cp
Alterlit

Криминальный Мегаполис (на конкурс)

Часть 1. Хищники И Ведьмы


- Гаврош, отпусти меня...пожалуйста...мне больно...отпусти!!!
- Замолчи и стой спокойно. Ты сзади голая - это потрясный вид!
- Мммммм...больно...хотя бы скажи что любишь меня...
- Нет. Я тебя просто имею в красивый зад, Надюха...
Гаврош был очень похож на серого воробья с наглым голодным взглядом пронзительных зелёных глазёнок. Маленький мальчишка в серой джинсовке и в чёрных потёртых джинсах. А она, горячая брюнетка с шикарными ножками в чёрных туфельках, стояла сейчас и покорно терпела, наслаждаясь жарким актом и отдаваясь, расставив далеко в разные стороны голые стройные ноги и изогнув красивую молочно-белую попу, которую он жадно насаживал на свой член стоя сзади...Он не любил и не трахал, он просто её грубо по-солдатски драл словно шлюху снятую в дешёвом кабаке, и она вся похотливо извивалась в его крепких руках, а в голове стояла эта сладкая но невыносимая мысль, что её сейчас не любят нежно, её сейчас просто имели как живую вещь, заставляя чувствовать себя дешёвой женщиной, разрывая там внутри неё её пещеру словно на четыре части...
- Кофточку стащи, Надюха! - прорычал азартно Гаврош, обрабатывая её сзади. Она послушно сняла кофту, и голые средних размеров груди стали прыгать в такт быстрому движению их тел...Он схватил их и ненасытно тискал, лаская пальцами её крупные соски, налитые коричневым соком...Потом он схватил её за горло и стал кончать, издавая довольные звуки звериной любви, а она стонала как шлюха, уже не боясь разбудить всю деревню...
Потом Гаврош вышел из её красивого тела и схватив её поцеловал в губки...Он искренне прошептал Наде, целуя её в губы и в шейку:
- Люблю тебя, маленькая сучка, ты ветер мой, заря моя, лучшая из звёзд в коллекции моей! Но попа твоя просто божественна...
- Оооох, милый Гаврош...всё было прекрасно...если бы ты промолчал про коллекцию...- простонала жалобно девчонка.
Он не успел ответить - зазвонил мобильник. Гаврош достал телефон, это звонила его старшая сестра Ленка, которую они и ждали сейчас.
- Я на такси возле дома. Выходите. Надька готова? - быстро спросила Лена.
- Она голая...а я только что кончил...
- Гаврош, не дури! Давайте скорее, братишка. Даю вам пять минут.
- Сиди и жди. Таксист симпатичный там?
- Гаврош, ты обкурился снова?!
- Мы выходим. Что Чернов? - спросил Гаврош.
- Думаю, он уже в городе, и всё готово для нас. Заканчивай болтать, бензин ведь лишний жгём.
- Сиди спокойно, сестра. Надюха одевается, дай нам пару минут, - улыбнулся маленький воробей с настойчивыми злыми зелёными глазами.


В дороге среди ночи Надю сморило на заднем сидении, и девчонка положила голову на Ленкины колени и дремала, сквозь охвативший её сон слыша оживлённый разговор Гавроша и таксиста. Ленка, высокая красивая девчонка с золотисто-рыжими волосами до груди, достала из сумочки смартфон и вошла в интернет. Там на сайте знакомств она увидела Чернова.
"Едем в город. Будем через сорок минут" - написала ему Лена, потом нажав на кнопку опустила вниз стекло и закурила тонкую сигарету.
Через минуту Чернов ответил ей.
"Я на связи, жду на улице Клубничной, дом восемь, Гаврошу пить не давай)"
"Он трезвый, слава богам))) Ты на машине? Квартиру нашёл?" - написала она, улыбнувшись.
Вскоре пришло его сообщение.
"Давай лучше позвоню".
Ленка быстро написала ответ.
"Неудобно говорить, таксист левый. Жди нас"
"Ок" - коротко и понятно ответил Чернов.
Гаврош на переднем сидение и молодой парень-таксист ехали и уже по-дружески болтали, словно были знакомы много лет. Такое часто происходит с попутчиками в дороге - душевное сближение, а потом конец пути, и все удивлённо заметят "как быстро и хорошо доехали!!!" а потом расстанутся и навсегда забудут друг друга.
Машина мчалась по ночной трассе, сверкая фарами, а ночь, холодная мартовская ночь конца зимы, обняла всю страну и наполнила темнотою воздух и пролетающие мимо деревеньки покосившихся одноэтажных домов.
- Погода холодная. Не весна ещё, - говорил таксист.
- Да вообще не кайф. Осень в марте, - подхватил Гаврош, комфортно допивая банку пива.
- Снега нет. Трава и холод, но это как всегда в наших краях, - улыбнулся парень, дружелюбно поглядев на маленького попутчика.
- Вообще! Климат словно поехал крышей своей...лучше бы настоящая зима стояла, чем такую хрень непонятную терпеть, - добавил Гаврош.
- Нормальную весну хочу...- пробормотала Надька сквозь сон сзади.
- Спи! - Ленка дала ей играючи легкий подзатыльник и вышвырнула окурок в раскрытое окошко.


