Карты, деньги, два ствола (постим старьё)

— С сегодняшнего дня по восемьдесят три, — пояснила продавщица, протягивая пачку сигарет, и почему-то обиделась.
— Прикинь, Вов, — огорчился Сергей, — с возрастом активы организма дешевеют, а средства девальвации этих самых активов дорожают.
— Да, уж...- огорчился в свою очередь я и звякнул пакетом с подорожавшим алкаголем.

— Хорошая девушка, — произнёс Серый, когда мы вышли из магазина.
— Ты про кого? — насторожился я. У великого экономиста Сергея Плотникова хорошим было только то, что давало прибыль. Или просто — давало.
— Про продавщицу, — охотно пояснил тот, — Таней зовут.
— Врёшь, — спокойно ответил я.
— Про что вру? — удивился Плотников, — про то, что её Татьяной зовут? Спорим? На косарь?
— Нет, мне без разницы её имя. Врёшь, что хорошая.
Сергей ухмыльнулся:
— Это почему же?
— У неё на руке кольцо. Значит, замужем...
— И?
— Тебе-то это зачем? Пусть муж и отдувается.
— Знаешь, Вов, что? Мне наш век положительно не нравится. Перевелись поэты, в народе нет восторженности. Впрочем, спорим? На косарь?
— Не буду, — буркнул я, — сегодня больше пятёрки про@бывать не намерен. Даже наоборот, надеюсь на успех. Рисковать до игры глупо.

***
Андрюхина квартира была величава и тиха. Он только что отправил жену с дитём на дачу. Кажется, что после его жены в комнатах до сих пор оседала пыль. К нашей большой радости, жена прихватила питомца семьи — мелкую вертлявую псину по имени Герберт. Это было большое послабление для нашей компании, так как Гербарий имел гиперактивность и отвратительную привычку @бать чужую обувь. Причём не гнушался различными сексуальными расстройствами, типа «золотого дождя».

— Во что играем? — вяло поинтересовался Андрей, когда мы уселись за столик и открыли по пиву.
— В тысячу, — предложил я.
— Надоело, — поморщился тот, — к тому же долго и результат мизерный — все до «бочки» минимум добираются.
— Э-э-э... в преф?
— Та же херь, — откликнулся Серёга.
Действительно, репертуар уже порядком поднадоел. Зрительный зал требовал новой постановки. Новых страстей, восторгов и разочарований.
— Ну не в «дурака» же? — задумался я. Такие вещи, как «сика», «очко» и даже «бура» я даже не рассматривал, в виду скоротечности и абсолютной фатальности. Хотелось за игрой всё-таки думать.
— А давайте в «буркозла», — предложил Плотников.
— А как в него на деньги играть? — поинтересовался Андрюха, и, опять же, вяло. Видимо, та самая служба, которая и опасна, и трудна, его вконец доконала. А может, он просто наслаждался покоем после отъезда благоверной.
— А сделаем так, — оживился экономист, — получаешь «двоих» — пятихатник на стол. За «четверых» — штуцер. Ну, а уж если сподобился на «шестерых», то полтораху. Проигравший может продолжать игру с нуля, но по двойному тарифу.
— Так даже и пива толком не попьём! — алчно запротестовал я.
После коротких споров, решили начинать со стольника. Модель игры возражений не встретила.

***
— Сними.
— Верю.
— Странный ты человек, Андрюх. Вроде мент, а веришь, — прокомментировал Сергей.
— Куда ему до экономиста, — вступился я за товарища, — вы вот никому не верите. Только сами на@бываете.
— Ну, тебе, профессиональному безработному, верить можно кому угодно, — парировал Плотников, — а жизнь, жизнь — она сложнее.
— Козырь крести, — объявил я, сдав карты. Убрал открытый лист в колоду и продолжил:
— Профессиональный безработный — это который на пособие живёт. А я — фрилансер. Работаю. Просто нигде не числюсь.
— Знаешь, что? — поморщился Серёга, — мне слово «фрилансер» напоминает лансер, у которого в движке плещется прогорклый фритюр, а на бампере надпись «Свободная касса!».
Если посудить, так и выходило, — отметил я и вспомнил давнюю историю.
— А кого как на@бывали по жизни? — задал я вопрос в пространство, побивая парный заход и забирая взятку очков этак на пятнадцать.
— Да всякое бывало, — апатично протянул Андрей.

