Игры настоящих мужчин (на конкурс)

Ну, в общем, Леля ее зовут. Она мне приглянулась сразу. Долго не выкобенивалась и пишет, мол, давай завтра встретимся в обстановке этноса и народных гуляний. То есть пойдем на площадь блины жрать и деградировать среди плебса. Масленица же.

Ну чо, думаю, предложение что надо. Эт дело я завсегда любил там поржать с чертей ряженых да на халяву мучными изделиями закинуться. Опять таки — бюджетно и в меру эстетично, да и всякие там народные забавы для настоящих мужчин, по забиванию гвоздей в полено и поеданию снега мне тож по душе. Тут-то я удаль молодецкую на гуляньях богатырских и прочих игрищах, одобренных Роскомнадзором, покажу и поражу ее стрелой прямо в сердце, а если повезет, то и в другие органы своим копьем потыкаю.

***

Стою. Жду. Отжал ватрушку у бегающего скомороха. Жую. Хлебаю пиво. На подарки решил не тратиться, все одно, думаю, какие нить бусики выиграю или чупа чупсу размера восемь иксов и три эльки. Ебланю по сторонам, выискивая глазами свою красавицу, и тут чую, меня за рукав куртки кто-то дергает. Оборачиваюсь, стоит чота такое радостно-возбужденное с глазами навыкате, волосенками в пучок собранными и с иллюзией груди под легенькой курточкой — ну ни дать ни взять героиня пендоского фильма в котором сисястые старшеклассницы гнобят вот таких жертв школьного насилия, а к финалу картины все получают по пуле в свои красивые головешки от объекта глума. Я так от нее отодвинулся, мол, обозналась, солдатка, бывает, а она давай мне стрекотать, что Леля, значит, опоздает немного и просила с вами погулять, и развлечь вас, чтобы вы не скучали и я, мол, сразу вас узнала, вы Шубин, мне сестра про вас рассказывала, какой вы прикольный и еще дурак, ой, ну то она шутила так. Ну я, естественно, подохренел от такой замены в начале матча и мне сразу ниразу ни скучно стало. А когда ж, спрашиваю, сестра твоя появится? Да через час, отвечает, а может завтра, да какая тебе разница, я что хуже что ли? Такой вопрос называют риторическим, но хоть у меня и был на него ответ, я затолкал его себе в глотку ватрухой и залил пивом.

И чо мы с тобой делать будем, как там тебя хоть крестили, спрашиваю, ожидая услышать чо нить вроде Анжелика или Эльвира. Всех стремных девок так обычно называют. Это такое правило и карма, и во всех требниках прописано. Валентина, грит, но можно Валя и руку мне тычет игриво под нос, мол, целуй, гусар, то ли еще будет. Ну я губы утер ее ладошкой, тип поцеловал, а она все тарахтит, пошли да пошли туда где эпицентр всего действа. Ох епть! Ну куда тебе идти, дурында, думаю. Там тебя по запаре и сжечь могут не разобрав. Но с другой стороны, зря перся шоле? Пошли...

