Alterlit
bitov8080 prosto_chitatel 14.01 в 12:23

Большая выставка Михаила Врубеля в Третьяковской галерее

В Третьяковской галерее проходит грандиозная выставка Михаила Врубеля, куда так же привезли экспонаты из Русского музея Петербурга, других музеев и придумали концепцию всей экспозиции. На трех этажах расположены живопись, майолика, витражи, расписные панно и графические работы, иллюстрации к литературным произведениям и карандашные зарисовки позднего периода творчества художника. Некоторые работы представлены впервые, а некоторые собраны впервые вместе именно в определенном порядке. Так, организаторам хотелось «устроить встречу» знаменитых Демонов Врубеля в одном зале, и, несмотря на то, что одна из картин не подлежит транспортировке из-за давнего повреждения, задуманное все же удалось.

Сама концепция выставки продумывалась тщательно. Поначалу была идея сделать как бы срез художественных настроений конца 19-го, начала 20-го веков в сравнении с картинами Врубеля, но для этого пришлось бы договариваться со множеством музеев и везти работы известных мастеров из-за границы, что сейчас довольно затруднительно сделать. Остановились в итоге на том, чтобы выставку организовать не в обычном виде — как хронологию развития таланта художника и его жизни, начиная с ранних периодов и заканчивая поздним, а достаточно неожиданно — концепция выставки отражает стиль мышления Михаила Врубеля, то, как он рисовал картины, метаморфозы и преображения идей, которые владели его воображением.

Именно поэтому первая картина, которая встречает посетителей на входе — это визитная карточка художника, одна из его знаменитых работ — «Царевна Лебедь». Написанный по мотивам оперы Н. А. Римского-Корсакова «Сказка о Царе Салтане» загадочный образ, который как бы существует на границе двух миров, реального и воображаемого, настоящего и сказочного. Тот мир, куда было дано попасть только Врубелю, и в который, благодаря его гению, можем заглянуть и мы.

Надо сказать, что освещение в залах было устроено довольно странно, поэтому «поймать» хороший кадр так, чтобы отсвет или яркое пятно лампы не портило изображение, было ну очень сложно, я тут стараюсь, как могу, заранее извините заваленное всё.

Однако, причудливость освещения искупается причудливым же, но со знаком плюс, устройством залов выставки. В соответствии с задумкой, отражающей процесс творчества художника, когда одна, придуманная им идея или образ, жила во множестве полотен, переходя с холста на холст в самом причудливом виде, видоизменяясь, но продолжая будоражить воображение художника, залы выставки устроены так, что из одного отдельного пространства, посвященного той или иной знаковой картине, зритель может увидеть еще несколько залов, работы которых определенным образом соприкасаются.

Демон. Образ, который преследовал Врубеля на протяжении почти всей его творческой биографии, собран в одном зале. Три картины, в которых отражена его эволюция. От яркого, молодого, прекрасного, но такого грустного и одинокого, до летящего, почти бесплотного существа со странной анатомией, к поверженному. С искаженным, страшным лицом. 

Если перевернуть Летящего, получится Поверженный, на самом деле это как бы одна картина сразу в двух, и голова Летящего сначала была там, где сейчас синее, переливающееся облако, а ту, которую мы видим на картине, художник просто приклеил. Так, как это видел только он. С поверженным Демоном есть своя история, которую я сейчас расскажу, но прежде расскажу, как я пишу этот текст. 

Сначала я купила билеты, которые улетали очень быстро, и пошла на выставку. Перед входом стоят настоящие спекулянты, которые голосом чревовещателей откуда-то из недр замотанных шарфами туловищ, предлагают «купить билетик на Врубеля». Это не раздражает, а наоборот, чрезвычайно веселит. Вот, значит, как. В Третьяковку спекулянты билеты продают, не абы куда, а на выставку. Пройдя по всем трем этажам и постаравшись зафиксировать ощущения от увиденного, дома я села читать все, что нашла про Врубеля и его творчество, пересмотрела ролики про саму выставку, послушала один подкаст, почитала про каждую картину отдельно, и скажу вам, что во-первых, теперь мне мерещится, что биографию Врубеля знают вообще все, и пересказывать ее здесь не имеет смысла, а во-вторых, катарсис как бы постижения силы таланта и всего жизненного пути Михаила Александровича, настиг меня не при созерцании его работ, не при чтении сухих фактов биографии, а тогда, когда я добралась до писем, что писал он своей сестре, писем его жены, Надежды Забелы-Врубель и свидетельств великих современников художника, с которыми ему посчастливилось быть знакомым. Поэтому позволю сюда включить некоторые из них.