***
1. Фрилансер.

— Было это в самом начале моей свободной карьеры, — начал я, отхлебнув пива и зайдя с маленькой, — молод был и глуп. Пара удачных сделок — и у меня крылья выросли. Я решил, что бога торговли и маркетинга на самом деле зовут Владимиром Ильиным. И попалось, значит, мне на глаза, объявление, в котором сообщалось об острой нужде в руководителе проекта «с нуля» при свободном графике, без оформления. Мне бы сообразить, что на хоть малый проект подёнщиков не берут, так нет, попёрся. Отмечу, что в офисе работодателя мне понравилось — отдельный особняк в парковой зоне, хороший ремонт, секретарша тоненькая и улыбчивая, как юный одуванчик. Катенькой звали. Да и работа плёвая, я на этом рынке уже работал и многих знал. Речь шла о различных шампунях и гелях для душа с отдушками, изображающие духи модных брендов. Предполагалась брать за этот товар приблизительно втрое от обычных дорогих шампуней. Моя задача была — раскидать товар по необъятной Родине, создать, так называемую «узнаваемость продукта». Заодно просчитать потенциал торговой марки. Предлагали за это небольшую пенсию и большую премию по итогам месяца, квартала и года. Перспективы рисовались радужными. Крести козырь, куда потащил?
— Извини.
— Не «извини», а в следующий раз «четверых» припишем за астигматизм.
Я сделал большой глоток пива и быстро пересчитал взятки:
— Шестьдесят три! — объявил я народу, — похоже, банк пополнился на триста рублей. Да, Андрюх? — подмигнул я ему. У него было не более десяти очков, — Сдавай!

-Так вот. Да. Мне выделили рабочее место. Работать я мог когда угодно и где угодно. Но предпочитал рядом с Катериной. Знаете ли, с ней так хорошо было. В смысле — рядом. Какая-то от неё энергия положительная шла...
— Ага, — согласился Серёга, — знаю я эту энергию. Хъй от неё положительно встаёт.
— Значит, ты меня понимаешь. Так вот, проторчал я почти месяц рядом с моим цветочком, но кроме улыбок от неё ничего не добился. Одно слово — растение. При этом не забывал отчитываться боссу еженедельно. И что вы думаете?
— Козырь — пики!
— Да нет, то есть да, конечно пики, я не про то.... Ровно за три дня до первых денег, шеф объявляет мне, что решил продать марку конторе «Арбат престиж». И в моих услугах более не нуждается. А так как оценить мои трудовые хлопоты затруднительно, то денег не будет совсем. Готов дать сто долларов, потраченных мною на проезд. Я такую х@йню подозревал, но уж больно Катенька притягивала. Ну не мог я расстаться с ней, несмотря на отсутствие прогресса.
— Во пидарас! — с гневом выдохнул Серёга и хлопнул на стол четыре карты — «молодку».
— Не то слово! — подтвердил я, сбрасывая карты, очков на тридцать, — но Господь обоих наказал. Вернее, правоохранительные органы.
— Все беды — от баб, — тихо прошептал Андрей.

***

2. Собака Баскервиллей

— Все беды — от баб, — повторил Андрюха, пересчитывая взятки, — восемнадцать, опять не вылез. Я как-то с Гербертом во дворе гулял. Уже домой собирались. Подхожу к подъезду, а около него стоит «мерин» навороченный. А рядом с ним деваха по телефону разговаривает. Да такая вся прям красивая, что я аж загляделся. Жена тогда в больнице лежала, а я так замотался, что подрочить некогда было. Вот и засмотрелся. А Герберт, свин мелкий, воспользовался моментом, подбежал и лапу задрал. Да так неудачно: видимо, хотел на колесо, а получилось на туфельку со стразами. Что ж, каждый может ошибиться, тут я его не виню. Опять пики, ходи Вов.
— Знаете, как её это преобразило? — продолжал он, выпив пива, — я сам удивился. В ментовке много чего можно увидеть, но такое.... Помните превращение Сальмы Хаек в киноленте «От заката до рассвета»? Дешёвка!... Разбурю-ка я вас пожалуй, — мент зашёл с трёх «небиток», — козыри есть?

В нужном объёме козырей у нас не нашлось.
— Крик, шум, Герберт в кусты улетел. Я её вежливо спрашиваю — что, мол, вы так нервничаете? А она мне в ухо как даст! Да прям телефоном. А я уставший, сам не понял, каким макаром так получилось — на рефлексе с ноги по п@зде как отгрузил! Заскучала дамочка, скрючилась. Слёзы из глаз потекли. Вы знаете, не люблю я женских слёз, жутко не люблю. Я аж дар речи потерял. Пса подхватил — и в подъезд. А вот теперь с козыря пройдусь. Блядь, почему-то думал, что туз вышел.
Ну вот. Прихожу в отдел с утра, а там заява. На меня, прикиньте? Я то-сё, давайте замнём. А мне говорят, что замять не удастся — у её мужа на каждого капитана майор найдётся, а на каждого майора — подполковник. И так далее, вплоть до министра. Муженёк её по секретным саунам с министром секретные дела шуршит, не хочет по пустякам беспокоить. Так что сам разруливай... Так... считаем. У меня сорок девять. Вам походу по паре и перекур.

