Рассказ танцовщицы

Я познакомился с ними накануне Нового Года. Александр, Алина и их шестимесячная дочь Карина пришли на приём в то ветреное декабрьское утро.

– Наверное, нам уже ничего не поможет, Саша?! – сказала обреченно девушка, пока мы шагали по территории госпиталя в мой кабинет.

– Раз вы здесь, то надежда ещё есть! – ответил я вместо молчащего супруга, согревающего под курткой дочурку, которая терпеливо переносила зимнюю стужу. – Не каждый доходит до психиатра или семейного психотерапевта.

Мы так и беседовали втроём, в то время как Карина удивлённо разглядывала то родителей, то меня, то аквариумных рыбок в кабинете. Она не по возрасту молчала, несмотря на то, что папа с мамой говорили об остывших чувствах, изменах, редком сексе, оскорблениях, безработице, долгах, предстоящем разводе, и о том, что спустя два года не выплачен кредит за свадьбу.

На следующий день после свадьбы Алина потеряла работу, а вскоре уволили и Сашу. Безрадостная жизнь у родителей, которые поочерёдно спроваживали своих взрослых детей, а потом и внучку, сопровождалась метаниями между работами, за которыми следовали обман за обманом. Их браку два года, но кажется, что «пуд соли» их скоро исчезнет.

Ему 31, ей 21. У него второй брак, у неё первый. Он её любит и ревнует, на аудиенции она рассказала о том, что любит другого. Говорит, что любила Сашу, но через год, когда появились материальные проблемы, «любовь исчезла». Плакала, но мне показалось, что из-за жалости к себе и к тому, что не может повернуть настоящее.

Прошло две недели, и она попросила о встрече, но без мужа. Сегодня она подкрасила лицо тушью, помадой, тональным кремом и расстегнула свой кремовый пуховик. Облегающая футболка с короткими рукавами и чёрными рюшами, глубоким декольте, обтягивающие серые лосины, угги, на правом предплечье, как фонарь светила цветная татуировка в виде розы с короной и надписью «твоя», которую она посвятила своему мужу.

– Мы ругались почти всю ночь. Из-за секса, точнее, из-за его отсутствия. Я хочу, но не его. Он мне противен. Я с трудом пересиливаю себя. Вчера я пришла уставшей с работы. Понимаете, я работаю в женском стриптиз-клубе, за смену проходит пятьдесят, а то и шестьдесят девушек, с каждой из которых я должна поговорить, поправить прическу, одежду, обсудить её поведение в зале. Мне ведь только двадцать один и не все меня слушаются. Иногда приходится и самой на сцену выходить… Нет, я уже не танцую. Развлекаю клиентов. Они меня кормят, поят, преподносят подарки. Моя зарплата пятьдесят в месяц. А тут за вечер могу десять-пятнадцать заработать. Тут, на спор с клиентом выпила двести грамм чистого рома. Не помню, как добралась домой. Два дня отходила. Зато пять тысяч выиграла. Плюс у меня есть Юра. Миллиардер подпольный, бандит в законе. Всё тело в шрамах от пуль. Ему сорок три. Холост. Я его не люблю, но мне приятно с ним. Как-то поужинала в ресторане, а он мне двести роз подарил, когда я сказала, что «свиданий без цветов не бывает». А потом семьдесят тысяч на карту положил. Просто так. Есть ведь добрые люди в наше время! Поначалу думала отдать Саше, чтобы со свадебным кредитом рассчитаться. А потом посчитала и решила, что деньги нужны на чёрный день. Я их в доллары перевела и спрятала… Саша не знает где. Под ковром у мамы… А на Новый Год Юра самсунг гэлакси шестой подарил. А он знаете, сколько стоит? Шестьдесят тысяч… Саша знает обо всём… Раньше бесился, но сейчас привык или я его приучила. Говорю, что он ведь для нашей семьи старается, чтобы нам легче жилось… Я ведь девушка умная, но могу притвориться глупенькой. Мужчины любят таких. Глазками постреляю. Нет, Юра о Саше не знает, так же, как и том, что я замужем. О ребёнке сказала, так как отказывалась от встреч. Он ответил: «Залетела, девчушка! Бывает с каждым…» Но такого мужчину грех потерять. Многие девчонки мечтают о таких, чтобы только приблизиться к их уровню. А этот сказал: «А ведь у нас бы могло бы быть с тобой что-то… милашка».