**********************************************************


Через сорок минут въехали в город и остановились на окраине. Ленка увидела чёрные "Жигули" возле деревянного частного дома, в котором одиноко горело одно окошко в ночи.
Молодёжь душевно попрощалась с таксистом, выйдя из машины и расплатившись.
Ленка кивнула Гаврошу, показав на чёрный автомобиль, зловеще застывший у стены дома неподалёку.
- Подожди. Пусть уедет такси, - подозрительно и негромко отозвался Гаврош.
Надя обняла его сзади и стала целовать, а сестра Гавроша недовольно и ревниво отвернулась, увидев, как он стал ласкать и целовать Надюху в ответ.
Такси развернулось и исчезло в темноте, и из "Жигулей" вылез Чернов - тощий длинный черноволосый парень с залихватской хитрой уверенной улыбкою на симпатичном лице.
- Садитесь, чудики, - позвал Чернов.
- Сам ты...жмурик танцевальный, - от балды сказал весёлый маленький Гаврош и закинув Надю на заднее сидение, сам залез туда и захлопнул дверцу. Лена села вперёд рядом с Черновым, они обменялись серьёзными взглядами, полными взаимной симпатии, потом он завёл машину, и она помчалась в центр города.
- Ну что? Рассказывай, - Лена с интересом посмотрела на Чернова и достала снова сигарету.
- Лен, в машине не надо курить, - предупредил мягко Чернов.
- Блин, достали вы...некурящие! Как у нас дела? - спросила Ленка, выкинув сигарету.
- Квартира бедная. Кроме кроватей и стола ничего нет. Но картину я примерно нашёл.
- Примерно? Что значит примерно? Насчёт хаты понятно, если у нас с деньгами облом, то ты и не мог снять шикарную виллу, - быстро и холодно заговорила она.
Чернов гнал машину по городским ночным улицам и помолчав снова заговорил:
- Олег Шанагин. Местный ферзь. А я бы сказал - обычный дебил. Картина висит у него, сейчас отоспимся, и завтра ты должна отыскать его по-любому, чтобы мы ушли в картину сразу как только получим её.
- А Шанагин знает, что за картина у него висит? Или? - спросила девчонка.
Сзади раздавались звуки поцелуев и лёгкие стоны Надюхи.
- Шанагин парень упорный. Там он, какая-то деваха по имени Ольга и его помощник Фонарь. Я думаю...надо будет действовать с ними резко и сразу.
- То есть...мы убьём их всех? - холодным тоном уточнила Ленка.
- Не знаю. Хотя, впрочем, а зачем нам их потом оставлять в живых? Когда мы заберём картину, - усмехнулся Чернов.
- А кто они вообще? - слегка удивлённо поинтересовалась Лена.
- Да какая разница...нам уже не важно, - отрывисто и задорно засмеялся Чернов, крутанув руль и улыбнувшись Ленке.