***

Ну, протолкались, через толпу. Там вокруг всякие чертяки кружат, тип веселье создают та по ногам топчутся, в бубны бьют и рогами в глаза лезут. Я уж одному зарядил локтем в бочину, шоб не сильно напирал, и подобрались мы к месту, где затейники от сохи и кувалды деградируют, забивая гвозди в пеньки. Ведущий скоморох зазывает желающих, мол а давайте-ка подходите и не стесняйтесь. Ломите от души, кто, мол, за меньшее число ударов гвоздь вгонит, тому вон вкусняху на полкило в непрозрачном пакете и тульский пряник расписанный сюжетами из камасутры. Ну Валюха меня ручонками толкает хихикая, мол, Шубин, чота мне пряников так захотелось. Ну ладно, думаю, пряник пряником, а буховей на халяву это ж завсегда типа фрибета в букмекерской конторе. Вышел в круг. Ну и зырю — напротив меня мой, так сказать, оппонент. Чувак, такой, несмотря на мороз, полушубок скинул и свитер модный с"бойс«, видать от деда в наследство доставшийся, тож на снег рядом положил. Сам размером немного поменьше стеллажа с книжками в библиотеке имени Крупской и ручонки как те бетонные столбы, тока шо не объявлениями о выгодных кредитах под залог почки обклеены, а синими комиксами из жизни православного мира забиты. Вокруг пенька ходит, молотком жонглирует и руки вверх вскидывает, типа Ивана Драго народ заводит. Ну фиг с тобой, думаю. Я так то в своей биографии тоже не только в сетях телок кадрил, а бывало и сутками кувалду из рук не выпускал. Дали нам по гвоздю и командуют, мол, начинайте. Я гвоздик свой осмотрел и он мне туповатым показался, но насколько я понял, претензии и апелляции в этом шоу правилами не предусмотрены, поэтому воткнул его в пенек да хуйкнул с оттягом. Попал вроде точнехонько, но влез он едва-едва. А оппонент свой херячит от души так, что на четверть воткнул. Эге, думаю. Такими темпами сосать мне петушка на палочке в качестве утешительного приза, а не шатун-воду хлебать. Бью дальше. Снова едва идет. А соперник почище Пичушкина в Битцевском парке молотком орудует. Гвоздь в древесину входит шо член между ног старой шлюхи — легко и без скрипа. Чую еще пару ударов и он в победителях. И тут Валюха как заорет: «Давай, Шубин!». И так это она удачно голос подала — как раз на замахе конкурента моего. Тот от неожиданности дрогнул и врезал куда-то мимо, погнув свой гвоздь. Грабками полез исправлять, но арбитры этой самодеятельности зашикали на него, мол, ниразу не соответствует нормам установленными международными правилами по забиванию гвоздей. Руками не трогать. Только молотком. Ну я воодушевился и попер к финишу. Пока тот еблан свое скобяное изделие ровнял, я так меж делом молоточек по пижонски из руки в руку перекидывая угандошил гвоздик по самую шляпку. Валюха визжит от радости, что у нее такой героический кавалер на этом празднике безумия нарисовался и на шею мне бросается, мол поздравляю, мой герой, пошли дадим джазу в этом унылом балагане. Та ща, грю, двинемся, тока дух переведу и отхлебну бодрящего не рекламируемого по тиви напитка, да и ты давай не стесняйся — глотай. Валька так это винтом бутылку крутанула и залихватски опрокинула в себя чуть поболе трети. Я аж зауважал ее. Да смотрю и похорошела девка, прям словно из салона красоты вышла где из страшил телеведущих первого канала делают.

***

А гулянья тем временем разгорались огнем лесных пожаров в Якутии. В дальнем углу братва собралась побоксировать, ну типа в кулачных боях поучаствовать. Судья робко пытался объяснить про правила, мол, тут все понарошку, сильно не бить, уши не откусывать, ноги не ломать и прочие конечности беречь ибо тут некому будет «пришивать новые ножки, чтобы снова бежать по дорожке». Но куда там! Смотрю, кой кто уже арматурины из-за пазухи достал, кастеты в руках сжимает, да капы в рот вставляет. Призом то ящик коньяка, а за него можно и немного пойти против правил. Благо жаловаться никто, ни куда не будет. МОКу по хрен, а полиция сама в участниках, сдав стволы своим женам от греха подальше. Плоть от плоти народная ж. Человек пять форму сняли и с одной стороны встали. Ну а с другой быстро голов тридцать образовалось — никто ни хотел упускать шанса законно представителя власти отмудохать. Как там у них все закончилось я не увидал, потому что Валька тащила меня дальше. Мимо варваров, ломающих палки о спины соперников, мимо придурков, пытающихся вытолкать друг друга из круга, прыгая на одной ноге, мимо блюющих блинами мужиков, но эти вроде не соревновались, а просто дарили радость и украшение окружающему миру. Туда, карочь, где находился эпицентр всего этого языческого действа. К столбу удачи и позора....

***

Странное так-то, скажу я вам, соревнование. Больше подошло бы к профессиональному празднику электромонтеров или сборщиков кедровых шишек. На столбе висели какие-то валенки, с вышитыми картинками из жизни народов крайнего севера, коробка с продукцией китайской народной промышленности, тряпичная кукла ухмыляющаяся улыбкой невесты Чаки и она — незамерзающая, вкусная, прозрачная, приносящая радость, веселье и эротические фантазии вместе с мордобоем и усталостью по утрам. Ой, грит, Валюха, хочу вон те валеночки, уж больно они мне нарядными кажутся. Прям вот форсила бы в них по району словно Фрея Беха по подиуму. И ресницами захлопала так умилительно, что аж на мгновенье показалось, что прям сама модель рок-н-ролла передо мной стоит.

Ща, отвечаю, надо понаблюдать немного. Провести, так сказать, анализ ситуации, сделать выводы и составить план, дабы из чужих ошибок выковать победу. Эт я так ей красиво загнул, чтобы время потянуть. Мало ли думаю, мож одумается скотиняка, ибо какой там в дырку суслика анализ. У аттракциона творилась вакханалия, порожденная жаждой халявы. Отчаянные соискатели острых ощущений кидались на ледяной столб, штурмующими крепостя сарацинами, но обламывались через несколько минут, шлепаясь задницей на снег. Пара человек ковыляли прочь хромая. Одного, поддерживая под руки, уводила, по видимому жена, причитая, мол, куда ж тебя понесло идиотину, как лампочку вкрутить новую или ковер выбить так у тя радикулит с поносом, а как за водчярой лезть, так сразу Тарзаном себя возомнил.

