Артем Серебряков «Фистула»: Горе от ума, или не пришей к звезде рукав
Юноша приезжает к сестре. У сестры муж-депутат и маленький сын. Компания совершает поездку в театр, потом экскурсию на завод мужа. Далее вялая ссора брата и сестры. И отъезд молодого человека. Вот и все, что происходит в этом романе. Не так и много.
Сподвиг нас к написанию рецензии тот возмутительный и отчасти удивительный факт, что автор несмотря на то, что ужасно ленив, весьма талантлив. И не только талантлив, а еще и очень умен. И не просто умен — но даже еще и хитер. И все эти три — по отдельности полезных — свойства, объединяясь, создают то, что получилось, то есть неприличный жест в сторону любителей психоделической прозы. Я очень сомневаюсь, что Гомбрович был умен. Я не верю, что Роб-Грийе был хитер. Гомбрович был, может быть, хитер да не умен. А Роб-Грийе был умен да простачок. А Раймон Руссель был и вовсе чистой воды имбецил. Поэтому они умудрились создать правильные, свободные произведения. Чем же мешают Серебрякову его ум и хитрость? Вот он начинает писать, его прет, все вибрирует вокруг, радость переполняет мозг, энергия — тело, и тут бы писать и писать себе дальше, как пишется, но у него вдруг включается ум, и ему люто-бешено хочется вставить что-то умное в текст (пофиг что это умное рубит к чертям логику таланта, который гораздо умнее Серебрякова — но это ум иного рода), например, разные цитаты из поэтов, философов, которые, конечно, в психоделической прозе смотрятся как рукав на звезде. У Филиппенко это бы сошло. Но ведь Серебряков метит выше. А потом он очень умно решает воткнуть толстыми намеками сюжеты из греческих мифов — что уже 30 лет назад считалось моветоном, и нас мастер в литинституте за это сильно ругал и бил. И вот здесь, когда текст уже на стадии загнивания находится — в дело вступает хитрость. Хитрость шепчет Серебрякову: Артемка, а ведь наша книжка будет лежать в папке «мои документы» и дальше нее не уйдет, слишком уж она заморочено-психоделическая (с мифами-то ты переборщил!), нужно срочно что-то придумать. И я придумала. А давай, котенок, воткнем туда ну, эти, модные тренды, да побольше. Побольше. Чтобы актуально было. Чтобы все поняли, что ты очень актуальный писатель. Актуальность это наш с тобой путь в премиальные списки. Ну я не знаю, говорит Артем, мне так-то эта актуальность вообще по барабану. Да и тем более — вдруг оно сегодня актуально, а завтра уже не актуально будет? А я опять придумала — мы воткнем ее постиронично, чтобы никому непонятно было на какой ты стороне, стебешься или искренне переживаешь. Если ветер переменится влево — говори, что на левой стороне. А если вправо — что на правой. И вдохновенный шепотком хитрости, юноша принялся кропотливо собирать все, что было трендового за последние годы — скул буллинг, фэмили харрасмент, энимал вайленс, и напоследок разгон демонстраций очень-очень плохими силовиками. Вот теперь у меня все получится! Образы персонажей он сделал нарочито карикатурными, картонными, чтобы на всякий случай всегда можно было откреститься — а я стебался. Речь персонажей тоже оставляет желать лучшего. Ватная, деланная, искусственная (но это не специально, он просто не умеет).
К сожалению, в объеме актуального автор хватил лишку — оный составляет 90% от всего романа. То есть внутри любимой нашей чистой психоделии у него как глисты живут всякие буллинги и силовики, заглушая языковой талант (хотя это тоже понятие, выданное нами с большой натяжкой. Такие выражения как «ехидный запах», уверен, повеселили бы А. К.), разрушая жанр.
Повторюсь. Книжка в результате разваливается на отдельные нитки и это было бы типа круто и авангардно, если бы большая часть линий не состояла из криво прописанного харрасмента, коему место в дешевых газетных публикациях, или у бывшего журналиста Филиппенко, но уж точно не в психоделической литературе. Сращение жанров получилось неорганичным. Даже не жанров, а совершенно разных мышлений. Будто в Серебрякове живут несколько людей. И один сочиняет тонкую психоделику, замечательно создавая образы слоистых засасывающих пространств. А другой бьет первого по голове и поверх его эзотерических текстов лепит кривые агитки про бедных-несчастных сестер Хачатурян и вообще про все, что пишут в интернетах (воспринимая эту политику инфантильно, без малейшей критики). Туда ли ты зашел, лисенок? Если туда — то прежде всего нужно развивать вкус. Хотя, безусловно, это стратегия коммерчески провальная. И я не уверен, что Серебряков хотел бы понравиться мне. В своем кругу, с ультраактуальной Букшой и прочими сотоварищами — ему радостно и перспективно. Но что-то мне грустно от такой перспективы. И хочется просто нахрен послать всех и повеситься. За психоделику обидно. Это моя, моя страна. Мое тайное убежище. И мне невыносимо видеть, как Серебряков тащит туда свою любимую желтую прессу. Ведь будут повторять. Скажут: ему можно, значит и нам можно мешать горячее с круглым, а белое с громким. Осквернения и профанации умножатся.
Вот такие мысли у меня от твоей книжки, Артем. Езжай на природу! Не бери планшет и смартфон. Без книг. Копай картошку, ни о чем не думай. Через два года другими глазами взглянешь на свое творчество. И жизнь наладится. Дети народятся. Деньги рекой польются. Благодать спустится.