Хохлушка
— Ты тоже была маленькой? — недоверчиво спрашиваю я маму и даже касаюсь ладошками ее щек.
Растягиваю их в разные стороны и отпускаю. Смотрю на маму со всех сторон и не верю.
— Представь себе, — смеется мама, — и мне тоже было пять лет, как тебе.
Я вздыхаю.
— Поверю на слово, — сдаюсь я и закутываюсь в одеяло.
Мама чмокает меня в макушку, гасит свет и уже собирается выходить из комнаты, когда я задаю вопрос в упор:
— А что ты любила в детстве сильно-пресильно? Или кого? Бабушка не в счет.
Мама застывает у двери. Даже в темноте заметно, что она думает.
— Хохлушку, — вдруг говорит мама. — Нашу курицу.
Я цокаю языком от предвкушения очередного маминого рассказа и замираю.
Хохлушка была курицей необыкновенной красоты. Она выделялась среди всех наседок. Белая птица с серыми брызгами перьев. Необычный пушистый хвост. Огромный красный гребень.
Маленькая мама приходила в курятник, гладила пеструю курицу и рассказывала той обо все на свете. Как родители однажды отлупили ее крапивой, когда она не слушалась. Как ей хочется на следующий год пойти в школу, и как ненавидит детский сад. И как отчаянно она мечтает о кукле Ляльке с огромными черными ресницами, которую увидела в витрине магазина.
Курица внимательно слушала и кивала гребнем. Она все понимала и прекрасно разбиралась в детских страданиях.
А потом пришло время — Хохлушку решили зарубить. На суп. Так уж повелось в куриной жизни — не первая Хохлушка, и не последняя курица без головы.
У маленькой мамы случилось истерика. Оказывается, Хохлушка яиц не несла, и ее изначально откармливали на мясо. Но маму такой чудовищный расклад вещей не устраивал.
— У меня от переживаний даже поднялась температура, — говорит мама и проводит ладонями по лицу. — Всю ночь я металась по кровати, а наутро в моей голове созрел план. Я встала пораньше, сама кое-как натянула одежду, пробралась в курятник и схватила Хохлушку. Запихнула ее в большую клетчатую сумку.
Я слушаю маму с замиранием сердца. Представляю, как она с клетчатой сумкой бежит в лес, чтобы выпустить там Хохлушку и спасти ее.
— Почему-то в тот момент я не вспомнила про лисиц, которые часто забегали к нам в поселок и утаскивали уток и кур из домов, стоящих на окраине. Я думала, что моя любимая Хохлушка теперь свободна, а, значит, спасена от жуткой смерти под топором. Отец однажды рубил курицу на моих глазах, и меня потом рвало пол дня.
Маленькая мама обняла курицу, заплакала и сказала: «Лети, Хохлушка! Ты свободна!». Сердце мамы разрывалось от горя, но огоньком теплилась мысль о спасении своей любимицы.
Хохлушка не взлетела, она серьезно и укоризненно смотрела на маму то одним глазом, то другим. Потом покачала головкой и деловито скрылась в кустах.
Мама посидела, поплакала и решила возвращаться домой. И в именно тогда поняла, что заблудилась. Ей казалось, что она зашла в лес совсем недалека и видит опушку. Но солнечные просветы между деревьями были всего лишь маленькими полянами, а лес и не думал расступаться. Маленькая мама почувствовала в прямом смысле слова, как сердце опускается в пятки, она заметалась между деревьями, начала истошно кричать, звать на помощь, но все без толку. Один раз даже попыталась влезть на осину, но сорвалась и грохнулась вниз.
— Я бродила по лесу до вечера, и когда наступила ночь, сжалась в комок под деревом. Не могла от усталости и страха двинуть ни рукой, ни ногой, — рассказывает мама. — Далеко в темном небе надо мной висел оранжевый серп месяца, тонкий, словно вырезанный из картона. Я на всю жизнь запомнила эту картину: кроны деревьев, редкие слабенькие звезды и яркий пылающий месяц.
Я ахаю:
— А что потом?
— Потом меня нашли, — мама улыбается, — Еле живую, замерзшую и трясущуюся. У твоей бабушки половина головы стала седой после того дня. Вот так я повзрослела в пять с половиной лет.
— А что же Хохлушка? Ее съела лиса?
— О, нет, — загадочно отвечает мама. — Хохлушка спасла меня в ответ. Когда меня начали искать всем поселком, то сначала наткнулись на курицу. Она не ушла с того места, где я ее выпустила. Носилась между кустов, как заведенная, и кудахтала. Когда увидела людей, побежала в другую сторону. Пошли по следам курицы и увидели меня. Так мне потом бабушка рассказала.
Я перевариваю историю про храбрую маленькую маму и храбрую Хохлушку. Я бы так не смогла... Да и где лес найти в центре города? Я обнимаю маму и расцеловываю ее лицо.
— А что дальше случилось с Хохлушкой?
Мама накрывает меня одеялом и подтыкает его со всех сторон.
— Папа, твой дед, поклялся, что пальцем мою спасительницу не тронет, — улыбается она. — И Хохлушка еще долго жила с нами. Слушала мои рассказы про школу и первый класс, про первую любовь и про ссоры с подругами. А теперь спи, дочка, на сегодня историй хватит.
Я быстро засыпаю, и мне снится белая курица с серыми перышками и месяц, похожий на серп. И моя мама, которая тоже, оказывается, была когда-то маленькой.