Внутри меня боролись демоны со светлыми силами. Первые нашептывали, мол, давай, братан, будь мужиком, сорви этот джекпот, ничо там сложного, ни каждый день выпадает чику в валенки обуть и шары залить за счет городского бюджета. Вторые пели, что надо пройти мимо этого искушения и найти себе забаву поинтеллектуальнее, тем паче вон там рядышком, какой-то обалдуй загадки народу загадывает и за каждый правильный ответ одаривает спонсорской чекушкой и шоколадкой. Валька смотрела на меня влюбленными глазами таксы, нашедшей своего хозяина после трех лет скитаний по помойкам города и этот взгляд перевесил чашу весов в пользу первых.

Ладно, говорю, мать, хоть я и не кузнец Вакула, но добудем мы те черевички, ток надо немного подготовиться. Ты пока наслаждайся тут зрелищем падающих претендентов, а я на пять минут отлучусь. Не, не! Ни в Санкт Петербург к царице-матушке, а тут рядышком. Надо немного экипироваться и тебе взять что нить вкусненького и сладенького, водки там или еще какого лакомства. Ну и рву в прилегающий к площади двор, в магазин с поэтическим названием «У Армена». 

***

Армен торговал всем и всегда. На территории магазина не действовали ни законы местных властей, ни указы президента, и даже на международные договора одобренные всеми этими оонами, европейскими хартиями и прочими сборищами нахлебников сидящими в высоких кабинетах брюселей с женевами он клал свой болт приговаривая, что, мол, у меня все качественное, акцизное и сертифицированное и всем случайно забредшим контролирующим органам говорил, что " я ваш мама катал на детскай железнай дароге, радт каши, билядь«. Его старший сын удачно охмурил племянницу губера и поэтому на стенде в «Уголке покупателя» висел игривый плакат разрисованный херами улетающими в облака на воздушных шариках, словно предлагающий всем налоговикам, пожарным, санстанциям и просто рядовым покупателям, недовольным обслуживанием, последовать вслед. В дни праздничных городских гуляний Армеша сам становился за прилавок, дабы не вводить в искушение своих работников на объебос ушатаных горожан. В магазине влет шло все что лилось и хрустело, но мой комплект вызвал у него округление глаз и возглас «чат лах! канешна дарагой, вот твой пачка соли, резиновый перчатки, клей и водка». Я не стал вдаваться в тонкости перевода и оплатив товар ушел под его «захади еще, брат, я жаштам визыт». Ну тут понятно вроде все. Приходи грит еще с визитом...

***

У аттракциона продолжался человекопад. Кое кто из соискателей раздевался до трусов и в одних перчатках и носках пытался покорить вершину под охи женской половины и подначки мужской. Я нашел Вальку и одобрительно, так, похлопал ее по плечу. Смотри, грю чучелко мое несгораемое, ща будем тя обувать как Золушку. Ток помоги мне немного, бутылку вон откупорь, да клей, а я пока приму боевой вид.