Из воспоминаний Александра Бенуа:

Ближе для него был Князь мира сего, Люцифер, красавец-ангел, не Карамазовский Чёрт — «приживальщик», а прекрасный, хотя и лживый, близкий, нежный к людям, хотя и жаждущий их мучений Демон — такой же надломленный и гордый, такой же трагический, как сам Врубель. В картине Врубель захотел изобразить свою мечту о Нём, свое виденье Его. И, глядя на эту картину, на эти картины (ибо неоднократно брался он за Эту тему, долго бродил он вокруг своего предмета, со всех сторон присматриваясь к нему), глядя на них, веришь, что Князь Мира позировал ему. Есть что-то глубоко правдивое в этих ужасных и прекрасных, до слёз волнующих картинах... Но Демон остался верен своей натуре. Он, полюбивший Врубеля, всё же и обманул его. Эти «сеансы» были сплошным издевательством и дразнением. Врубель видел то одну, то другую черту своего божества, то сразу и ту, и другую, и в погоне за этим неуловимым он быстро стал придвигаться к пропасти, к которой его толкало увлечение Проклятым. Его безумие явилось логичным финалом его демонизма. Я помню, с каким ужасом мы замечали постепенные шаги к безумию на самой картине. Врубель сам привёз её из Москвы на выставку «Мира Искусства».

Итак, Демон Поверженный, после которого художник, как пишут многие исследователи, «пал в пучину безумия». На самом деле, впадал он в нее постепенно, и в молодости отличаясь некоторой экспрессивностью и порою странными выходками, но в точке бытия, связанной с Демоном Поверженным, Врубель был уже практически одержим этим образом и работал сутками напролет, практически не прерываясь на сон и еду. Рисовал картину художник в маленьком помещении, которое едва вмещало в себя холст нужного размера. На противоположной стене была установлена лампа, которая освещала картину так, что роскошные крылья упавшего в расщелину Демона блистали и переливались всеми цветами радуги, ведь мастер решил добавил в краски специальный порошок, который по его задумке должен был усилить впечатление от картины. В начале 1902 года картину привезли в Петербург на выставку «Мир искусства». Другое освещение изменило все, как казалось художнику, до неузнаваемости, погасив и убив все краски. И каждый день, не обращая внимания на посетителей, Врубель начал приходить к картине и прямо на выставке перерисовывать ее, поправляя какие-то мнимые огрехи и пытаясь «исправить» положение. Но в павильон проникал солнечный свет, меняя освещение на протяжении дня так, что все исправления оказывались тщетными.

Из письма жены Михаила Врубеля своей сестре:

....картину «Демон» перевезли в Петербург для выставки «Мира искусства», и Михаил Александрович, несмотря на то, что картина была уже выставлена, каждый день с раннего утра переписывал её, и я с ужасом видела каждый день перемену. Были дни, что «Демон» был очень страшен, и потом опять появлялись в выражении лица Демона глубокая грусть и новая красота… 

В соседнем зале, который виден через «окошко» зала с демонами — наброски к Демонам и иллюстрации к поэме М. Ю. Лермонтова «Демон». Врубель говорил, что его Демон это не черт и не дьявол.

Ведь «черт» по-гречески просто «рогатый», дьявол — «клеветник». А Демон  — значит «душа» и «олицетворяет собой вечную борьбу мятущегося человеческого духа, ищущего примирения обуревающих его страстей, познания жизни и не находящего ответа на свои сомнения ни на земле, ни на небе»

Период, когда художник знакомится с Саввой Мамонтовым и работает под его покровительством, по праву считается периодом расцвета разнообразных талантов Врубеля не только, как художника, но и как скульптора, иллюстратора, декоратора и еще многих других. 

Из воспоминаний художника Коровина Константина Алексеевича:

Увидав меня, Савва Иванович взял меня под руку и повел в ложу на сцене.

— Послушайте, что же это такое? — глаза Саввы Ивановича улыбались. — Что же это Врубель — это же черт знает что такое! Вы видели его картины, которые он привез сегодня ко мне в мастерскую?.. Видели?

— Видел, — говорю.