И вот вчера у Саши ничего не получилось. Мы связали это с антидепрессантом, что вы прописали. Там в побочных эффектах есть. В итоге ругались. Я хочу, а он не может. И потом, он обиделся, что я уснула прямо в одежде, не снимая макияжа. Проснулась, а он порнуху на телефоне смотрит. Хотя мы и договаривались, что будем смотреть только вместе. Потом стал упрекать меня, что я общаюсь с Алексеем из Харькова. Он так и продолжает подозревать, что наша дочь от него, хотя я предлагала выполнить генетическую экспертизу. Я не могу не думать об Алексее. Даже, когда Саша проверяет мои телефоны, смотрит почту, я думаю о нём. Он тоже живёт не по любви. С девушкой, с которой ничего не связывает, кроме быта. Говорит, что ради меня готов бросить её. Но в Москву не хочет переезжать. Объясняет, что в Харькове за квартиру платит три тысячи рублями. И я не хочу туда. Здесь работа, мать, сестра. Так и живём в вотцапе и вайбере. Отправляем себя в них. Я не жалею, что год назад изменила с ним своему мужу. Такого секса у меня ни с кем не было. И, кажется, что и не будет. Это что-то фантастическое! Я познакомилась с ним до Саши, мне только четырнадцать лет исполнилось. В Крыму у тётки отдыхала. Море, песок, сосны, горы. Он не такой романтичный, как Саша, но в нём я чувствую мужскую силу. Когда мы рядом, мир перестаёт существовать для меня. Только мы двое. Мы почти год не общались, думала, что забуду. Да и с Сашей всё было хорошо. Рафаэлки, розы, кино, полные пакеты продуктов. Год, как в раю. А после свадьбы, как будто всё под откос. Как будто пуповину нашей любви перерезали. Точнее, моей. Я-то вижу, как он страдает. А у меня только жалость осталось к нему. Ведь никому он не нужен.

А через год я не выдержала и возобновила общение. «Доброе утро», «спокойной ночи» и между этим пару-сотен сообщений в день… Не знаю, конечно, как он в бытовом плане, но любить его мне нравится. Кажется, что это единственное светлое, что осталось в моей жизни. Как лучик, который освещает мне дорогу в этом мире.

Я не знаю, что мне делать, доктор. Помогите выйти из этого клубка. Мне не хватает смелости порвать отношения с Сашей. Всё ж таки с ним удобно… Не люблю ложиться в холодную постель. Приятно, когда кто-то рядом. Пусть и иногда он мне противен, но он квартиру оплачивает, с ним легче, ребёнка на него могу оставить, пока сама работаю. Но вот домой приходить не хочу. Как быть? Бросить его и жить своей любовью? А что с ним будет, пропадёт?

– Умрёт…

– Вы так спокойно об этом говорите?

– Как и вы… Да, умрёт. Он говорил мне о своей любви к вам. Он ведь с трудом перенёс первый обман в жизни. Я немного разбираюсь в характерах. Да и сейчас он в депрессии, винит себя во всём.

– Что же мне делать?

– Жизнь сама всё сделает за вас. У вас есть самое ценное в этом мире – это ваша дочь. Это чудо, которое даётся нам природой. Направьте свою любовь на неё. Чем больше, тем сильнее будет ответ, в котором вы будете нуждаться рано или поздно… Ваша жизнь сейчас опутана ложью и постоянными сделками с совестью. Так не может продолжаться бесконечно долго. Мне кажется, что Юра мог бы жертвовать деньги простым нищим, не требуя ничего от них взамен. Наверняка, он знает о вашем муже и о ваших телефонных разговорах. Алексей же выбрал беспроигрышный вариант для себя и чтит память об отношениях с вами на расстоянии. Я не могу вам советовать в выборе спутника жизни. Могу только отразить услышанное в своей точке зрения, а вы можете принять или не принять этого. Слушая вас, я вспомнил недавний роман «Манон Леско», написанный три сотни лет назад Аббатом Прево. Они пытались обмануть мир, и мир поглотил их…