Уже забрезжило утро где-то за окнами. Надя недовольно осмотрелась по сторонам, когда все четверо вошли в съёмную квартиру. Хмурый Гаврош скинул кроссовки, Ленка нащупала выключатель и зажгла лампочку под потолком. Чернов бодро улыбался своим мыслям.
- Чернов, ты где такую лачугу откопал?! Ну и конура...здесь платье-то повесить некуда! Я не буду здесь жить, - воскликнула Надюха.
- А ну-ка перестань пищать и не раздражай меня! Или я твоё платье сейчас выкину, и будешь ходить сверкая попой! - прикрикнула Ленка.
- Почему ты наезжаешь на меня всегда? Почему?! Это из-за Гавроша, да?!! Ты тоже хочешь его?? Гаврош! Кажется, твоя любимая сестра...- начала выступать Надя, сверкая усталыми глазами.
- Ого. Это что за намёки, милая моя? - Ленка угрожающе двинулась на девчонку Гавроша, но тут он сам резко встал между ними.
- А теперь умолкли обе девки. Как смеют здесь трепаться по-хозяйски бабы, когда здесь я и Чернов? - прошипел Гаврош. Шипение воробья было угрожающим для обеих, и подруги затихли, вопросительно глядя на мальчишку.
- Так, - Гаврош огляделся по сторонам, - квартира потянет чтобы переспать. А через пару дней уже снимем свой дом. Чернов, кофе есть? Горячий крепкий кофе в эту минуту намного сильнее вставил бы, чем волшебный голос Элтона Джона.
Чернов в ответ потряс походной чёрной сумкой в своей руке и широко улыбнулся.
- А чей голос ты вспомнишь, если я скажу, что кофе будет даже со сливками? - рассмеялся Андрей.
- Я люблю тебя, Андрюха! Все пойдём на кухню, - Гаврош довольно потирал руки, а Надюха возразила устало:
- Я спать, ребята. С ног падаю. Меня сегодня затрахали просто все. Особенно...ладно, не будем, ушла.
Она побрела в комнату и закрыла дверь.
На маленькой тусклой кухне, где стояла ржавая плита, белый холодильник, стол без скатерти и облезлые табуретки, из сумки достали батон, пачку масла, сигареты, две палки дорогой колбасы и банку кофе. Чернов поставил пузатый зелёный чайник на огонь и произнёс:
- Я пойду машиной займусь. Спать уже не буду, есть сильно не хочу.
- Машиной займёшься? Какие-то проблемы? - спросила Лена, делая бутерброды.
- Проблем нет, просто покопаюсь, с детства это люблю. Лен, пару бутербродов заверни мне с собой.
Она протянула ему еду, и Чернов ушёл, негромко хлопнув входной дверью.
- Итак. Вы опять сговорились, и он оставил нас наедине. И долго ты собираешься атаковать меня, Гаврош? - с упрёком проговорила Ленка брату.
Гаврош нетерпеливо отмахнулся, набивая рот хлебом и колбасой:
- Хочу лишь кофе. Больше ничего и никого...даже тебя не хочу.
- А я хочу курить. Хочу на море. Хочу усатого сильного мужчину, который возьмёт меня в двадцать седьмой позе Камасутры в лучах персидского солнца...хочу успокоиться, наконец. Брат, послушай...а если мы сейчас тоже находимся в чьей-то картине? Если это не настоящий мир?! Мне пришла мысль...а если смешать кучу миров, войти сразу во много картин? Ты думал об этом? - Ленка нервно закурила и выдохнула дым в серый потолок.
Гаврош беспечно завтракал.
- Забей на всё. Налей мне лучше кофе. Ты продумала, как мы получим картину? - он свысока прищуренным хитрым взглядом окинул свою сестру.
- Чернов предлагает отморозков завалить, - отозвалась Лена.
- А больше Чернов тебе ничего интересного не предлагает? А? - Гаврош насмешливо подмигнул ей.
- Отстань, уродец! - симпатичное Ленкино лицо загорелось счастливыми лучами радости, и она рассмеялась и стала наливать ему горячий кофе.


Через пару часов Андрюха Чернов вернулся в квартиру. Холодная тёмная ночь кончилась, и в грязные окна лился слабый утренний свет. Лена курила на кухне в одиночестве, а Гаврош и Надя спали в комнате, обняв друг друга.
- Спать хочешь? - спросил Чернов Лену, сев рядом с ней.
- Наоборот, бодряк ловлю. Но сегодня дел не будет. Разогреть тебе кофе, Андрей? Давай расслабимся один день, а потом всё провернём...
- А может наоборот? Провернём дело, получим пару миллионов и я увезу тебя? - произнёс он, серьёзно глядя на сестру Гавроша.
- Куда ты собрался увозить меня? - она одарила его мягкой улыбкой в ответ на предложение.
- Не знаю...мы никогда с тобой не говорили о наших отношениях...если честно, это не нужно, для меня серьёзная любовь - это хрень киношная, - Чернов говорил неправду, но старался быть развязным как обычно.
- Что ты делал сейчас на улице? - сменила тему девчонка.
- Съездил в мойку, вымыл там машину до блеска.
- В семь часов утра?
- Наоборот, без всякой очереди в такое время. Может, поедем и найдём приятный бар или ресторан круглосуточный? Что-нибудь в корейском стиле. Посидим там. Что делать в этой конуре? - предложил он.
- А деньги?
- Есть тридцать штук на карточке. Запасные. Как раз и пригодились.
Ленка засмеялась и поднялась с места.
- Подождёшь меня тогда немного? Приведу себя в порядок.
- Конечно. Не торопись никуда, - позитивным голосом ответил Чернов.




