1. Тетеря, Дед и новые имена

Давным-давно жил да был мальчик. Появившись на свет он хорошенько осмотрелся по сторонам и сразу же уснул. Спал он долго. Может сто лет, а может быть тысячу, этого нам никто не расскажет, потому что других людей и животных на белом свете тогда еще не было. Даже во сне, мальчик делал сразу два дела. Он видел сны и одновременно рос. Сначала он был обычного детского размера, потом стал размером с медведя, потом со слона, с кита.. День за днем, ночь за ночью мальчик стал больше самых высоких деревьев и шире некоторых гор. Иногда во сне он ворочался, от движений его огромного тела дрожала и трескалась земля. Ямы которые он пролежал наполнялись водой и получались целые моря. Вместо подушки он клал голову на горы, они не выдерживали ее веса и трескались, превращались в кучу мелких камушков. Теперь такие кучи называются сопками. Со временем он весь оброс разными растениями. Деревьями, кустарниками и травой. На бороде, например, росла ольха, на веках виноград, а в пупке брусника.

Сны которые видел мальчик невозможно передать словами. Когда он спал, их еще не придумали. А когда проснулся, то забыл почти всё что видел. Постепенно в воде появились рыбы, а на земле животные. Мир стал наполняться их голосами, песнями и рычанием. Этот шум будил великана. Пока он просыпался первые люди научились разжигать первобытный костер, научились охотиться на диких, но очень вкусных животных и жить в пещерах. Большой шум стоял от маленьких двуногих людей. Буквально все они делали с громкими воплями: гонялись за мамонтом и убегали от саблезубого тигра, выкуривали из уютной пещеры медведя и пировали потом в ней, разложив у входа огромный костёр, чтобы другие медведи не посмели сунуться внутрь. Великан так крепко зажмурил глаза, что с век закапал виноградный сок. Он очень понравился людям, их посиделки в пещере стали еще веселее и они научились танцевать.

Великану начали сниться кошмары. Страшные создания приходили, приползали и прилетали в его сны, а потом выбирались из его головы наружу, к людям.

Наступила ночь. В темноте ярче светило пламя костра. Люди придвинулись к свету, а к людям придвинулась темнота. Теперь, вместе с ночными хищниками там обитали кошмарные создания. Охотники выступили вперед, прикрывая собой женщин и детей. Но женщины оставили детей старикам и смело встали плечом к плечу с мужчинами. Старики решили что лучше пасть в бою, чем пытаться выжить на первобытную пенсию, оставили детей самому старому деду и тоже встали рядом с охотниками. У охотников были копья, у остальных тяжелые камин и подожженные в костре палки. Люди были готовы достойно встретить любой порождение тьмы, и потом хорошенько зажарить его на своем костре. Тьма немного отступила, кошмары предпочитают душить исподтишка, а не нападать в открытую. В этот момент мальчик-великан окончательно проснулся и поднялся во весь рост.

Он огляделся, но не увидел белого света. Внизу едва сверкала тусклая искорка первобытного костра. Великан наклонился, чтобы лучше разглядеть людей и их огонь. Но они то ничего не знали о великане. Люди почувствовали, как с неба на них надвигается нечто огромное, это их испугало. Костер перестал трещать и выбрасывать языки пламени, только угли тлели, едва справляясь с темнотой. Свет отразился в глазах великана. Людям показалось что на них глядит само небо. А если у него такие огромные глаза, то какая же должна быть страшная пасть. От ужаса у всех задрожали поджилки и они попадали на колени.

Дед был самым старым человеком. Сейчас бы мы насчитали ему 39 лет. Но в те давние времена лето никогда не заканчивалось, и не подходило для счета возраста. Но люди знали что Дед старше всех. Он добыл больше всех пещерных медведей. Ожерелье из их клыков украшало его шею, а шрамы от их когтей украшали его грудь и лицо. Мяса добытых им бизонов хватило чтобы вскормить 10 сыновей и 15 внуков. Дед повидал за свою жизнь, поэтому страх не смог поставить его на колени. Чтобы самому напугать страх он взял с пола пещеры шкуру медведя и надел ее на себя. Потом сунул лапы в кучу углей, а когда шерсть вспыхнула громко закричал, закружился, запрыгал угрожая небу. Он изображал атаки медведя, подражал охоте тигра, делал смертельные броски как удав. Этот танец помог людям победить страх. Они вскочили на ноги и начали танцевать вместе с Дедом, и кашлять от вони паленой медвежьей шерсти. Великан подумал: «Этот человек сумел влезть в большого мохнатого человека. Заставил его нападать и поджигать свои лапы. Так чего доброго он и в меня влезет. Нужно быть с ним осторожнее». Великан взял Деда на одну ладонь и прикрыл сверху другой. Потом встал и зашагал наобум. Он сокрушил несколько гор, задев их в темноте плечом, один раз провалился по пояс в холодную воду, и только после этого вышел на ровную поверхность. Там он сел, поднял ладонь, которой прикрывал деда, приставил ладони друг к другу, поднес их к самому своему носу, и стал слушать, что же будет делать, захваченный им маленький, но такой опасный человечек. Дед сбросил с себя тлеющую шкуру:

— Кто тут? Эй! Куда меня занесло? Ау!

— Ау, — повторил великан, ведь он совсем не знал языка людей.

— Ты с неба пришёл?

— Шёл.

