Полнолуние

Над чёрной дырой запоздалого сна,

Из комы души выдирая искомье,

Висела в совином полёте луна,

Светя на оскомье твоё Подмосковье.

Охряный охранник, не дай охренеть

В соблазне того, что спокойней и проще,

И деревом сгнившим состариться средь

Кудрявых пеньков увядающей рощи.

Сто первая Ева в отместку Лилит…

Как память упряма, как воля инертна

Витков левитаций над книгой Левит

С извечной дилеммой – жратва или жертва.

Ну, кто же откажется, коль не блажит,

От водки холодной и тёплого мяса,

Что ляжкой желтея под боком лежит,

Скатавши турусы, сточивши балясы?

Всё ясно и просто – рули́т феромон.

Чумою не модно дома́ нынче мучать.

Сыт, пьян, в табаке… Спал бы лучше, а он

Опять норовит про бычка отчебучить.

И вновь просит яду под полной луной,

И смотрит, глаза немигающе вперя,

Как пульсом дрожит ореол нимбяной

Надеждой пустой Ариэля просперя.