Олег Шанагин, коренастый спившийся блондин, разлепил с трудом глаза. Его секретарша и любовница, сочная блондиночка по имени Ольга энергично трясла Шанагина, пытаясь вырвать мужика из цепких оков сонного царства.
- Вставай, алкаш! А ещё называется бизнесмен! Фонарь в кабинете ждёт уже полчаса, и вообще дела фирмы стоят, пока ты бухаешь с проститутками заражёнными! - стала ругаться Оля.
- Да пошла ты, дура! Я такой сон смотрел! Стерва...вечно обломает меня...- Олег перевернулся на другой бок.
- И ещё эта рыжая красоточка пришла, которая картины скупает. Мне тогда сказать ей, чтобы проваливала? - резко добавила Ольга. Над большою кроватью Шанагина в его хорошо обставленной спальне действительно висела картина в позолоченной рамке - обычный пейзаж городских улиц, вырванный из серого тумана кистью сумасшедшего пьяного творца.
- Мммм...эта рыжая девочка? Помню...встаю...иди налей ей кофе, - проворчал довольно Шанагин и стал натягивать джинсы на толстые кривые ноги.
- Сразу вскочил...козёл старый, - пробормотала любовница и вышла из комнаты.
Через пятнадцать минут бодрый Олег и рыжая прелестная девица стояли и с деловым видом осматривали картину на стене в его спальне.
- Вы художница, значит? - улыбнулся Шанагин, который очень бы хотел присоединить эту пахнущую дорогими французскими духами девушку к коллекции своих одноразовых женщин.
- Вроде того. А вы? Коллекционируете? - не отрывая глаз от живописи спросила она.
- Нет...что вы, мадам! Вообще, я больше по части торговли, бизнес, казино, покрышки, люстры, девочки...гм...в смысле, я хотел сказать...вобщем, работаю во многих отраслях нашей славной...культурной эволюции города, - рассмеялся грубым смехом Шанагин.
Когда Олег видел рядом красивую женскую фигуру, он мог говорить долго и неотразимо.
- Как вас зовут, прелестница? - улыбался Олег.
- Лена, - суховато ответила она, приковавшись взглядом к картине.
- Вы замужем? - элегантно поинтересовался хозяин.
- Для чего вам это знать? - Ленка довольно улыбнулась Олегу, нежно посмотрев.
- А можно узнать, что за странный интерес к обычной мазне, висящей в моей спальне? И как вы узнали обо мне? Я, собственно, выиграл эту картинку в карты, между парой затяжек кубинской сигары и тремя глотками мартини. За соседним столом шла игра куда интереснее...играли в покер на жену одного моего конкурента. Но мне кажется, с этой картинкой моя спальня как-то более в спокойных тонах. Когда украшены безделушками стены, полы...ковры...кстати, хотите выпить, Лена?
- Олег, я бедная художница. И если я начну выпивать, боюсь, я через час уже начну танцевать здесь голая, - возразила рыжая девушка.
- Я буду не против и составлю компанию с удовольствием, - поддержал шутку Шанагин.
Лена возразила ему с улыбкой.
- Речь не об этом, к сожалению. Я искала эту картину настойчиво, и у меня теперь есть просьба. Уступите женщине и отдайте мне её...за двести рублей, - ласково сказала она, посмотрев в глаза Шанагину.
- Двести...чего?? Рублей?? - от возмущения узкие глазки Олега раскрылись широко и порозовели как у злого поросёнка.
- Это всего лишь слабый постмодернизм, скорее всего, принадлежащий кисти неизвестного мастера эпохи коммунизма времён Хрущёва, - заговорила уверенно Лена, - Олег, позвольте нескромный вопрос - неужели ваши шлюхи, за которыми вы бегаете пьяные иногда по этой спальне, не намекали вам, что эта картинка не модная?
И рыжая красотка откровенно засмеялась Шанагину в лицо.
Олег волчьим внутренним инстинктом почуял недоброе.
- Ух ты, как запела птичка! Что-то мне не нравится твой тон, рыженькая. Ты, может, на голову долбанутая? - подозрительно спросил мужик.
- Шанагин, отдай мне картину. Я пришла за ней и заберу её, - негромко но отчётливо произнесла Лена.
- В натуре чокнутая, - усмехнулся Олег, презрительно поглядев, - пошла вон отсюда. Впрочем, за твою бритую дырку взамен и хороший минет...я тебе могу эту картину отдать вместе с вон тем красивым большим колючим кактусом.
Но Лена вдруг щёлкнула пальцами, и в глазах у Олега резко потемнело, и он внезапно рухнул на пол, разглядев тяжёлым взором, что она достала быстрым движением из сумочки пистолет.
Он рванулся с пола, но девчонка сотворила в воздухе знак, и Шанагин с ужасом почувствовал, что ладони его кто-то прибил гвоздями к паркету.
Рыжая девица мёртвым взглядом ледяных глаз смотрела сверху.
"Ведьма" - успел подумать бизнесмен и отключился совсем, ударившись упавшей головой об пол.


