Катя
В соседней квартире с беспощадностью отбойного молотка заработал будильник. Такое ощущение, что его ставят на ночь в кастрюлю и прижимают к стенке у изголовья моей кровати. Успел сосчитать до двадцати семи, прежде чем прекратился звон.
За тонкой панельной перегородкой проснулась чужая жизнь, сопровождаемая нечленораздельным бормотанием и отчётливыми матерными выражениями.
— Ты, твою мать, такая любезная, что тебе хрен откажешь...
Удаляющийся лай и единственно внятная фраза из потока тоскливо-нудного хуебляканья дополняют утренний саундтрек сцены выгона соседа на собачью прогулку.
На часы можно не смотреть. Полседьмого. Всё бы ничего, но вставать в восемь.
Вот уже неделя, как соседи завели собаку. Теперь эти милые люди каждое утро добавляют мне полтора часа реальности.
— Зина! Выходь из туалета! Бумагу экономь! Не мотай, не мотай! Я всё слышу...
— Мама. Где мои трусы?
— У папаши своего спрашивай...
«Такая вот семейка... Змей, змея и змейка...» — я перевернулся на правый бок. Спиной к стене, лицом к окну.
— Фу! Ко мне, скотина! Кому сказал?! — разорялся за окном сосед.
«Окружили, сволочи...» — я лёг на спину и накрылся одеялом с головой.
— Катя! Ко мне! Ко мне!!! Кхм-м кхы... — крик перешёл в кашель и сосед на некоторое время замолчал.
«Катя? Странная привычка называть собак человеческими именами.
Катя... Мне с Катями с детства не везло.
Не то, чтобы не везло с бабами. Нет. Но так сложилось, что в разные периоды жизни попадались женщины с одинаковыми именами. То только Тани. Потом были Лены. Затем последовали сезоны Ань, Ир, Марин, Наташ...»
— Зина! Опять ты воду не спустила! — За стенкой продолжался конфликт поколений.
«Зина? С Зинами и Зоями не общался. Не потому что не давали. Просто сразу было понятно. Если так назвали, то к имени обязательно должны прилагаться кривые ноги и скверный характер. Зато Ксюши наоборот были добрыми и симпатичными. Клавы — глупыми. Маши и Оли любили выпить.
Антонины — фригидны. Маргариты — зловредны.
Светы, в рифму и по жизни, имели проблемы с оральным сексом.
Все попадавшиеся мне Нины считали, что ебаться раком до свадьбы не прилично. Женщины же с экзотическими и иностранными именами были непредсказуемы и опасны. Лежишь, бывало, на такой Клеопатре из Крыжополя, и в самый ответственный момент она спрашивает — «Ты детей любишь?»
Евдокии, Апраксии, Пелагеи и прочие жертвы славянофилии вызывали приступы уныния и неуверенности в завтрашнем дне.
Лизы... При имени Лиза у меня всегда вставал член и дрожали колени... Лиза! Лиза! Лиза!»
За стеной возобновилась перебранка, а во дворе послышался задорный собачий лай вперемежку с матюгами и кашлем.
Лирический настрой на Лизу пропал.
«Тьфу... Ну, что за утро???
Фиг с ним с утром, но вот Катя...
Практически весь алфавит перепробовал, а Кать никогда... Потому что боюсь их. В двенадцать лет, одна девочка рассказала, что в соседнем дворе от онанизма умер мальчик. Болел он тяжело и долго. С начала, у него выросла шерсть на ладонях, вскоре после этого он потерял память, затем стал импотентом, потом упал и умер. После услышанного рассказа я был уверен — до шестнадцати не дожить. Вопрос. Как звали девочку?»
— Катя-а!!! — Истошно заорал сосед. — Катя — гадёнышь! Домой живо! Кобель паршивый... Я тебе, пидорасу, уши оборву..!!!
«Катя — пидорас?» — Это откровение вконец расстроило мои чувства. Мало того, что все Кати приносившие неприятности были суками, так теперь к ним ещё и пидорас прибавился.
Надо что-то менять в этой жизни. Если не пристрелю соседскую собачку, то по полтора часа в день за год набежит лишняя неделя. Зачем мне этот овертайм?
Зазвонил будильник.
Т-а-а-а-к? Почему я ставлю каждый день будильник на восемь часов, если мне на работу к десяти, а ехать до неё десять минут???
Я взял в руки будильник, что бы отключить звонок. Снизу была прикреплена записка.
«НЕ ЗАБЫТЬ ПОБРИТЬ ЛАДОНИ!!!»
Ш. Г. Б. ©