Мать, сын, соль
— Во всём виновата моя мама! — сказал немолодой мужчина, сидя за кухонным столом недавно отремонтированной квартиры. — Она всю жизнь меня подавляет. С раннего детства. Всё учит, воспитывает, унижает ниже плинтуса, да ещё и при посторонних.
— Вы могли бы спокойнее реагировать на её замечания. В конце концов, почему вас это так задевает?
— Я боюсь, что у окружающих может сложиться ложный взгляд на действительность.
— Действительность — это вы сами. Она не зависит от окружающих, так как это лишь её субъективный взгляд в данную единицу времени. Как и любого другого человека. Ваша мать видит в вас возможно умершего мужа, который также как и вы пил, изматывал её ревностью, драками и бессонными ночами. Ей, наверное, хотелось бы, чтобы в тридцать лет у сына была стабильная работа, крепкая семья, дети и проверенные друзья. Я в вас наблюдаю пациента с зависимостью от алкоголя и наркотиков. Полицейский изобличил в вас преступника, который намеревался сбыть три грамма соли. Прокурор хочет проучить вас и перевести с домашнего ареста на зону, где вы возможно забудете о наркотизации и прочих радостях...
Не знаю, понимал ли меня, сидевший напротив, улыбающийся самодовольный мужчина с выпирающим из-под не глаженой майки животиком, мелированными прядями, закрывающими один глаз, с неустойчивым аффектом и полуразрушенным мозгом. Он не смог выполнить тест рисования часов и запомнить предъявленные три слова. Мать — школьная учительница с укоризной и стыдом смотрела на него, как он нелепо рисует минутную стрелку, умножает и делит простые числа и что творилось у неё в сердце, мне не понять и не передать словами.
— Вы давно не работаете?
— Три. Нет, шесть лет назад у меня была практика в суде.
— И?
— С тех пор ищу. Никак не могу подобрать что-то подходящее.
— А как?
— Собеседования разные, резюме, друзья... ничего не помогает.
— Потому что характер у тебя стал невыносим!
— Молчи! Ты опять лезешь и суешь свой нос, куда не следует. Не мешай нам. Мы ведь почти не живём вместе последние тринадцать лет... Мне может, нужно с доктором с глазу на глаз поговорить. Я ведь из-за тебя согласился на эту консультацию.
Мать ушла. Может быть, недалеко. Наверное, притаилась в темном коридоре и слушала в очередной раз повесть о неудачах своего сына. Что работодатели вокруг плохие, алчные и тупые, и его постоянно недооценивают. Что гражданская жена на шестом году брачной жизни захотела ребёнка, и он прозрел и понял, что совершенно не любит её, и не готов к решающему шагу. Что друзья подставили его и принесли к нему в квартиру три грамма соли. Что три недели ему снится наркотик, и он просыпается в поту, заедая тягу сладким.
— Вы часто употребляли?
— Раз в неделю. Перед ночным клубом, чтобы веселее было.
— Его раз в неделю надо умножать на три, — не вытерпев, вторглась в наш разговор мать.
— Да ты на себя посмотри! — вскочил со стула дородный сынок и нервно зажег сигарету. — Мне рассказать врачу, как ты с подружками посиделки на кухне устраивала?
— А как вы организуете свой досуг? Спортом увлекаетесь?
— Да. До семнадцати лет я занимался профессионально футболом. Сейчас люблю смотреть матчи, фанат Спартака. Интернет, кино, компьютерные игры. Но уже второй месяц, как живу без всего этого. Скука сплошная! Видите? — показал он на черный пластиковый чип, прикрепленный в нижней трети голени. — С браслетом я теперь. Только книги и остались. Даже телефоном нельзя пользоваться... Но теперь всё! Я понял, что преступил черту. Через две недели суд. Думаю, что у нас хватит, чтобы закончить дело и перевести всё на условный срок. Я понял, что хочу найти работу, завести семью, бросить дурь и начать заниматься спортом! Мне кажется, что я уже своё отгулял. Я не хочу терять десять лет на зоне. Кому я после этого буду нужен?
Мать вместе со мной вышла на лестничный тамбур:
— У нас ещё не всё потеряно, доктор?
— Не всё... Хочется верить, что не всё. Болезнь конечно никуда не ушла и лишь задремала. Он немного напуган, но понимает, что вы всё сделаете ради него. Сможет ли он социализироваться и найти замену ПАВам, я не знаю. Получите результаты анализов, МРТ, ЭЭГ и УЗИ — пришлите в воцапе. Может быть, они будут неутешительными и остановят вашего сына от бездны... Иногда это помогает. Хотя вы видите, что критика у него страдает, и его память, внимание и мышление дали сбой. Пусть принимает ноотропы с антидепрессантом.
— На всю жизнь?
— Пока не найдёт достойную замену соли...