидели понуро, хороня взгляды в тарелки, глотали кто что. После третьей за столами появились первые робкие улыбки, после пятой — послышался смех. Следователи и участковый пили воду, заранее налитую предусмотрительным лейтенантом в бутылку из-под водки.

— Да разверзнутся над содеявшим это злодеяние хляби небесные! — прогудел раскрасневшийся отец Василий. — Да прольется над ним дождь из серы кипящей, как над городами Содом и Гоморра, да поглотит его геенна огненная! Аминь!

Будто услышав эти слова, на улице громыхнул раскат грома. Мужчины потянулись на выход посудачить и покурить.

— Нам пора, — взяв со стакана с киселем пирожок с рисом и изюмом, сказал Андрей Иванович.

— Точно, помянули, пора и честь знать, — согласился Слава, беря свой пирожок.

— И мне пора, — сказал участковый.

Съев пирожки и выпив кисель, следователи и лейтенант вышли на улицу. Небо за время поминок налилось грозной фиолетовостью, все замерло в ожидании и лишь светло-зеленые верхушки осин робко трепетали.

— Пошлите быстрее, а то под ливень угодим, — сказал Андрей Иванович.

Они поспешили к общежитию. Вслед им неслась песня, залихватски выводимая Клопиком:

Шлю я, шлю я ей за пакетом пакет
Только, только нет мне ни слова в ответ
Значит, значит надо иметь ей в виду
Сам я за ответом приду

Что б ни случилось я к милой приду
В Вологду гду-гду-гду
В Вологду-гду
Сам я за ответом приду
Что б ни случилось я к милой приду-у-у-у-у
В Вологду гду-гду-гду
В Вологду-гду
Сам я за ответом приду-у-у-у!

— Петь на поминках для Карловки нормально? — спросил Андрей Иванович.

— Еще и драка обязательно будет, — заверил участковый.

— А крестины там, иль поминки — все одно — там пьянка-гулянка. Если забредет кто нездешний поразится живности бедной, нашей редкой силе сердешной, да дури нашей злой–заповедной.[1], — негромко процитировал Андрей Иванович.

— Вы поэт, — восхитился Слава.

— Это не мои стихи. Их автор погиб, — ответил Андрей Иванович.

Едва успели поняться на крыльцо, как на землю разом бухнулись тонны воды.

— Хляби небесные, — задумчиво повторил Слава, открывая дверной замок и пропуская товарищей в комнату. Войдя вслед за ними, повернулся закрыть дверь и замер.

— Смотрите!

— Что там?

На внутренней поверхности двери ржавой канцелярской кнопкой был пришпилен чистый почтовый конверт. Андрей Иванович, достав из внутреннего кармана пинцет, аккуратно снял конверт и положил на стол. Осторожно открыл его. В конверте оказался листок из тетради в клетку, на котором ровно, будто по линейке, было выведено синей шариковой ручкой: «Уезжайте отсюда!»

— Х-м... — Андрей Иванович задумчиво рассматривал послание.

— Кто мог его сюда повесить? — спросил Слава.

— Во-первых, тот, кого не было на похоронах и поминках и во-вторых, тот, у кого есть ключ от комнаты.

— На поминках половины деревни не было, — сказал участковый, — а ключи вам должны были все отдать.

— Два отдали, а в комплекте обычно три. Сказали, что третий ключ утерян.

— Значит, третий ключ от комнаты у убийцы, — сделал вывод Слава.

— Не факт, что послание от убийцы, — не согласился Андрей Иванович, — может быть, совсем наоборот. Владимир Семенович заберите конверт и письмо, отдайте в райотдел. Пускай отошлют экспертам в город. Надо найти отпечатки.

— Слушаюсь.

— А если по почерку попытаться? — предложил Слава.

— А смысл? Явно написано по линейке. Графология тут ничего не даст. Надо искать пальцы.

— Владимир Семенович, еще одна просьба, — Андрей Иванович достал из сумки пакет. — Пальчики на стакане надо пробить через информационный центр.

— Это займет уйму времени, — ответил участковый.

— Знаю, но что делать? — вздохнул Андрей Иванович. — До автоматизации в этом деле мы дойдем еще не скоро. Кроме того, запроси все, что есть на этого Бобка.

— Подозреваете его в чем-то?

— Пока нет, но мало ли, — уклончиво отозвался Андрей Иванович. — Владимир Семенович, — посмотрел он на лейтенанта, — в такой ливень вы все равно не поедете.

— Надо подождать. Скоро перестанет.

— Пока дождь не утих, ответьте еще на пару вопросов.

— Задавайте.

— Кто такая Елена Егорова?

— Это жены моей девичья фамилия...

— Что связывает вашу жену и школу в Афоньевке?

— Она сама из Афоньевки родом, педагогический в городе закончила, и первый год преподает в школе.

— С Андреем какая связь?

— Он вроде как к ней клеился, пока она за меня замуж не вышла...

