Топ-3 заводских пролетариев или Сибирский Зомбак, Вечный Грязнуля и Случайный Интеллигент

Рейтинг составлен исключительно по авторским наблюдениям за ремонтной службой 

1. Сибирский Зомбак

Мужик он огромный. Твоя голова удобно помещается в его лапу. Ноги его в ботинках пятидесятого размера. Рот широкий и скособоченный как у зомби от частых мордобоев на его родине в Сибири. Когда смеётся, язык во рту двигается на манер жирного угря. Когда кушает, еда хрустит под зубами будто поломанные кости. Если говорит, то почти всегда исключительно хамским басом. Везде его видно и слышно, если появится в цехе. А вот попробуй его отыскать, когда нужно работать! Нашёл он себе опочевальню, о которой никто не знает, и сладко дремлет себе, Сибирский Зомбак. А если против него попрёшь, то считай лишился здоровья какого-нибудь органа. Или зубов, например. Однажды один бойкий и справедливый начальник поинтересовался:

— А если на тебя навалиться всем заводом и бить, сладко тебе будет спаться?

— А если тебе зубы вбить в затылок, — поинтересовался Сибирский Зомбак. — Сможешь ты без зубов-то работать?

И тихонько тычет кулаком по типу кувалды в челюсть, как бы пробуя зубные ряды на прочность. На этом справедливый интерес бойкого начальника и кончается. Считай, пронесло, отделался испугом.

2. Вечный Грязнуля

Про этого говорят: «Всегда жопа в мыле и еб*о в грязи». Ходит такой ушастый, недокормленный, с тяжёлой сумкой в руке, которая кренит его набок градусов так на сорок пять. А в ней инструмент на все случаи жизни: от отвёртки до куска трубы. И если Сибирский Зомбак знает, где найти лучшую на заводе опочевальню, то этот всегда найдёт, где поработать. А подыскать занятие по душе ему ловко удаётся. Поставит, например, новый двигатель на станок, достанет из сумки кувадочку и ка-а-к приласкает движок добрым ударом для крепкой фиксации. Пойдёт, значит, докладывать обстановку начальнику. Так потихоньку и становится «жопа в мыле» под конец смены, образно говоря. Или вот, например, пойдёт менять лампочку. Возвращается через пару часов: лицо в грязи, спецовка в пыли, руки в масле. Пыхтит, матерится, клянётся, гундося в забитый техничкой грязью нос, что он в «энтом ваншем гадюнике» последний день работает. Выйдет из мастерской и пойдёт сморкаться в умывальник (полностью в его случае мыться неуместно). И в итоге засрёт всю раковину смоляными на цвет испражнениями из носа. И не унимается, жалуется после:

— В этом вашем гадюшнике ничё не ломается, всё как часы работает, пока я не прихожу! Проклятие какое-то, вашу мать!

Оно и верно, всё работает, пока Вечный Грязнуля на смену не придёт. А всё-таки держат его на заводе и даже вешают на доску почёта, потому что получается, трудится человек больше всех.

3. Случайный Интеллигент

Бывают исключения в заводской жизни Сибирского Зомбака. Когда он вдруг заделывается кем-то вроде пролетарского поэта и обучает молодой состав, как надо работать. Тогда и сломанные валы одним ударом кувалды безболезненно вытаскиваются из станка. Тогда и пресса-пятидесятитоннки благородно шумят после капитального ремонта. И мостовые краны тогда не тяжело и скрипливо переваливаются по рельсам, а как будто порхают после техобслуживания от матёрого электрослесаря из Сибири. И начальник благодарно сияет. И, говорят, даже воробьи под потолком красиво щебечут, глядя на чудеса ремонта и техобслуживания. Не всякий молодой заслуживает подарка судьбы быть учеником у матёрого Зомбака. Тот если слушает зелёное хамло, такое же как и он, то бьёт его промеж глаз, и у того кровь брызжет из носа. А в другой раз поглядит на такого же бездельника, как и он, и берёт его за голову, тащит до самой проходной, вышвыривает, что называется, за забор. И попробует пусть только вернуться бездельник — будет брызгаться кровью из носа, промежду глаз. А если Сибирский Зомбак увидит хлюпика-хлюпика, тряпку-тряпку, чмо-чмо и всё такое прочее, то хама в его басе становится меньше, приобретает голос отеческие интонации. Наставляет будто сказку сказывает:

— В книжках твоих, — такие хлюпики часто бывает, что любят читают книжки. — Ничего не написано. Нужно брать мамонта за яйца и делать. Смотри вот, — и показывает, например, как аккуратно и быстро насаживать подшипники на вал.

— А если пьёшь, — такие хлюпики часто бывает, что ни капли горячительного. — То научу тебя. А когда придёшь ко мне в гараж, то будешь наблюдать, как я работаю под машиной. А потом подметёшь, чтобы хоть какая-то польза была от твоих книжек.

А Случайный Интеллигент потому и назван так, что как будто с луны свалился, не его это — по заводам подшипники забивать и смотреть, как другие под машиной лазают в гаражах. Наблюдает он, как наставник с огромными лапами насаживает подшипники эти или как всякие железяки гнёт кувалдой, а то и вовсе грубыми лапами своими, и думает Случай Интеллигент нечто вроде: «Жалко ведь железяки. Вот они как стонут под напором этого бугая! Плакать хочется...» И не проходит недели, а то и нескольких часов, как Случайный Интеллигент покидает грубое и невоспитанное место, и больше не возвращается...