Ну, думаю, раз тут такая оргия началась, то для лучшего сцепления тож надо разоблачиться до исподнего. Вроде я ж фигуристый как скульптура Церетели, трусы, по случаю свидания, чистые, носки — не дырявые, да и раз правилами не возбороняется, то отчего же не порадовать публику видом своего торса и выпирающего елдохоши. Одеженку скинул побырому, перчатки натянул, руки Валюхе протянул, дави, грю клей, ща будет победа разума над деревянным истуканом. Валька, хохочет, какой ты, грит, у меня умный, прям как Друзь с Поташевым. Ога, отвечаю, а ты красивая, как хрустальная сова, ток давай пошустрее и соль мне подай, пока твои валенки ветром не сорвало. Ну обсыпаю перчатки обильно солью, прикладываюсь к бутылке для куражу и, расталкивая народ, подхожу к столбу. Обнял его, погладил ласково и рванул вверх. Первые пару метров прошел легко. Завис немного чтобы отдышаться. Вроде все норм. До призов метра три, до фиаско — любое неосторожное движение. Перехватился и снова вверх. И тут, сука, первая засада. Клей с солью частично перешел на столб, а со столба, на мою грудь. Чую — прилип. Вроде как хорошо -не навернусь, но и так то ничего хорошего — дальше тоже сложно ползти. Глаза закрыл. Руками повыше перехватился. Рванул. Заорал. Депиляция волосяного покрова прошла бодряще и придала энергии. Рванул еще раз. Ничего нового. Мат. Боль. Столб покрылся еще некоторым количеством волос. До цели оставалось рукой подать. Я бросил взгляд вниз. Публика неистовствовала. Валька глотала водку из горла. Черти танцевали канкан. Я передвинулся еще на полметра вверх и чую — словно кто-то держит. Ну конечно! Трусы намертво приклеились к столбу. Та твою ж ты мать! Или я не герой романа припорошенных метелью девушек. Дернулся еще. Жопе стало холодно. Херу — щекотно. Яйлам — свободно. Внизу все стихло. Валенки висели прямо над головой. Я протянул руку. Сорвал их. Развернулся по оси столба, чтобы не прилипнуть к нему яйцами и потихоньку начал сползать вниз стараясь не загнать занозы в своего бобошку. Пять метров деревянной мастурбации, несмотря на мороз и сотню пар глаз наблюдающими за рождением нового вида извращения, превратили маленький стручок в вполне себе приличный бобо. В полной тишине я опустился на землю. Надел на хер один валенок, и с другим в руках гордо промаршировал к своей принцессе. Толпа взорвалась аплодисментами. Как сказала ведущая местного канала в вечернем эфире: «Масленица удалась!».

***

Трусы остались висеть на столбе спущенным флагом покоренной вершины. Больше никто ни захотел испытывать судьбу. Валька смущено потупила взор и грит, мол, ты оденься штоль, Шубин, а то как то мне очень стеснительно смотреть на тебя, хоть я и водку всю выпила от переживаний. И за обувь те спасибо, можно я тебя поцелую по дружески в ху..., тьфу, в щечку, совсем чота голова не соображает. Ну я пока одевался, смотрю, девка прям воще расцвела. Во, думаю, что чудо-валенки делают. Куда там Андерсену с его гадкими утятами. А может и не в них дело а в волшебном эликсире, превращающем окружающую действительность с его уродливыми обитателями в сказочный мир населенный принцессами и единорогами. Я аж ширинку забыл на штанах застегнуть и предлагаю на кураже, пошли, значит, дальше тебе какой-нить платок выиграем или там кокошник лентами украшенный. А она смеется и отвечает, не, мол, пошли лучше еще водки возьмем и в бургер кинге колы вон в пустую бутылку нальем, да сходим до ставка, я слышала тут в толпе говорили там кто-то в проруби утонул. Интересно же позырить. Ну так-то спору нет. Ее программа была более привлекательна.

***

И тут мне на ухо: «Привет, Шубин! Заждался поди...». Голову поворачиваю — Леля. Ты, грит, извини, что я опоздала, надо было там кота кастрировать, маникюр сделать да голову помыть, а то как я могла на свидание прийти некрасивой и без накрашенных ногтей. Как в этом списке необходимых действий перед выходом в свет оказался бедняга кот я даже спрашивать не стал, а Леля дальше тарахтит, мол, ну пошли, отведешь меня в ресторан, потом в клуб ночной, потом я тебе буду бухая плакаться, что все мужики жлобы и козлы, испачкаю твою куртку соплями и все равно трахаться не дам, потому что я не такая и с первым встречным в постель не ложусь. Все это она выпалила и тут внимание на Вальку обратила наконец-то. О, грит, Валюша, спасиб тебе, что не дала скучать моему будущему брошенному парню, можешь теперь трамбоваться в общественный транспорт и ехать домой, не забудь тока котику корма купить, а то он какой-то не очень веселый, надо порадовать животное. Смотрю, у Вальки аж слезы от обиды на глазах выступили. Достал я сигарету. Сделал мхатовскую паузу и говорю, знаешь, мол, Леля, а не пошла бы ты со своим котэ сношаться, хотя забыл, он же уже того. У нас так-то еще много чего с твоей сеструхой запланировано на сегодня — какого нить бабая ряженого ушатать, навестить Армена, окрасить снег в оранжевый цвет, родить мальчика и девочку, прожить долго и счастливо и сдохнуть в один день, в двухсотую годовщину рождения Самуила Яковлевича Маршака. Так что ты давай там не хворай, привет котику и береги маникюр. Закончил я свою речь, выкинул окурок, взял Вальку под руку и пошли мы по жизни в мир угара и разврата протаптывая тропы новыми валенками. А народ смотрел нам вслед и восхищался, ах какая красивая пара. Или может это от того что из моей ширинки хер выглядывал. Не знаю...

 #23настоящиймужчина #конкурс_alterlit