СЕРЫЙ ЦВЕТ НАДЕЖДЫ

Почему мне так помнятся дни ленинградских морозов?
И те годы, когда прожита была только лишь треть?
Этот воздух колючий вдыхал, как эфир для наркоза.
Боль души по-другому нельзя было перетерпеть.

Не забыть этой питерской юной промозглой погоды.
По струне напряженного Невского скользко идти.
Там на утреннем небе заря багровеет свободы.
И до крепости, словно до Рима, ведут все пути.

Оттого-то, наверное, юности цвет тёмно-серый.
И ещё не истлела дворцовых музеев парча.
И стоит бурый гроб, словно призрак в Конюшенной церкви,
И в словах «Безымянный», «Сенная» двойчатки звучат.

Пятистопной походкой гулять вдоль гранита — услада.
Петербургский прохожий любой мне как будто знаком.
Сливки взбитые снега и крошки на них шоколада.
Занимается утро пахучим кофейным дымком.

Никогда не пройти эту пропасть от «нынче» до «прежде».
И никто не покормит имперского злого орла.
И все кажется, в городе этом есть место надежде,
И как будто она от отчаянья не умерла.