— Что же это такое?.. Ужас! Я ничего подобного не видал никогда. И представьте — я ему говорю: «Я не понимаю, что за живопись и живопись ли это». А он мне: «Как, говорит, я рад… Если бы вы понимали и вам бы нравилось, мне было бы очень тяжело…» Подумайте, что же это такое?.. В это время ко мне приехал городской голова Рукавишников. Вошел в мастерскую, тоже увидал эти картины и говорит мне: «Что это такое у вас?.. Что за странные картины, жуть берет… Я, говорит, знаете ли, даже признаться — забыл, зачем я к вам приехал…» Подумайте!.. Я ему говорю: «Это так — проба красок, еще не кончено…»

За камин, созданный в 1900 году, на всемирной выставке в Париже Врубель получил золотую медаль. 

А здесь тема цветов и, в частности, сирени, рисуя которую, как говорили современники, Врубель нашел тот самый темно-лиловый, тревожный и прекрасный цвет, которым позже будет написан Демон, лежащий на склонах закатных гор, раскинув свои изломанные крылья. 

Кстати, существо, похожее на Демона выглядывает и из кущи сирени в самом верху картины с прелестной дамой, сидящей на скамейке (вообще, задумывался портрет жены художника на фоне цветов, но Врубель так увлекся рисованием куста, что портрет превратился скорее в портрет сирени). На холсте вверху виден залом, Савва Мамонтов полагал, что без этого вот пятна сверху, вся композиция смотрится лучше, и лишь позже, когда картина переехала жить в музей, ей вернули первоначальный вид. 

Поначалу здесь тоже планировался портрет жены, но Михаил Александрович вдохновился рассказом Анатоля Франса «Святой сатир» и за пару дней нарисовал «Пана». Хотя, сам художник так и называл эту картину, «Сатир».

Монументальные панно:

И витражи:

Выставка расположена на трех этажах и очень символично, как спуск в подсознание, в тайны психики и пограничных состояний, к последнему периоду творчества художника, выпавшему на его пребывание в психиатрических лечебницах, ведет вниз большая лестница. 

Все, кто рассказывают о Врубеле, отмечают, что ему повезло с психиатрами. «Если можно так выразиться», — сказала одна из ведущих канала о культуре, где шла речь о великом художнике. Почему же «если можно». Не только можно, но и нужно так говорить, ведь врачи оказались людьми очень широких взглядов, ценящими в художнике его природный дар и талант. Они вообще хотели верить, что болезнь не совсем даже и болезнь, а как бы некое пограничье, куда Врубеля уводит его необыкновенное виденье мира, где потустороннее смешивается с обыденностью и рутиной, где обычный человек превращается в сказочное существо. Врачи бережно сохранили все рисунки, которые художник делал в клиниках и позже передали в музей.

Сначала это выглядит страшно, согласитесь. Наброски санитаров и служащих лечебницы и зарисовки декораций к спектаклям.

Но потом все меняется:

Из писем явственнее всего видится, что вся жизнь Врубеля шла к некоей точке трагедии. Все его странности характера и некая эксцентричность, пьянство и безалаберное отношение к своим же работам, мотовство и беспорядочная дружба со случайными людьми не его круга и образования. Но с другой стороны, судьба все-таки одарила его талантами, позволила создать шедевры, полюбить сильно и на многие годы, узнать встречи, расставания, разочарования и обретение личного счастья и крепкой многолетней дружбы.

А что, если посмотреть под другим углом, может быть это не трагедия, а удача? Если можно так выразиться(с) Возможно, его особенность позволила все годы ходить по краю гениальности и безумия, видеть «то, чего другим видеть не дано», обладать даром сочетать в себе талант не только живописца, а куда более разносторонний и глубокий дар, тонкую натуру, способную воспринимать прекрасное и в музыке, и в театре, и в литературе. Будь он «обычным» человеком, кто знает, возможно, всего этого бы и не было.

Другое дело, как при этом сложилась судьба его жены, её жалко скорее всего и всех. Как человека, который делил свою жизнь с глобальным нездоровьем любимого. Когда нормальный человек вынужден наблюдать рядом с собой эти переходы из состояния нормы в состояние пограничное, а далее падение в пучины безумия, тут ему совсем не позавидуешь. Я процитирую одно письмо, которое Надежда Врубель писала своей сестре, по памяти: «приезжай, как только сделается возможным. Я совсем теряюсь рядом с ним». А еще было письмо о невозможности вывезти мужа на дачу к природе, потому что «находиться с ним вместе с сыном нет никакой возможности. Это небезопасно, да и у меня не получится..» дальше я не помню, что там было, но смысл понятен.