— Мой народ обидел тебя?

— Тебя.

— Прогони ночные кошмары, люди будут тебя любить.

— Шёл тебя бить!

«Ничего не понимает по нашему», — подумал Дед. Он решил пойти в сторону звука, в надежде разглядеть говорящего. Прихватил с собой шкуру, а чтобы не сбиться с пути, иногда, кричал «Ау». Шел довольно долго, пока его не остановили заросли ольхи. Дед наломал веток, чтобы разжечь большой костер. «Осмотрюсь при свете, да согреюсь заодно». Сложил большой костер, а рядом еще запас, чтобы подкидывать. Потом взял шкуру несчастного медведя, на которой еще тлел мех, и стал раздувать огонь. Когда мех затлел ярче он аккуратно положил на него горсть сухих веточек. Они долго дымили, потом все таки разгорелись. Очень непростое дело — добывать огонь. Дед положил горящие веточки в костер. В это время из зарослей ольхи подул сильный ветер, это великан повторил то что делал Дед. Костер очень быстро вспыхнул. Пламя было ярким, в небо летели искры. В его свете Дед наконец-то увидел лицо великана, оно густо заросло ольхой. «Старики рассказывали, что на севере есть мамонты, большие как холм. Выходит, что люди тоже бывают большими. Значит он не с неба, а как мы — с земли. Наверное, хочет подружиться, раз до сих пор меня не прихлопнул», — так думал Дед, сидя высоко в темном небе, у костра, лицом к лицу с великаном. Начинался дождь.

Чтобы согреться, Дед наклонился к костру. Великан сделал тоже самое, от жара вспыхнула его ольховая борода. Обычный огонь ему был не страшен, но от неожиданности великан тихонько вскрикнул. Этот звук вызвал сход лавин с ближайших гор. Великан вскочил на ноги, он держал Деда с костром на одной ладони, а другой отряхивал с лица горящие ветки. Когда борода догорела Дед понял, что великан совсем еще мальчик. Они уселись как раньше, только теперь великан держал деда на одной ладони, а второй прикрывал от ветра и капель дождя. Дед подбросил в костер веток. Встал, ткнул себя пальцев грудь и громко сказал:

— Дед, — ткнул еще три раза раз и повторил, — Дед, Дед, Дед.

После этого он указал пальцем на великана. Тот насупил брови, зачем-то посмотрел налево, потом направо, но ничего не ответил. Дед еще раз повторил:

— Дед, дед, дед, — и снова указал на великана.

— Те, те, те! — ответил великан и добродушно улыбнулся.

— Ох, и харя — с улыбкой сказал Дед, и тоже улыбнулся.

— Те, те, ря. Тетеря, - великан указал пальцам на себя, потом на Деда, — Дед!

— Вот и познакомились.

— Тетеря, Тетеря, Тетеря, — повторил великан, затем пальцем, на котором могло усесться в ряд все племя, показал на Деда.

— Дед. Да ты вошел во вкус. Ну тогда смотри. Это Огонь.

Тетеря посмотрел на костер и повторил новое имя:

— Огонь.

Дед подставил ладонь по струйки дождя:

— Вода.

Так великан узнал имена всех вещей, которые мог осветить маленький костер Деда. Дед кинул в огонь остатки веток, завернулся в шкуру, лег и закрыл глаза:

— Спать, — он назвал новое имя, но не показал чьё оно.

Пока Дед спал, Тетеря тихонько повторял все имена которые успел узнать. Когда костер прогорел, а под шкуру начал пробираться холод, Дед проснулся:

— Тетеря. Дрова.

— Дрова, — великан положил на угли пару елок, подул, смолистые еловые лапы ярко вспыхнули.

— Спасибо, — сообщил Дед еще одно имя без обладателя и снова уснул.

Тетере понравилось учить имена. Когда дождь кончился, а тучи рассеялись ночь стала светлой. В небе появилась луна и звезды. Великану очень захотелось узнать имена всего, что теперь стало видно:

— Дед, ау!

— Ну что?

— Смотри.

— Ого! — Дед встал, подошел к самому краю, развел руки в стороны, как-будто хотел обнять весь мир, — Красота! Смотри вот это Луна. Большая вода — Байкал. Там Лес, Река...

До самого рассвета Дед говорил, а великан повторял. Когда луна побледнев исчезла, а на горизонте появилась светлая полоска, дед показал Тетере на искорку, которая тлела далеко в лесах:

— Дед народ, — чтобы Тетеря лучше понял, он поднял с ладони великана шкуру, надел ее и изобразил свой устрашающий танец.

Указал на полоску зари:

— День. Дед народ день. Дед великан ночь.

Тетеря понял. Он отнес Деда к его народу. Осторожно опустил на землю возле костра, а сам скрылся в густом тумане, который каждое утро поднимается с большой воды...

Все племя как всегда спало. Даже часовые с копьями дремали у остывающих углей.

— Вставайте! Спите как Тетеря. Скоро у самих бороды ольхой зарастут. Сонные тетери.

Люди проснулись. Они были рады снова видеть Деда. Сначала неведомые силы унесли его в темноту, а теперь он возник из тумана. Значит он смог договориться с ними, или даже победить. Значит он кто? Люди собрались в круг, чтобы придумать новое имя, которого еще не знал мир. Когда придумали, то уважительно склонили головы, а один из охотников выступил вперед и сказал:

— Шаман.