Мы подались на балкон.
— Так вот, — затянувшись продолжал Андрей, — пробил я её адрес. Ёб@ный стыд, так это же Ленка, двумя этажами выше живёт. Я её и не узнал... она, меня, видимо, тоже... Ломанулся по адресу, открывает отец. Я говорю — «Вить, дочь дома»? А он зло так мне — «в Кунцево она живёт, в Кунцево!». Мне даже кинолента про Шерлока Холмса вспомнилась, когда старый пердун орал «в Кумтрессе она живёт, в Кумтрессе!». К родителям приезжала. Заодно решила поразить бывших соседей. На неё ведь никто смотреть не хотел — худющая, без сисек и в прыщах. Это сейчас называется «модельная внешность». Ну вот, приехала, значит, покрасоваться. А тут такой конфуз — соседский пёс за столб принял. Да.
В заяве контактный телефон был. Звоню, типа «Лен, извини дурака». А она мне и заявляет — «на два года тянет, так что две тысячи долларов». На двушку не тянуло никак, но с её мужем и на пятёрку запросто. Надо же, тварь мелочная. Она на бензин в месяц больше тратит.
— Тут два варианта, — после раздумья солидно прокомментировал Сергей, — либо ей муж деньги на бензин зажимает, либо она считает, что с тебя больше и не получить. Идёмте играть.

— А я женщин люблю, — сказал Серёга, раздавая карты, — среди них много хороших.

***

3. Компромат.

— Не смейтесь, действительно много. Ходи.
— Татьяна, к примеру? — ехидно спросил я.
— Татьяна, — кивнул Плотников, — а вот муж у неё редкая сволочь. Как-то на деньги меня развёл.
— Тебя? — хором удивились мы.
— Ну а чего?- скромно пожал плечами Сергей, — я же человек. Недавно это было, кстати. Они через дом живут, в третьем подъезде. Какая-то гулянка была, прямо перед домом. Долго сидели. Ну и с этим чёртом тоже выпивал, а как же. Колей его зовут, кличут Борей. Почему так, уже никто не помнит, а он не рассказывает. И вот сидим мы, сумерки уже. Водку допили, пивком благость наводим. И говорит мне этот Коля, что жена его уже давно с ним несчастна. Я спрашиваю, а чего же н@хуй тогда не шлёт? «Любит!» — отвечает. О как! Мне эти санта-барбары всю юность испортили — телевизора боялся, а тут такое в реале. И что же, говорю, может сделать её счастливой? А этот балбес мне и заявляет, что желает его дрожащая половина, чтобы её в два ствола оттянули. @хуеть, думаю, «санта-барбара» сменилась дешёвым порно.
— Почему дешёвым? — поинтересовался я, заходя с двух бубнушек.
— А потому, — ответил экономист, кроя пару тузом и старшим козырем, — что порно бывает только дешёвым. Дорогое называется эротикой. Так вот, задумался я тогда крепко, нет ли какой подставы? Не зря же этого опездола Борей кличут. Но гормон и любопытство победили. Думаю, если жопой не поворачиваться, то новый опыт появится.
Пошли, короче, мы к нему домой. И кого я там вижу? Правильно, продавщицу из магазина. Я ещё не знал, что её Таней зовут. Ты, Вов, её видел — третий сорт не брак. Но всё-таки стоит относиться с уважением к исканиям людей. Сидит такая тихая вся, халатик синенький, как у уборщицы. Так вот, халатик синенький, волосы в пучок собранные, взгляд грустный. Водку пьёт. Николай ей так бодро меня представил, и говорит: «мы сейчас поссать сходим, а ты приготовься, милая. Я ссать не хотел, пошёл хъй помыл. Всё-таки первое свидание. Возвращаюсь в комнату, а Коля свою раком пригнул, и уже осчастливливает, аж сиськи колыхаются. Только почему-то в разные стороны, на реверсе. Я уж было стал задумываться над такой иноходью, да Колян мне и говорит, суй ей в рот, пока не протрезвела. Ну, меня долго упрашивать не надо, штаны скинул и в атаку.
И тут, как ожидалось, подстава! Только она пару раз чмокнула, Колька орёт «довольно!». Что довольно, спрашиваю? Она уже счастлива? А этот говнюк мне и говорит — мы, мол, оба счастливы. Видишь, вон там камеру? Мы тебя засняли. И если завтра не принесёшь тридцать штук, покажем твоей жене. У меня от возмущения всё опало. Надо же, гады какие! Могли бы больше компромата заснять. А я ещё хъй мыл...
Валяйте, говорю, засылайте. Я уже второй год разведён, пусть обзавидуется, сука.
«Тогда на работу отправим» — уходит, значит, Боря на запасный аэродром. Отлично, говорю, очень обяжете. Уважение в рабочем коллективе вещь полезная... В сеть, говорит, выложим. Ну, тут совсем он глупый. Кто же будет смотреть, как твою жену е-бут? А если и нарвутся на ролик, ни одного «лайка» не получите.
Пригорюнился тут Колян. Танька — в слёзы. Так нечестно, говорит. Да я и сам понимаю, что нечестно. Всякий труд должен быть оплачен. Короче, дал я им денег.
— Что, тридцатку? — удивился Андрей, скидывая последние карты.
— Чего ещё, тридцатку им! — возмутился Серёга, — по средней таксе за час заплатил.
— Полторы что ли? — уточнил я.
— Угу. Семьсот пятьдесят. Нас же двое было...

На этой сдаче я получил четверых, а Андрей, так и вовсе — шесть.