Через три года после смерти мужа, Надежда Врубель дала свой последний концерт и ночью покончила с собой. Все-таки, мне кажется, главная трагедия жены, это, конечно, смерть маленького сына Саввы.
Безумие накрыло Врубеля во вполне взрослом возрасте, и уйти из жизни в общем-то он выбрал сам, опять же из очередного письма: «нарочно, мне кажется, стоял у форточки» и заработал пневмонию, потому что говорил, что «устал жить».
Ну устал и устал. А может быть, жена тоже устала читать ему вслух, когда он ослеп, и петь бесконечно свои концерты, не знаю. Самоубийство видится мне всегда тоже своего рода помешательством, каким-то аффективным расстройством, что суть одно и тоже. Но не лишают же себя жизни все поголовно люди, наблюдающие душевные расстройства..

Что лучше, быть никчемным серым ноунеймом или безумным гением? Можно долго спорить, но думаю, то и другое — прекрасно. Всегда это жизнь. Врубель работал почти круглыми сутками над своими Демонами, который ни один мне не нравится, и вообще, тревожно там, среди его картин, пока не спустишься на этаж, рассказывающий о периоде жизни в психиатрических лечебницах. Там ничто не страдает и не мечется. Там, как видите, только карандашные наброски лиц и пейзажей за окнами. И мне там понравилось больше всего. Но Врубель работал и наслаждался работой, страдал и рвал картины на куски, приклеивал к ним головы и перерисовывал поверх совсем другое, а потом продолжал рисовать тот же сюжет уже в другом полотне. Это же прекрасная жизнь, полная приключений. Какая тут трагедия.

Забавно, как журнал «Новое время» тогда отреагировал на новость, опубликовав заметку про Врубеля. Что-то из двух предложений о том, что «художник Врубель наподобие декадента Бодлера спятил с ума». 
 
Но еще примечательнее воспоминание художника Судейкина о том, как однажды Врубель у своего друга Фон Мекка отчитывал всю компанию, собравшихся друзей, уже состоявшихся более менее художников, критиковал всех по очереди так, что художник Нестеров расплакался и вышел, а Серову Врубель сказал: «Ты, Валентин, не совсем еще погиб. Возьми моего «Демона» и копируй его, и ты многому научишься. Довольно тебе подковывать сапоги московским купцам!»
Что именно тут примечательно — Нестеров вышел и расплакался.
Я, кажется, очень хорошо понимаю Нестерова.
Знаю людей, которые могут так рассказать о своем величии и ничтожестве всех окружающих, что натурально хочется заплакать.
Это ли трагедия? Нет. Не думаю. Но вы можете поспорить.
 
Спасибо и до новых встреч, ваш p_ch
 
#imhoch #alterlit #выставка_врубеля #новая_третьяковка
  • 13
    7

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • hlm
    Аля К. 14.01 в 12:52

    Такой внимательный подход к обозрам, деталям...

    Спаибо большое!

  • bitov8080
    prosto_chitatel 14.01 в 12:54

    Аля К. спасибо

  • vpetrov

    Спасибо! Словно бы побывал и вживую послушал. Приятна успокоительная прохлада повествования о выставке творений художника, во внутреннем тигеле которого переплавлялся песок в цветное стекло, а цвет и формы переплетались с воображением и чувствами, как ветви и плоть с ветром и водами. Думается, если бы прочёл (а ещё лучше - послушал) повествование (воображаемое, увы!) Дмитрия Сергеевича Лихачёва, к примеру, о Пламенееющей готике, то получил бы не более удовольствия. Прекрасно! 

  • bitov8080
    prosto_chitatel 15.01 в 11:03

    Вячеслав Петров благодарю

    Там в Третьяковке отчего-то сложно воспламениться, всегда прохладное получается

  • vpetrov

    prosto_chitatel Вы выбрали единственно возможную, предельно корректную, тональность повествования при описании выставки творений художника, чья психика явно не выдерживала груза таланта и воображения. До сих пор это удавалось в такой степени лишь Александру Бенуа. Демон Врубеля не коснулся его. А выставка - замечательная. Особенно - Вашими глазами. Ещё раз благодарю.

  • igor_funt
    Игорь Фунт 14.01 в 20:14

    !!

  • Karl
    эзоп 14.01 в 20:38

    Это просто требует вдумчивого прочтения и детального просмотра, я в Третьяковке был два раза в студенческие годы, но и сейчас бы посетил.

    Буду смаковать Женя!

    Спасибо)

  • Karl
    эзоп 14.01 в 20:40

    Куплет от Кости Беляева))

    В третьяковке старый хрыч

    Молодому говорит

    Вот видишь трёх Богатырей

    Так в центре Муромец -еврей)))

    ЗЫ

    Но я люблю евреев и все народы мы братиья!