Тумблер или реле
— Здравствуйте, доктор. Сомневался, нужна ли мне ваша консультация. Но Степан Игоревич настоял. Бессонница замучила. Вот уже полтора года, как сна нет. Ничего не помогает.
— Вы поздно засыпаете, рано пробуждаетесь или встаёте посреди ночи?
— У меня букет. Думал, что аденома, но урологи сказали, что на засыпание и пробуждение она мало влияет... А можно вам вопрос не по вашей специальности? Вот у меня с собой газета. Тут написано, что те, кто перестают различать запахи, мало живут. А я полтора года назад перестал. Правду ведь написали?!
Он протянул мне газету с сомнительным исследованием «известных шведских ученых» без указания фамилий исследователей, источника и выборки респондентов и внимательно следил за мной.
«Шестьдесят лет, еще недавно боевой генерал, за спиной которого пять войн и семь ранений...» — рекомендовал его мой друг и коллега, направляя на осмотр.
— Не могу поверить этому исследованию. И вы первый человек, кто жалуется мне на потерю обоняния и осязания... Расскажите, как у вас волосатоклеточный лейкоз обнаружили?
— Случайно. Как сон пропал, появилась боли в боку и слабость. Сходил к терапевту, неврологу. Рекомендовали валериану, глицин под язык, афобазол, гимнастику перед сном. Ничего не помогало. Месяц назад сдал анализ крови. Потом пункцию костного мозга сделали и вот я перед вами. Редкое у меня заболевание. Один случай на сто тысяч населения. Но считаю, что мне повезло... Понимаете, я воевал со старшего лейтенанта. Много солдат потерял, много друзей ушло... не только от пуль и осколков. Да и сам не прятался. Своё последнее ранение я получил уже, будучи генералом. Но я рассуждаю так. Есть тумблер. Это когда прилетает кусок свинца или отрывается тромб в сердце, а есть реле. Это, как у меня. Пять-шесть лет отсрочки. Мы ведь смертны на сто процентов. Я рад, что у меня есть время на подготовку. Ремонт сделаю, в гараже порядок наведу, смородину на даче посажу...
— Колоритная у вас цитата про тумблер и реле. Расскажите, если возможно, про «гражданские» стрессы, которые лишили вас спокойствия.
— Когда я ушел на пенсию, собрал своих единомышленников, с кем служил. Ребята, проверенные временем и войнами. Одного вытащил из огня, буквально на руках к вертушке, другого спас от тюрьмы за не боевые потери среди личного состава, третьего вывез в багажнике с Кавказа... Много таких. И организовал своё предприятие. Дела шли хорошо. Но в один прекрасный момент меня обвинили в том, что я делаю что-то не то, и компаньоны ушли от меня... к мои конкурентам. Лишь через шесть месяцев, через суд я доказал свою правоту и восстановил своё имя. Но оправиться, вероятно, так и не смог.
— Я вам выпишу два препарата. Для сна и второй — для настроения.
— Ой, неохота мне доктор, принимать их. Итак нагрузка на организм. Облучение, химия впереди.
— Понимаете, товарищ генерал, это надо. Для вашего организма, который состоит из крови, костей, кишечника, психики и много другого. Нельзя лечить одну систему, забывая о другой. Вы же не повели в бой солдата, экипированного, сытого, но не спавшего несколько ночей подряд?
— Убедили.