— Понятно. Это от нее вы знаете обстоятельства смерти Савкина?

— Да.

— А что еще она рассказывала про школу? Происшествия какие-нибудь?

— Весной кто-то ограбил подсобку в кабинете химии: залезли через вытяжной шкаф и унесли кучу разных реактивов. Следов так и не нашли.

— Какие любознательные дети. На кого думаете?

— Да все на тех же: Андрей, Виталик и возможно еще кто-то.

— Слава, пометь себе: кровь из носу найти учительницу химии и выяснить, что именно было украдено из химкабинета.

— Сделаю, — отметил в блокноте Слава.

— Учителя в Афоньевке почти все местные, так что найти будет легко, — сказал лейтенант. — Если желаете, я созвонюсь с директором школы, и он соберет нужных учителей.

— Было бы просто отлично. В понедельник, часиков на десять утра?

— Сегодня же вечером позвоню Алексею Михайловичу.

— Спасибо.

— Еще бы хорошо вам встретиться с учителем истории Николаем Яковлевичем Ганцем. Он настоящий энтузиаст своего дела. Когда приезжают студенты на раскопки, то всегда с ними копает. При школе музей организовал, а сейчас пытается за свои деньги издать книгу с перечнем всех погибших в наших местах бойцов Советской армии. Он много интересного про эти места рассказать может.

— Непременно попытайтесь и его организовать, — одобрительно сказал Андрей Иванович. — Что про Бобка можете сказать?

— Что про него говорить? В армии контузило: котел взорвался.

— Шрам на голове оттуда? — уточнил Андрей Иванович.

— Так точно. Комиссовали вчистую. С тех пор только и годен, что коров пасти.

— В остальное время чем он занимается?

— Ничем, живет тем, что за сезон заработал. А у него двое детей: сын и дочка, — вздохнул лейтенант, — живут впроголодь — чем бог послал, да что люди добрые из жалости подали. Хотели их даже в интернат забрать, но что-то не срослось. Так и спотыкаются по деревне. На сына время от времени жалуются, что приворовывает, но заявлений писать никто не хочет — жалеют.

— А дочка? — задумчиво почесал подбородок Андрей Иванович.

— Дочка, судя по всему, пойдет по стопам покойной Жанны Фомичевой. Во всяком случае, природа ее для этого щедро оснастила.

— Понятно. Владимир Семенович, полно у вас в Карловке социальных язв, — покачал головой Андрей Иванович. — А насчет Гитлера это у него откуда?

— Старая история. Шел он как-то, скорее всего по пьяной лавочке, ночью по деревне и примерещился ему убегающий в сторону карьера Гитлер.

— Белая горячка на местный манер? — улыбнулся Слава.

— Не знаю, но с тех пор, когда волнуется, то всегда начинает про Гитлера рассказывать. Даже когда труп Андрея нашел, то начал про Гитлера нести. Ребята из райотдела его едва на СПЭ[2] не отправили. Хорошо, что я вовремя подъехал и объяснил что к чему.

— В протоколе про Гитлера ни слова не было, — внимательно посмотрел на милиционера Андрей Иванович.

— Ребята не стали про это писать, — виновато признался лейтенант. — После моих объяснений.

— Но он говорил, что видел в лесу Гитлера?

— Да, — еле слышно сказал участковый. — Но это же бред.

— Я уже ничему в Карловке не удивлюсь, — покачал головой Андрей Иванович. — Даже Гитлеру в лесу. Бобок подписал протокол не читая? — нахмурился он. — Или на него было оказано давление? — досадливо поморщился следователь.

— Нет, никакого давления. Он просто не умеет читать, — развел руками лейтенант.

— Как так? — изумился Слава. — Разве такое возможно? У нас в стране всеобщая грамотность.

— Возможно. Он делает вид, что читает, но читать не умеет. Мы ему случайно дали протокол вверх ногами, так он едва не подписал. Хорошо, что заметили вовремя.

— То-то мне показалось, что он слишком быстро протокол прочел, — подошел к окну Андрей Иванович. — Теперь понятно. А вы, Владимир Семенович, впредь запомните — каким бы бредом не казались слова свидетеля, к ним надо прислушиваться.

— И что можно извлечь из такого бреда? — обиженно спросил участковый. — А если бы он Пол Пота увидел?

— Из этого бреда можно извлечь хотя бы то, что где-то тут бродит человек, похожий на Гитлера. Если бы он увидел Пол Пота, то вам, Владимир Семенович, необходимо было бы проверить Пол Пота на наличие алиби...

Слава и участковый изумленно уставились на Андрея Ивановича.

— ... или поискать в округе человека, похожего на Пол Пота, — закончил фразу Андрей Иванович.

— Спасибо, учту на будущее, — отозвался участковый.

 

 «Змеиный узел (Карловка)» (мистический детектив) https://ridero.ru/books/zmeinyi_uzel/