cp
Alterlit
4444 Негр 24.10 в 13:34

Пятый патрон

Когда брата забрали в армию, ружьё мамка спрятала. Где только Валерка ни искал. И на кухне под бабкиной кроватью, и в землянке в ящиках, и в погребе за бочками, и в ларях с зерном в амбарушке, и на чердаке бани среди старых веников, но так и не нашёл. Мамка умела прятать. Искать она тоже умела. Заначки и бутылки отчима находила часто, а хозяйство большое — не вот обыщешь.

Ружьё Андрюха купил у кого-то за самогонку. Одностволка-курковка шестнадцатого калибра. Отчим к ружью не прикасался и никак им не интересовался, мамка поначалу ворчала, а Валерку было не оттащить.

Вслед за ружьём в доме постепенно появились баночка из-под кофе с дымным порохом, капсюли в спичечном коробке, самокатанная дробь в мешочке, обжиматель для гильз и заводские бумажные патроны — разноцветные. Из рассказов Андрюхи Валерка знал, что дробь отливают каплями в воду и обкатывают с помощью чугунной сковороды.

Часто Андрюха брал Валерку с собой и давал раз или два из ружья выстрелить. Андрюха разбирал ружье на ствол и приклад, соединённые ремнём, накидывал ремень на шею, свисающий ствол заправлял себе в штаны, качающийся приклад прикрывал полой фуфайки, а цевьё и патроны рассовывал по карманам. Братья шли за деревню — подальше, за огороды, к сограм, и там стреляли по найденным в кучах мусора бутылкам, по эмалированным проржавевшим тазикам, а иногда по бумажным мишеням, нарисованным Андрюхой на тетрадных клетчатых листах. По мишеням Валерка стрелять не любил.

После стрельбы, дома, Андрюха чистил ружьё. У него был длинный, прямой и ошкуренный до блеска прут, а мамка разрешала ему брать маслёнку от своей швейной машинки и лоскуты от старой отчимовой байковой рубахи. Валерка тщательно за всем наблюдал.

Однажды Андрюха разобрал ружье и долго наждачкой зачищал приклад, пока тот не стал белым и гладким. Андрюха даже открутил затыльник. Потом он с кальки через копирку перенес на обе стороны приклада рисунок жар-птицы, который тщательно и таинственно рисовал накануне, глядя на рубашку старых замусоленных карт, которыми иногда по вечерам играли в подкидного дурака.

Затем Андрюха весь день выжигал этих птиц Валеркиным выжигателем. Выходило очень красиво и с обеих сторон идеально одинаково. В следующие дни приклад дважды был покрыт лаком из пузырька, куда Андрей макал палочкой, обмотанной на конце ватой.

Ружьё стояло в дальней комнате за грубкой и Валерка, когда дома не было ни брата, ни отчима, ни матери, брал его, переламывал, заглядывал в ствол и представлял, как вкладывает туда патрон, слыша нежное «хлоп», а потом закрывал, взводил курок, упирал приклад в плечо, и...

Когда брата забрали в армию, ружьё исчезло.

Однажды Валерка спросил у матери:

— Мам, а где Андрюхино ружье?

— Тебе зачем? — спросила она, подкладывая в печку дрова.

Валерка, евший за столом, неопределённо пожал плечами.

— Я его дяде Васе Турищеву отдала... На хранение.

Валерка знал, что никому она ружьё не отдавала. Турищевы жили на другом краю деревни и дядя Вася не был у них уже пару лет — с тех пор, как мамка сошлась с отчимом. «Спрятала!» — решил Валерка.

А весной забрюхатели сразу обе жившие в доме кошки — Мурка старая и Мурка маленькая, её дочка. С отвисшими пузами они кругами ходили по кухне, выгибая хвосты, поминутно мявкали, выпрашивая жратву и норовя потереться об чьи-нибудь ноги.

— Брысь! — мать махала на них полотенцем, запинаясь то об одну, то об другую. — Всё вы голодные!..

— Вот окотюца обе, холеры, дык ведра не хватит, всех перетопить, — ворчала со своей кровати, стоявшей тут же, на кухне, баба Капа.

— Ой, мам, ещё ты не начинай под руку... — досадливо отмахивалась мать, а однажды говорит: — Попрошу-ка Сережку Бубарева, пусть он одну заберёт с собой на охоту.

— Вот и попроси, — кивнула баба Капа и тут Валерка понял, о какой охоте речь.

— А давай, я её убью! — вдруг воскликнул он. — Из ружья! И патроны есть...

— Сиди уж, охотник, — отмахнулась мать, но то ли Бубаря где-то не было, толи не захотел он кошку убивать, только спустя несколько дней мамка зашла к Валерке в дальнюю комнату, остановилась у стола, за которым он делал уроки, уперлась костяшками пальцев в крышку и спросила, глядя в глаза:

— Ты точно сможешь сам Мурку застрелить?

