МАШИНКА (на конкурс)
Что такое машинка для мальчика шестидесятых – наверное, не мне вам объяснять.
Да хоть бы и не машинка, а обыкновенная игрушка для мальчика шестидесятых из простой рабочей семьи. Где даже обычный лимонад и тот покупали детям только по большим праздникам, а поход в заветный магазин игрушек был событием столь редким и впечатляющим, что оставался в памяти на всю оставшуюся жизнь.
Машинка для мальчика шестидесятых - вещь совершенно незаменимая. Но откуда она возьмется, эта машинка? Получить машинку просто так, походя, без всяких на то причин? Это было совершенно невозможно. Да что там машинку. Просто игрушку. Просто грёбаную игрушку, которые сейчас в огромном количестве и ассортименте валяются по всем киоскам и супермаркетам, и которые без всякого повода покупаются любому двоечнику – лишь бы не ныл.
Чтобы заполучить стоящую игрушку, нужно было чтобы крупно повезло с подарком на Новый год или в День рождения. Еще можно было получить пять в четверти по всем предметам. Но на сколько это вероятно - для мальчика, да еще из простой рабочей семьи - не мне вам объяснять…
Пистолет
День рождения – это реальный шанс. Тем более, если позвать на праздник кого-нибудь из знакомых пацанов. Уж те то не припрутся со всякой ерундой в качестве подарка – с книжкой там или с какой другой бесполезной вещью.
Но есть одна загвоздка. Родители.
Что такое для простой рабочей семьи шестидесятых организовать что-нибудь дома с приглашением гостей – не мне вам объяснять.
Это же надо мальчика собрать, приодеть как - то в костюмчик или колготки. Купить торт и лимонад, хотя до получки еще целая неделя. А потом весь вечер быть трезвыми и начеку – как бы не устроили чего в комнате или еще хуже – не стали носиться по всей квартире, доставляя беспокойство соседям.
В общем, Дня рождения не будет…
Но Андрюха Абрамов с третьего этажа уже приглашен. И вот он стоит в дверях квартиры – отмытый и причесанный – и протягивает мне замечательный игрушечный пистолет. Черный, железный, заряженный синей пистонной лентой.
Из комнаты выглядывает отец:
- Кто там еще?
- Андрей. Пришел в гости на День рождения.
- Какие еще гости? Не выдумывай. Сказали же…
Андрюха не солоно хлебавши отправляется домой. И родители его, наверное, потом перешептываются между собой, мол, ну и семейка…
Мне неловко. Но не на долго. Ведь, что такое для мальчика отличный пистонный пистолет – не мне вам объяснять.
Самолет
Как-то раз моему соседу по этажу - Мишке Козлову подарили сборную модель пластмассового самолета. Это я подарил. Сидим собираем. Я, Мишка и его отец.
Родители Мишкины тогда уже были на грани развода, и отец существенно выпивал. А когда Мишкин отец выпивал, то становился злым и всегда норовил кого-нибудь или что-нибудь покритиковать. А покритиковать в то время было что - не мне вам объяснять.
Поначалу все шло гладко. Фюзеляж и крылья надежно состыковались. Но потом Мишкин отец начал заметно нервничать и раздражаться: не могу, говорит, колеса к самолету приделать! Опять брак подсунули! И пододвигает коробку с недоделанным самолетом прямо ко мне. Надо, говорит, самолет в магазине на нормальный заменить.
Нам с Мишкой неловко. Но делать нечего – идем ко мне, показываем родителям бракованный самолет – они же в магазин ходили.
Отцу тоже неловко, но он успокаивает: не дрейфь, пацаны! Сейчас что-нибудь придумаем.
Короче, пришлось дырки под шасси, что забыли на заводе просверлить, самим шилом проковыривать.
Собрали самолет, серебрянкой покрасили и картинки переводные налепили.
Мишка рад, но почему-то просит, чтобы самолет пока у нас дома постоял – а то мало ли что…
Машинка
Что такое больные аденоиды для мальчика – наверное, не мне вам объяснять.
Тем более для мальчика шестидесятых, который проводит все свободное от уроков время на улице. Особенно зимой.
Аденоиды для мальчика шестидесятых – вещь абсолютно вредная, от которой все старались как можно скорее избавиться, прибегая к любым доступным средствам, вплоть до радикальных. В большинстве случаев больные аденоиды в конце концов удаляли, но в силу гуманности медицины того времени, ребенка сначала мучили многочисленными прогреваниями в местной поликлинике, и лишь потом клали в больницу на операцию.
Поездка в поликлинику на прогревание – дело хлопотное и малоинтересное. В особенности в первый раз – когда еще заранее не знаешь, что там с тобой будут делать, и, вопреки успокоительным заверениям родителей, все время напряженно ждешь от доктора какого-нибудь подвоха. А вдруг все-таки будет больно?
Но ознакомившись с сутью медицинской процедуры и убедившись в ее безвредности для организма, можно успокоиться и даже в лечении найти приятные моменты.
До поликлиники две остановки на метро. Причем по надземной ветке. Можно не садиться на кожаный диванчик, а взгромоздиться на него коленками и смотреть в окно. А можно сесть на край диванчика возле дверей, но не как взрослые, а боком - по ходу движения. И тогда прямо перед тобой окажется округлый блестящий поручень, напоминающий руль автомобиля. И можно за него держаться и рулить.
Но вот напротив, так же бочком садится другой мальчик, но не для того, чтобы назло мне рулить в обратную сторону, а еще хуже – достает из кармана машинку. И какую машинку! Не просто машинку, а замечательную машинку.
Не помню точно, когда, но появились в одно время в советских магазинах совершенно потрясающие импортные машинки. Не всякие там непонятно на что похожие пластмассовые уёбища, а надежные, металлические, с открывающимися дверками и капотом, подрессоренные и похожие на автомобиль.
И вот такую расчудесную машинку держит передо мной этот мальчик, а сам лукаво так на меня поглядывает: видишь, мол, какая у меня машинка есть. А у тебя то такой не-е-е-т! И язык иногда для убедительности показывает.
Тете, которая рядом с мальчиком сидела, становится неловко. Наверное, это его мама была. Она пытается мальчика одергивать: сядь, мол, как следует! И не дразнись. Но куда там – он ручонку то свою вместе с машинкой в мою сторону протягивает и демонстративно крутит ею прямо перед моим носом.
Но тут с противоположного сиденья встает дядя и дает мальчику ощутимую затрещину. Я думаю, это был его папа, так как тетя ему на это ничего не возразила. Мальчик своим пухлым личиком зарывается в мамкин подол, и машинка его летит прямо мне под ноги. А нам с мамой как раз выходить – наша станция…
Нет, дальше все было не так, как вы могли бы подумать.
Мы с мамой просто вышли из этого вагона и все. А машинку такую мне потом все равно купили. Просто так. Но я ей никогда не дразнился. И сейчас очень не люблю, когда мне кто-нибудь в чем-нибудь завидует.