Сказано выше

Как сказано выше, сказано столько всего, что прямо скажу, что любила его.
Его кость подъязычную, смелую родинку над (целуй!), блочно-кирпичное тело-брежневку, 
стены окна припудренные, в мелу. Сколько я накалякала там, оговорив (отвори!) стекло...
сколько сказала наголо — так под пупком пекло. Сколько смотрю в аттачменте фото его.
А вы — вы для меня не значите и не вполне в живых. Ниже скажу банальное: 
он из Москвы людей, кажется, десятибалльный, как ураган в воде. 
Ниже молчу и слушаю, как приливает, как лодка скрипит разрушенной на бездорожный знак. 
Не по его вине сия плотность размокших щеп. Да и Москве Венеция не возместит ущерб.