Шанагин очнулся. Он был привязан голый к батарее, а на стульях сидели связанные Ольга и Фонарь. Полное непонимание на их лицах...и невозможность закричать, потому что Гаврош старательно заклеил всем троим рты зелёным скотчем.
Чернов снял аккуратно со стены картину, вытащил её из рамки и сворачивал. Лена с пистолетом подошла к Олегу.
- Про бритую дырку...было слишком грязно для меня, старый мудак, - усмехнулась Ленка и, направив пистолет на Шанагина, выстрелила в упор ему в голову. Ольга затряслась и задёргалась на стуле, а Олег мешком упал на пол и скрючился у батареи.
Небольшая лужа крови растеклась, и Ленка осторожно отступила назад. Чернов убрал свёрнутое полотно за пазуху.
- Прикончи этих двоих, - сказал он девчонке.
- Нет. Для меня это слишком много убийств получится сегодня, - возразила Ленка.
Гаврош оттолкнул Чернова и нарисовал куском угля вокруг Фонаря и Ольги круг.
Потом он важно сел на кровать в позе лотоса и произнёс три фразы на древнем латинском языке.
- Что он делает? - удивлённо прошептал Лене Чернов.
- Просто его колдовские штучки. Через десять минут эти связанные типы забудут не только сегодняшний день, но и свои имена, - прошептала улыбаясь девчонка в ответ.
Дождавшись окончания ритуала Гавроша, они втроём покинули пустой дом Шанагина и оказались на улице. Был солнечный ясный день, и в машине напротив дома сидела Надя и нетерпеливо ждала.
Чернов, Гаврош и Лена быстро залезли в машину, и через минуту чёрные "Жигули" исчезли из вида.


Через полчаса они снова вернулись в свою квартиру. Ленка развернула картину и позвала Андрюху:
- Чернов, помоги повесить её как нужно.
- Что теперь, Гаврош? Вы всё сделали правильно? - обняла своего мальчишку Надюха. Гаврош отозвался тихим голосом:
- Одного убили, ещё двое сегодня попадут в психушку с невменяемым состоянием. Картина у нас.
- А за что вы их так? - спросила Надя робко.
- По законам этого грёбаного мира, Надюх...
- По каким?
- Сильный поедает слабого. Первый и последний закон. И плюс сегодня мы заработаем нормальные деньги, если повезёт, - Гаврош растрепал её чёрные крашеные волосы и крепко обнял.
- Я ничего не понимаю в этой жизни...но я целиком доверяю тебе, - прошептала она, целуясь с ним.
- Это то, что я хочу слышать всегда от тебя. Но теперь не мешай делать дела. Ленка, картина готова?
Лена и Чернов повесили картину на стене, разгладили её и любовались ею.
Гаврош и Надя подошли ближе, и Надюха заметила:
- Казалось бы, что интересного в этом куске полотна?
- Это картина мастера, - прошептала Лена, дотронувшись рукой до произведения.
- Это не картина. Это дверь, - восторженно и негромко заметил Чернов.