Валерка отвёл взгляд и несколько раз быстро кивнул.

На следующий день, когда Валерка пришел со школы, ружье лежало на его кровати поверх желтого верблюжьего покрывала, а на прикладе с жар-птицами отражались светлые пятна окон.

В коробке, которую Валерка вынул из гардероба, было пять патронов — два заводских — один желтый, один красный, и три с латунными гильзами — их Андрюха заряжал сам, делая пыжи из газет и из валенка. В коробке были и баночка с порохом, и дробь и пустые гильзы, но Валерка решил, что пяти заряженных хватит с лихвой: «Первым убью, остальными постреляю».

В сараюшке он отыскал кусок двужильного провода. «Её нужно будет чем-то привязать, — рассудил Валерка, — чтобы она не убежала».

Ружьё он разобрал и ствол с прикладом перебросил на ремне на шею, как делал брат. Ствол был длинным и опущенный в штанину, почти доставал до колена. Патроны и цевьё Валерка рассовал по карманам.

— Кыс-кыс-кыс-кыс!.. — позвал Валерка Мурок. 

Кошки с громким стуком спрыгнули одна за другой с печи и с просящим мяуканьем подбежали к Валерке. Он, отщеперив негнущуюся из-за ствола в штанине ногу, присел, погладил старую Мурку по спине и взял на руки маленькую. Быстро сунув её за пазуху, вышел из дома на веранду и закрыл дверь.

Мурка, придерживаемая под фуфайкой на груди, сидела смирно. Обычно обе кошки по ночам, свернувшись тесным клубком, спали у Валерки в ногах на его кровати. Он любил слушать их тихое урчание, и в отличие от мамки, никогда Мурок не прогонял, гладил, тайком подкармливал сырыми яйцами и за это кошки его любили.

Выйдя за деревню по короткой улочке, Валерка по уже сухой песчаной дороге, наезженной тракторами, пошел к огородам. До них было с полкилометра. Там он, протиснувшись между жердин, пролез сквозь загородку, пересек, утопая по щиколотку в сыром грунте, делянку, там и сям покрытую прошлогодней сухой картофельной ботвой, и у противоположной загородки, у углового столба, остановился. 

Высадив Мурку на жухлую траву и придерживая кошку за загривок, Валерка из кармана достал свернутый в пучок провод. «Надо было ещё дома привязать...» — поморщился Валерка, пытаясь одной рукой распрямить конец провода и сделать из него подобие петли. Мурка нюхала землю, траву и пыталась куда-то пойти. Наконец Валерке удалось накинуть на шею кошке некое подобие негнущейся петли и он уже двумя руками закрутил провод потуже, чтобы Мурка вдруг не выдернула из петли голову. Второй конец провода Валерка быстро обернул вокруг столба и тоже как следует скрутил — теперь Мурка никуда не денется.

Кошка, осторожно ступая по сухим стеблям травы и поминутно всё обнюхивая, словно и не замечала пока, что привязана — слишком много кругом было незнакомого. Ноги её были присогнуты, пузо висело совсем низко, хвост опущен, а на загривке трепетали приподнимаемые ветерком клочки шерсти. Здесь, на огороде, она показалась Валерке совсем маленькой.

Он выпростал из штанины ствол, сдвинув и уронив шапку, снял с шеи ремень и быстро собрал ружьё. Шапка, блестя лоснящимся на солнце подкладом, так и осталась лежать на забоке.

Первый патрон оказался красным. Валерка быстро сунул его в ствол, закрыл ружье и взвел курок. Мурка уже вытянула всю длину провода и теперь развернулась головой к столбу и пятилась назад, упираясь и пытаясь освободиться из петли.

Валерка вскинул ружьё и прицелился в голову. До Мурки и было-то полтора метра, но она, растопырив передние лапы, тянула провод и раскачивалась и уже начала истошно подвывать. Валерка опустил ружьё, шагну вперед, прижимая приклад к боку локтем, навёл ствол почти в упор и выстрелил.

Выстрел был и не особенно-то громким. И дыма не было — бездымный заводской порох. Но он не попал! Или Мурка в момент выстрела дёрнулась или у Валерки из-за торопливости повело ствол, но заряд вырвал у Мурки правую щеку с зубами и оторвал правую лапу. Кошка, ужасно оря, заметалась на проводе, дёргая его и дёргаясь сама, падая как попало и тут же вскакивая. Маленькие черные капли крови разлетались во все стороны.

Валерка, ужасаясь, переломил ружье и быстро выдернул из ствола выдавленную инжектором стреляную гильзу. Из перелома заструился дым и потянуло запахом сгоревшего пороха. Из кармане, не ощупывая, Валерка вынул новый патрон и почти мгновенно сунул в ствол. Тот утробно чмокнул, а Валерка уже взводил курок.

