Чат

Плоть торчала, мысль молчала,

«клава» буквами мычала,

и конец концов дичал

без начала всех начал.

Только пуще шпанской мушки

словоформы-погремушки

от скучающей Лилит

застучали по затылку,

и полез пиит в бутылку,

как Коровьев в МАССОЛИТ.

А она, аж мочи нету,

о своей любви к минету,

словно змий анахорету,

тут же сладилась вещать.

И в мозгах почуяв ватность,

стала слабнуть адекватность,

а маразм, увы, крепчать.

Растекалася моло́ка,

враждовали зуб и око,

и небрежно, но высо́ко

эвфемизмы их плелись.

Только зря коптила похоть,

и, хотя, был близок локоть,

языками поздно цокать –

не забла́знила им близь.

Надувает гуппи губки,

ведь в словесной мясорубке

от яиц одни скорлупки,

да и меч – уж кладенец.

Что без радости в начале,

то в финале без печали.

Промолчали о мочале,

значит сказочке конец.