Лена, Чернов и Гаврош стояли вплотную к картине. Серые тяжёлые занавески спрятали дневной свет, и в комнате образовалась полутёмная атмосфера. И Надька, глядя с диким интересом, вдруг увидела, что от взглядов её друзей картина стала оживать.
Это уже было не полотно с рисунком, а на стене, переливаясь блестящими волнами, висело нечто волшебное и живое, похожее на жидкую ртуть. Ленка продолжала вызывать жизнь в картине сияющими глазами, а Гаврош что-то шептал, тоже не отрывая взгляда.
- Пробуй, - толкнул его Чернов.
Гаврош просунул руку в жёлтую живую жидкую воду, и рука погрузилась туда. Тогда он наклонил голову и залез туда весь, исчезнув по ту сторону картины.
Чернов вошёл в картину следом за Гаврошем и тоже пропал из виду, скрывшись там. Ленка повернулась к Надюхе:
- Мы вернёмся через пару часов. Смотри, не спи тут! Если будут проблемы - позвонишь нам.
- Я поняла, - кивнула Надя.
Лена просунула руки в жидкую картину, потом прошла вся и скрылась в ней. И в тот же миг картина перестала переливаться волнами и снова стала обычным полотном, где был нарисован город в тумане.
Надюха с жадным любопытством позвонила Гаврошу.
- Малыш, что там у вас? Где вы теперь? - спросила она.
- Стоим на какой-то свалке, повсюду костры горят и бомжи сидят...город ночной вокруг.
- И куда вы теперь? - спрашивала Надя.
- Теперь искать. Ленка знает. Ты не звони без дела, малышка, здесь роуминг большой, мы же сейчас на миллион километров от тебя. Всё, давай.
Гаврош отключил связь.
Надя осталась одна в пустой квартире. Она прошла на кухню и достала из холодильника молочный коктейль. Сделав пару глотков, она с наслаждением облизнулась, улеглась в комнате на кровати и достала мобильник, вошла в интернет и стала сидеть на сайтах магазинов эротического женского белья, делая там неторопливо заказ.

Прошло несколько часов, и картина снова стала оживать и переливаться. Из неё выпрыгнул Гаврош, потом он просунул руку и помог выбраться сестре. Последним вылез Чернов, он сразу первым делом стал снимать картину и сворачивать.
В руках Лена держала большую пыльную книгу, и все трое выглядели усталыми.
Надюха жадно смотрела на происходящее, привстав с кровати.
- Я выдохлась совсем. Всё. Валимся на диваны и спим. Кто из нас не устал? Кто будет сторожить? - еле дыша обессиленно сказала Лена, глядя мутными глазами, а волосы её были растрепаны, словно от бешеного сильного ветра.
Чернов подошёл к ней и обнял за плечи:
- Успокойся, Лен. Всё прошло нормально, книга у нас, ложись отдыхать, Надька будет с тобой, а мы едем с Гаврошем за деньгами.
- Чернов...они будут давать вам мало...стойте на своём, - прошептала Лена, и вдруг она выронила книгу и упала в обморок. Андрей схватил её и бережно уложил на кровать, укрыв одеялом.


***********************************************************


Гаврош и Чернов сидели в подвале элитного дома, освещённого светом ярких ламп. Их провели сюда, обыскав несколько раз по пути к подвалу. За столом, усыпанным едой и сладостями, сидел огромный толстый мужчина в очках и пил пиво.
Оглядевшись по сторонам, Чернов и Гаврош уселись за стол без приглашения, и Гаврош с треском бросил на стол пыльную книгу. Это было произведение Фомы Аквинского, напечатанное во всём мире в трёх экземплярах, и на мировых аукционах за такую книгу могли заплатить миллионы долларов.
- Почему Лена не пришла? - подозрительно спросил толстяк, оглядывая парней.
- Была трудная работа. Не так легко было украсть товар. Она свалилась и отдыхает, передавала тебе привет, - произнёс Чернов.
- Давайте сюда товар, - неторопливо сказал толстяк. Он стал листать книгу, а Гаврош не долго думая набрал со стола сладости и стал уплетать их с треском и с аппетитом.
Осмотрев книгу, толстяк передвинул к Чернову блестящий светлый чемодан.
- Сколько? - резко сказал Чернов.
- Пятьсот тысяч сейчас, и два миллиона после второго заказа, - ответил коллекционер, попивая пиво.
- Эй, о втором заказе речи не было! Договор был два лимона за книгу, - резко и агрессивно заговорил Чернов.
- А ты, типа, главный? Ты в курсе всего, что ли? Есть ещё одна картина в городе, и вам её будет легче достать теперь. Она висит у одной бедной старушки, и думаю, картину вам отдадут там просто за кусок хлеба...
- Подожди, ты не парь меня, - возразил Чернов, - я не знаю про второй заказ, речь шла о книге, и мы ждём два миллиона рублей за товар. Антон Сергеевич, ты здесь всего лишь человек...а мы не просто люди, и думаю, ты не хочешь с нами тут отношения выяснять??
- Чернов, не надо этой злости. Звони Лене, буди её. Она знает про второй заказ, - устало и недовольно произнёс толстый хозяин.
- Чернов, он прав. Извини, ты просто был не в теме. Есть ещё одна работа, - сказал Гаврош.
- Вот как? Тогда не будем устраивать непонятки, извините меня, - Чернов поднялся со стула и открыл чемодан. Пересчитав деньги и взяв адрес бедной старушки, Гаврош и Чернов попрощались c покупателями и вышли из дома на улицу.