Попасть в мечущуюся кошку было не реально. Держа ружье, словно при штыковой атаке, Валерка ринулся к столбу и кирзачом стал придавливать провод к земле, подвигая сапог всё дальше и дальше, чтобы помешать Мурке метаться. Но и слишком близко ступать было опасно — выстрел мог угодить в ногу. Когда рядом с сапогом оскалилась развороченная и окровавленная Муркина пасть без нижней челюсти и с розовым волнистым барханом нёба, Валерка приставил ствол куда-то под отстреленную лапу в область груди и снова выстрелил.

Кошку аж подбросило. Валерка отдернул ногу. Лёжа но боку, Мурка сучила лапами и пыталась ползти. Из дыры под горлом надувались прозрачно-розовые пузыри и раздавались бульканье и сип. Она не хотела подыхать!

Валерка, уже почти ничего не соображая, снова перезарядил ружьё. Теперь он отступил назад, вскинул приклад к плечу, прицелился в центр, чтоб захватить как можно больше и выстрелил третий раз. От выстрела по траве словно пролетел шелест. Это был патрон с бекасином — сотня мелких дробинок, но на таком расстоянии, летящих кучно, словно это пуля. Выстрел попал Мурке в спину, прошел в пах и разодрал её брюхо, откуда вырвал месиво кишок и котят. Мурка больше не шевелилась и не сипела, её задние лапы и хвост просто мелко подрагивали, но видеть даже это для Валерки было невыносимо.

Он выбросил очередную гильзу, достал из кармана следующий патрон, зарядил ружьё, прицелился и наконец-то отстрелил Мурке всю башку вместе с проводом. Потом, держа ружьё в левой руке, он поднял шапку и надел себе на голову. Шапка была очень холодной.

Валерка прислонил ружьё к жердине загородки, потом подошел к трупу Мурки и начал размеренно, методично топтать его сапогами, и топтал до тех пор, пока стало уже совсем не понятно, где там земля, где шерсть, где кишки и где кровь.

Пятый патрон Валерка принёс домой, но до сих пор не знает, как. С ружья он больше никогда не стрелял, только рисовал жар-птиц.

  • 256
    26
    47

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.
  • moro2500
    moro2500 24.10.2021 в 23:05

    жесть.. случай из жизни?

  • pergar
    Шубин 25.10.2021 в 06:31

    маловато грязи. а так умерено мерзко и отвратно. все как я люблю.

  • mayor
    mayor1 25.10.2021 в 13:45

    Вот чо надыбвл в тему:

    Все мы – пенопластовые зайки

    Все мы – поролоновые киски...

    Грезим о глотке "незамерзайки"

    Из пробитой грязной старой миски.

    25.10.2018

    Маркус

  • kordelia_kellehan
    Реми Эйвери 25.10.2021 в 15:19

    Все, что до "сможешь пристрелить Мурку" – лишнее и вымученное, написанное таким специальным "деревенским" голосом. Не хватает только слов "вдругорядь" и "напрямки".

    Потом этот голос куда-то пропадает, появляются деловитые интонации, не вяжущиеся с сюжетным повествованием.

    Дальше, при детальном описании убийства кошки, голос автора начинает дрожать – скорее всего от гордости за собственную смелость – ужо он покажет эмоционально хлипкому читателю.

    Не знаю. Так-то писать можно о чем угодно, но хорошо бы при этом иметь представленние, с какой целью.

    Если, например, цель – показать, что мальчику пипец было важно закончить начатое, то это делается не описанием кровавых деталей.

    А если очень хотелось смакования процесса убийства животного, то тогда уж не дрожите голосом.

  • moro2500
    moro2500 25.10.2021 в 15:30

    Реми Эйвери соглашусь в принципе.. если автор не описал тут случай из жизни, о чем мне пока не ответил (выше)

    по поводу деревенских "вдругорядь" и "напрямки" - вот тут чушь. это вполне себе живые даже и в городе (по желанию, конечно) слова.. украинские слова, конечно)

  • bbkhutto
    Lissteryka 25.10.2021 в 16:26

    Реми Эйвери плюсану оттакенным плюсом (тем более перечитала сабж сегодня с утреца)


  • valeriy693

    Нужно сиквел лепить, как кошка по ночам приходила и ложилась, но не в ноги уже, а на грудь, и смотрела в глаза укоризненно

  • Aleksandr_Sawostjanow
    Aleksandr Sawostjanow 02.11.2021 в 16:56

    Последние транки и Грыжа, кстати... погляньте сюда: http://stihi.ru/2021/10/15/3596

    Реальный случай из жизни. Там крошечная миниатюра... просто дикий ужас...