- Почему ты мне не сказал? - недовольно заговорил Чернов. Гаврош и Чернов сидели в городском парке за столиком в беседке и пили апельсиновые алкогольные коктейли из баночек. Бутерброды с маслом и кусочками копчёной колбасы лежали прямо на чемодане с деньгами. Погода вокруг стояла тихая и солнечная, в парке прогуливались кругами несколько влюблённых парочек разного возраста.
- О чём? - не понял Гаврош, скручивая самокрутку.
- О чём?? О втором заказе. Ты же вроде не куришь, воробей, - усмехнулся Чернов.
- Да. Раньше сильно зависел, но слез. Иногда балуюсь крепким ароматным табачком, который стоит тысячу за кисет. А курить обычные сигареты, которыми травят обывателей...я давно завязал быть как они. Надо деньги на счёт положить теперь, и на четверых двести штук разделим. Надька приоденется сразу как шлюха, знаю её уже насквозь! - рассмеялся Гаврош.
- Ладно. Знаешь, я на днях с Леной в ресторане провёл полдня...- начал Чернов.
- Всё ухаживаешь за моей сестрёнкой? С какой целью интересно? Просто попробовать её? Или мы станем родственниками? - расхохотался мальчишка, раскуривая свою папиросу.
- Мы друзья. Остальное тебя не касается. Ты слишком насмешливый, чтобы делиться с тобой откровенным.
- И о чём вы говорили?
- О жизни. А ещё она сказала, что иногда ты пристаёшь к ней...
- Она божественна, Чернов! Это ангел зла...лучшая ведьмочка из всех женщин...она даже духи подбирает настолько сочные и элегантные, что просто на расстоянии моя Ленка волнует мой член...она так сексуальна, так неприступна...сучка, разжигает меня всё больше с годами! - азартно сказал Гаврош и в наплыве чувств выпил одним глотком банку коктейля.
- А Надя? - спросил Чернов.
- А что Надя? Это...совсем другое. Надька просто...игрушка моя. Я буду счастлив, когда трахну Лену, клянусь тебе, Чернов. Вся поэзия моего чёрного сердца...загорится и взорвётся тогда вулканом сладких слов и ощущений!
- Гаврош! Ты чудовище. Ладно, пора возвращаться к нашим девчонкам, - улыбнулся Чернов.



Ленка сидела, закутавшись в белоснежный халат, и попивала из бокала сок. На столе в их комнате дымилась горячая вкусная пицца на тарелках, а у Гавроша, сидящего в кресле, дымился член в джинсах от мысли, что сестра голая и свежая после ванны там под халатом. Он готов был прыгнуть и напасть на самку, но своим холодным разумом Гаврош понимал, что таким путём он цели не достигнет. Они сидели в квартире вдвоём, за окнами стоял мартовский вечер, завывал слегка ветер, чуть покачивая занавески. Надя с Черновым уехали за второй картиной, а брат и сестра сами испекли пиццу и теперь отдыхали за неторопливым разговором и ужином с дорогой водкой и коньяком.
- И ты уверен, что эта женщина...была я? И это наша прошлая жизнь? Или твой сон? - говорила Лена, улыбаясь брату. Она царственно разлеглась на кровати, подобно огромной рыжей яркой кошке.
- Прошлая жизнь, ожившая во сне. Я был грязным бродягой, а ты владела миром! - заявил Гаврош, прожевав пиццу и зажмурившись от удовольствия.
- Нет, ну серьёзно. У нас тепло так здесь...уютно. С деньгами из любой конуры можно сделать шикарное богатое логово. Мне одна мысль только покоя не даёт - почему мы ведём такую жизнь? - спросила она.
- Какую? - Гаврош опрокинул стопку коньяка и погладил себя по животу, словно довольный зверёныш.
- Переезжаем из городов в города. Убиваем ради денег, которые мы тратим на удовольствия, машины и шмотки. Ищем эти картины, гуляем там, работаем на грёбаных торговцев антиквариатом. Мне надоело, Гаврош! Я женщина, я хочу безопасную жизнь, семью, хочу мужа, хочу своё прошлое забыть, выкинуть оружие, добровольно превратиться в слегка развратную но верную домохозяйку...
- Перестань, - успокаивающе улыбнулся ей Гаврош, - на тебя всего лишь напала хандра. Закури свою отраву, выпей пару стопок.
- Значит, откровенно ты говорить не хочешь? - упрекнула Ленка.
- Это не серьёзно. Не знаю...ты просто сейчас во власти минуты, понимаешь меня, Лен?
- Ну, хорошо...рассказывай свой сон, эгоист, - вздохнула она.
Гаврош внимательно смотрел на сестру и заговорил:
- Пойми, у нас нет особо сильной власти. Мы ограничены, хотя мы можем многое. Но мы прячемся днём от нормальных людей, мы не можем обнаглеть настолько, чтобы открыто жить среди них! И дело не в нас! Виной тому грёбаный инстинкт адекватных обывателей, они чуют нас, и мы не можем расслабиться, потому что мы иные, они не понимают что именно не так, но когда мы рядом, они беспокоятся! Они или вежливо но недоверчиво кашляют...или обвешивают нас в магазинах...или звонят ментам. Мы вынуждены прятаться, и я вижу один выход - заработать наконец миллиард и жить где-нибудь на острове! Хотя нет, это не вариант. И мы с тобой говорили об этом. Зачем перетирать снова?
- Гаврош...- начала Ленка.
- Слушай меня. Я видел вчера сквозь стену, как ты движением руки, щелчком пальцев повалила на пол здорового мужика. А я смотрел сквозь стену. Чернов тоже многое умеет. Надька нет, она ещё слабая ведьма. Ты спрашиваешь, почему мы тогда живём как бродяги имея такую силу? Я не знаю, Лен!!! Что ты предлагаешь?! Давай ограбим, наконец, резервный американский банк в США и вынесем миллиарды?!
- Давай! - вскочила Ленка на кровати.
- Давай...
- Так давай же!!!
- А что потом? Мне не нужно, чтобы меня искала вся планета ментов! Ты будешь спать спокойно с этой кучей денег? Нет. Ты будешь годами жить в лесу и питаться листьями и ягодами, и ждать когда все успокоятся. Но даже тогда...никуда ты не денешься. Помнишь, что я сказал про чутьё адекватных обывателей?! Нет, Ленка, это горькая правда - мы люди мира магии, и мы же - простые бродяги, для которых нет успокоения в этом мире...И мне не нужен этот банк, я предпочитаю вкусную пиццу в уютном логове. Знаешь, что такое счастье? Это состояние, когда ты сидишь и тебе ничего не нужно. Ни внутри ни снаружи...Всё есть, и это "всё" - просто пара приятных недорогих вещей...
- Я понимаю тебя, - тихо ответила она, внимательно глядя, как он расхаживает по комнате.
Гаврош опрокинул в рот стопку водки и поел пиццу.
- Но этот сон...он был ужасно прекрасен...если хочешь знать - я поведаю тебе, - торжественно произнёс мальчишка, и Лена улеглась обратно. Он присел к ней на край кровати и начал рассказ.



- Знаешь ли ты, что в прошлой жизни мы не были в родстве? Это было давно, и на другой цветущей планете, где величественно процветала твоя империя, а ты - её королева, захватила трон и навсегда подчинила себе эту вселенную, "влюбившись самая последняя во власть", как заявила ты.
- Гаврош, это фантазия? - рассмеялась его сестра, с интересом глядя на него.
- Пусть будет так. Послушай эту сказку. Ты была императрицей, а я...всего лишь грязный

  • 105
    15
    190

Комментарии

Для того, чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться в системе.